Не моя кровь, но мое сердце

Глава 2

Тишина после слов Элиры была громче любого крика. Она висела в ледяном воздухе зала, тяжелая и колючая, как осколки стекла. Сергей, все еще стоявший на коленях, чувствовал, как каждый нерв в его теле натянут до предела. Он видел, как взгляды вампиров, прежде равнодушно-голодные, теперь впились в Элиру с настороженным, почти хищным интересом. А взгляд старика на троне… Этот взгляд заставил кровь в жилах Сергея замереть. В нем не было ярости, только бездонное, леденящее разочарование и что-то еще – холодное любопытство, словно ученый наблюдал за непредсказуемым экспериментом.

"Непригодна?" Повторил старик, и его тихий голос прозвучал как скрежет камня по камню. Он медленно наклонил голову, изучая Сергея с новой, пристальной тщательностью. "Осквернена пьянством? Как… прозаично для смертного. И как неудобно."

Сергей почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Он вспомнил пиво на вечеринке, его дешевый, горьковатый привкус. Неужели это… спасло ему жизнь? Или это была лишь ложь? Ложь этой девушки-призрака, стоявшей между ним и смертью? Он посмотрел на нее. Элира стояла неподвижно, ее профиль был обращен к отцу, подбородок слегка приподнят. В ее позе читалась непоколебимость, но Сергей уловил едва заметное напряжение в линии ее плеч, в том, как сжались ее пальцы в складках кроваво-красного платья.

"Оскверненная кровь," – прошептал кто-то сбоку, мужской голос, полный скепсиса. "Она пахнет… достаточно чисто для меня."
"Тише, Дариус," – шикнула женская фигура в платье цвета лунного света. "Лорд Владлен решает."

Лорд Владлен. Отец Элиры. Имя закрепилось в сознании Сергея, как клеймо. Владлен продолжал смотреть на дочь, его древние глаза мерцали в свете неподвижных свечей.

"Ты утверждаешь, дочь моя, что кровь этого смертного непригодна для священного акта Пробуждения?" – спросил он наконец, и в его тоне не было ни капли веры. "Что она отравлена слабостью его рода?"

"Да, отец," – ответила Элира, ее голос звенел мелодично, но был тверд, как сталь. "Я почувствовала это. Горечь. Слабость духа. Она может осквернить нашу линию, внести хаос в чистоту крови. Риск слишком велик."

Еще один ропот пробежал по залу. Сергей видел, как некоторые вампиры обменивались быстрыми, недоверчивыми взглядами. Он сам чувствовал себя грязным, опозоренным этим публичным обсуждением его "непригодности", но страх был сильнее стыда. Страх и жгучее непонимание: почему она это делает?

Владлен медленно кивнул, его пальцы снова задвигались по подлокотнику трона, но теперь это было не барабанение, а медленное, задумчивое поглаживание резного дерева.

"Риск…" – протянул он. "Да, риск всегда должен быть взвешен. Особенно в делах крови." Он замолчал, и пауза растянулась, становясь невыносимой. Сергей почти слышал стук собственного сердца. "Однако, – продолжил Владлен, – его присутствие здесь, в самой сердцевине Полуночного Двора, нарушает древние законы Тьмы. Незваный свидетель. Случайность или… провокация?" Его взгляд скользнул по Сергею, и тот почувствовал, как будто его рентгеном просветили до костей. "Он не может просто… исчезнуть. И он не может уйти."

Сергея бросило в жар. "Исчезнуть". Слово прозвучало как приговор.

"Что же предлагаешь, отец?" – спросила Элира. Ее голос не дрогнул.

"Заключение," – произнес Владлен просто. "До времени. Пока не прояснится его природа. Пока не уляжется пьяный дурман в его крови." В его устах это прозвучало как насмешка. "Ты проявила… бдительность, дочь моя. Ты и присмотри за ним. За его содержанием. И за чистотой его крови, когда она… восстановится." В последних словах явно звучал вызов.

Элира слегка склонила голову. "Как прикажешь." В ее тоне не было ни радости, ни протеста. Только принятие.

Двое вампиров – высокий, угрюмый мужчина с лицом, похожим на высеченный из гранита, и женщина с холодными, как лед, голубыми глазами – бесшумно выступили из тени колонн. Их движения были плавными, нечеловечески быстрыми. Они взяли Сергея под руки. Прикосновение их рук было ледяным, цепким, как стальные тиски. Он попытался вырваться, инстинктивно, но их сила была абсолютной. Они подняли его на ноги так легко, словно он был тряпичной куклой.

"Иди с ними, смертный," – сказал Владлен, уже отводя взгляд, словно Сергей перестал его интересовать. "Наслаждайся… гостеприимством Полуночного Двора."

Сергея повели. Он шагал, почти не чувствуя ног под собой, между своими ледяными стражами. Он чувствовал на себе десятки взглядов – голодных, насмешливых, любопытных. Проходя мимо Элиры, он невольно встретился с ней глазами. Всего на мгновение. В ее темных, бездонных глазах он не увидел ни торжества, ни жалости. Там была лишь глубокая, непроницаемая тьма и что-то, напоминающее… предостережение? Или усталость? Она отвернулась первой, ее платье вспыхнуло алым пятном в мерцающем свете свечей, когда она бесшумно последовала за ними.

Его вывели из огромного зала через высокую, резную дверь в боковой стене. Они оказались в длинном, слабо освещенном коридоре. Стены здесь были из того же темного камня, пол устлан выцветшим, местами порванным ковром с причудливыми узорами. Воздух пахнул еще сильнее пылью и сыростью. По бокам виднелись высокие окна, но вместо стекол в них были вставлены темные, непрозрачные витражи, изображающие мрачные сцены охоты или абстрактные узоры, напоминающие запекшуюся кровь. Никакого намека на внешний мир.

Они шли долго, сворачивая то в одну, то в другую арку, поднимаясь по узким винтовым лестницам и спускаясь вниз. Сергей терял ориентацию. Замок казался бесконечным лабиринтом, полным теней и тишины, нарушаемой только их шагами – его собственными, тяжелыми и неуверенными, и бесшумными шагами его конвоиров и Элиры, шедшей чуть позади. Он чувствовал ее присутствие спиной, как точку холода в и без того ледяном пространстве.

Наконец они остановились перед неприметной дубовой дверью, окованной черным металлом. Мужчина-вампир достал из складок своего старомодного камзола длинный, витиеватый ключ и вставил его в скрипящий замок. Дверь открылась с тяжелым стоном.