Не моя кровь, но мое сердце

Глава 6

Тьма была абсолютной. Густой, как деготь, липкой, как смола. Она обволакивала Сергея, залезала в рот, в нос, в уши, глуша все, кроме бешеного стука сердца и собственного прерывистого дыхания. Он полз. Куда? Не знал. Прочь. Прочь от рева, скрежета и того шипящего смешка, что навсегда остался в его бывшей камере вместе с обломками стула и запахом страха.

Камни под руками и коленями были мокрыми, скользкими, покрытыми чем-то склизким – мхом? Плесенью? Он не хотел думать. Воздух в узкой расщелине был спертым, пропитанным запахом сырой земли, гниющей органики и… чего-то звериного. Того самого, что издавало тот протяжный вой. Вой повторился, глуше, словно из другого ответвления этого каменного лабиринта. Шелест множества лапок тоже не умолкал, то приближаясь, то удаляясь, создавая жуткую стереофонию тьмы.

Сергей двигался на ощупь. Одна рука вытянута вперед, ощупывая путь, вторая прижималась к груди, будто защищая спрятанный там костяной ключ. Он боялся его потерять. Этот крошечный обломок был единственной нитью к… к чему? К спасению? Или к еще большей беде? Но он был *его*. Его находка. Его сомнительная победа над каменной тварью.

Расщелина то сужалась, заставляя его втягивать живот и протискиваться с усилием, царапая кожу о шершавые стены, то неожиданно расширялась, превращаясь в крошечные гроты, где можно было на секунду выпрямиться и перевести дух. В одной такой нише его ступня нащупала что-то твердое и округлое. Он замер, сердце уйдя в пятки. Осторожно, дрожащими пальцами, он коснулся находки. Кость. Длинная кость. Человеческая? Или животного? Рядом валялись еще несколько. И череп. Маленький. С пустыми глазницами, смотрящими в никуда. Сергей отпрянул, спина ударилась о стену. Шепот пронесся по гроту – не голос, а просто ощущение движения воздуха, будто мимо промчалась стая невидимых существ. Шелест усилился на мгновение, потом стих.

Он пополз дальше, быстрее, подгоняемый новым приступом паники. *Тут умирали. Тут умирали давно.* Мысль была холодной и четкой. Этот лабиринт был не просто ходами. Он был кладбищем. Или кормушкой.

Внезапно сквозняк усилился. Поток холодного, чуть менее спертого воздуха ударил ему в лицо. Где-то впереди был выход? Или просто более просторный ход? Он ускорился, надежда слабым огоньком тепла тлея в груди. Расщелина вывела его в более широкий проход. Пол здесь был не таким скользким, более ровным, словно выложенным грубыми плитами. Воздух пах иначе – пылью, древним камнем и… воском? Сергей выпрямился во весь рост, потянувшись руками вверх. Потолка не достал. Пространство вокруг казалось огромным, пустым, его шаги отдавались глухим эхом.

Он сделал шаг вперед, потом еще один. И наткнулся ногой на что-то. Что-то металлическое. Лежащее на полу. Он наклонился, ощупывая руками в темноте. Цепь. Толстая, тяжелая, ржавая. И кольцо. Кольцо, вбитое в каменный пол. К кольцу была прикована… ножная кандалина. Пустая. Рядом – еще одна. И еще. Ряды прикованных к стене кандалин. Он стоял в древней тюрьме. Или в помещении для принесения жертв?

Шаги. Четкие, быстрые шаги. Не из прохода позади. Спереди. И не один человек. Двое? Трое? Они приближались. И несли свет. Желтое, колеблющееся сияние факелов залило дальний конец огромного зала, выхватывая из тьмы колонны, грубо отесанные, и ряды пустых кандалин. Свет упал и на Сергея.

"Эге! А у нас тут мышка забежала!" – раздался знакомый сладкий голос, полный злорадства. Дариус. Он шел впереди, держа высокий факел, пламя которого отражалось в его золотых глазах. За ним – два вампира в темных, практичных одеждах, похожих на стражей. Их лица были бесстрастны, но взгляды, устремленные на Сергея, горели знакомым голодом.

Сергей окаменел. Бежать? Куда? В темноту? Но там шелест и вой. Назад? В расщелину, где его ждала каменная тварь? Он был в ловушке.

"Кузина будет так рада, что мы нашли ее потерянную игрушку," – Дариус приближался, его улыбка была оскалом хищника. "Хотя, судя по разрухе в его клетке, он не очень-то хотел быть найденным. И что это за дырка в стене? Ты что, крот, смертный?" Он остановился в нескольких шагах, свет факела бросал длинные, пляшущие тени на стены и пустые кандалы. Его спутники разошлись в стороны, отрезая пути к отступлению. "Ну что ж, время игры закончилось. Отец решил, что твоя кровь… достаточно протрезвела для проверки."

Один из стражей сделал шаг к Сергею. Его рука с длинными, острыми ногтями потянулась, чтобы схватить.

Рев. Не вой вдали. Не скрежет. Глухой, яростный рев, сотрясающий каменные своды. Он донесся из того самого прохода, откуда пришел Сергей. И за ним – грохот. Грохот падающих камней, треск ломающейся кладки.

Все, включая Дариуса, резко повернулись к источнику звука. Сладкая улыбка слетела с лица вампира, сменившись настороженностью и… страхом? "Что это?.." – прошептал он.

Из прохода, из которого только что выбрался Сергей, вывалилось нечто. Огромное, бесформенное на первый взгляд. Серо-коричневое, словно слепленное из глины и камней. Оно заполнило проход, его поверхность шевелилась, как будто под ней двигались десятки конечностей. Два огромных, слепых углубления на передней части могли быть глазами. И из глубины этого чудовища доносилось шипение. То самое шипящее подобие смеха, что Сергей слышал в своей камере.

"Карамрак!" – один из стражей выдохнул с таким ужасом, что Сергея бросило в дрожь. "Но они же спят! Веками!"

"Очнулся!" – крикнул второй страж, отступая, его рука инстинктивно потянулась к кинжалу за поясом. "И он голоден!"

Каменное чудовище – Карамрак – двинулось вперед. Оно не шло, оно *перетекало*, его тело деформируясь, камни скрежеща и перемалываясь. Оно целилось не на стражей и не на Дариуса. Его слепые ямы были обращены на Сергея. На его тепло. На его *жизнь*.

Дариус выругался, что-то древнее и злое. "Бери его!" – закричал он стражникам, указывая на Сергея. "Не дайте твари его сожрать! Владлену нужен он целым!"

Но стражи колебллись. Ужас перед древним чудовищем, пробудившимся в стенах их собственного дома, был сильнее приказа. Карамрак ускорился, его шипение стало пронзительным, леденящим душу. Каменная масса заколебалась, и из нее, как гарпун, выстрелил отросток – длинный, острый, из серой, блестящей породы. Он пронзил воздух, целясь прямо в Сергея.