Не место для любви

Глава 11

— Давайте, для большей понятности я буду рассказывать, что собираюсь делать. Вот это, — он вынул из контейнера иголку, — называется «разрыв-трава». У неё есть три любопытных свойства. — Рэй вставил иголку в замочную скважину до упора и раскрыл кусачки «мультитула». — Во-первых, она разбухает от воды, заполняя собой малейшие выемки и поджимая любые пружинки.
С этими словами он зачистил кончик иголки, как зачищают провода, и перевернул кисть Герд таким образом, чтобы опустить его в чашку. Как и было сказано, разрыв-трава прямо на глазах стала увеличиваться в диаметре. Рэй дождался, пока она полностью закроет отверстие, и убрал воду.
— Во-вторых, — продолжил он, включая фонарик и направляя его на превратившуюся из иголки в пруток травинку, — под действием ультрафиолета она затвердевает до состояния камня. Причём это цепная реакция, поэтому достаточно посветить на самый край.
— Что такое «ультрафиолет»? — тут же уточнила Герд, и Рэй чуть не вздрогнул от удивления: в голосе высокомерной Снежной Королевы явственно прозвучали нотки учёной заинтересованности Ларри-Очкарика.
— М-м, грубо говоря, солнечный свет.
— Солнечный свет? — Из-за полумаски этого не было видно, однако Рэй мог бы поклясться, что собеседница нахмурилась. — То есть в этом артефакте, который ты держишь, находится кусочек солнца?
— Да ну, нет, конечно. — Рэй выключил фонарик, отметив про себя невысокий уровень здешних естественно-научных знаний. — Просто он умеет светить почти тем же светом, что и солнце. Однако я не закончил про разрыв-траву. Третье её свойство, уже в окаменевшем состоянии, — гладко отламываться в продольном направлении, если приложено излишнее давление. Так решается проблема ложных пазов.
— И добавляется проблема остаться со сломанной отмычкой, — ввернула Герд.
— Верно, — улыбнулся ей Рэй. — Но не волнуйтесь, я буду очень осторожен. Вы можете подсказать, в какую сторону открывается замок?
— Для меня — влево.
Рэй кивнул и начал аккуратно проворачивать травинку. Сначала она, едва сдвинувшись, упёрлась во что-то, и пришлось несколько раз покрутить её туда-сюда, пока лишний выступ не отломился. То же самое случилось на повороте примерно на сто пятьдесят и двести семьдесят градусов — и оба раза Рэй предельно аккуратно прошёл эти участки. Наконец в напряжённой тишине кухни раздалось негромкое «Щёлк!», и, под дружный изумлённый вздох Ротрама и Элли, браслет легко соскользнул на стол.

— Вот так, — довольно улыбнулся Рэй. — Давайте теперь вторую руку.
— Невероятно, — прошептала Герд, ощупывая освобождённое запястье. Словно боялась, что её «прибор ночного видения» бессовестно врёт. — Никто из живущих…
Тут она замолчала и порывисто завернула второй рукав:
— Снимай. Здесь нужен другой ключ.
Рэй послушно вынул новую травинку.
— А кстати, — начал он так, будто говорит это исключительно для того, чтобы поддержать светскую беседу, — в чём эти оковы вас сковывали?
— В способности колдовать, разумеется, — судя по тону Герд, большую глупость трудно было спросить.
— Понятно, — кивнул Рэй, сохраняя на лице непроницаемое выражение игрока в покер, хотя на самом деле ему хотелось округлить глаза с невежливым: «Да ладно, что за херню вы гоните?»
— Сомневаюсь, — хмыкнула Герд, будто прочитав его мысли, и вернула разговору прежний допросный оттенок: — Тебя ведь забросило сюда вовсе не с Окраинных островов, как решили мои слуги, а из гораздо более отдалённых мест, так?
— Так, — неохотно признал Рэй, отставляя чашку. — Это наверняка прозвучит фантастично, но я… — Он запнулся, подбирая формулировку. Из параллельной вселенной? С другой планеты? — Из другого мира.
— Как я и думала, — не без самодовольства резюмировала Герд. — И зачем же ты к нам пожаловал?
— Я же говорю, это случайно получилось. — О столешницу негромко стукнул второй браслет. — В вашей книге есть картинка той штуки, которая перенесла меня сюда, и я был бы крайне признателен, если бы вы помогли разобраться, как мне вернуться домой.
— Случайно, — повторила Герд, игнорируя последнюю фразу. Неторопливо поднялась из-за стола, и Рэю показалось, будто воздух в кухне насытился электричеством, как перед грозой. — Запомни одну очень важную вещь, чужак: Вышивальщица Судеб никогда не делает случайных стежков.

И в тот же миг по потолку побежали золотистые узоры, освещая помещение тёплым рассеянным светом.
«Это ещё что за на фиг? — Рэй подозревал, что выглядит натуральным дикарём на Манхэттене, однако не пялиться вверх было выше его сил. — Неужели и впрямь колдовство?»
— Ты даже приблизительно не представляешь, насколько важную услугу мне оказал, — между тем продолжила Герд. — И поскольку я не люблю быть в долгу, то выполню твою просьбу.
— Но прежде — обед, — встряла Элли, гася ненужные больше фонари. — Я приготовила ваш любимый пирог, госпожа, а утром Ротраму в силки попались две снежные куропатки, поэтому у нас будет настоящее жаркое. И ещё можно открыть «Семицветное», чтобы отпраздновать ваше освобождение — я давно храню бутылку, которую вам на сватовство подарили гости из Альвхейма.
На последних словах по лицу Герд будто прошла судорога, однако ответ её прозвучал вполне естественно:
— Хорошо, Элли. Накрывайте в Малой столовой, а я пока разбужу замок и покажу его… нашему гостю.
— Как прикажете, госпожа, — поклонились старуха и улыбающийся до ушей Ротрам, которого, похоже, полностью оставило беспокойство за безопасность хозяйки.

Герд непринуждённо подхватила браслеты со стола и сделала Рэю приглашающий жест. «Королевишна», — добродушно хмыкнул тот про себя, однако послушно вышел вместе с ней из кухни. Грех упускать такую возможность получить хотя бы часть ответов на роящиеся в голове вопросы.