Не моя кровь, но мое сердце

Глава 14

Дупло было тесной, влажной могилой из древесины и тлена. Сергей сидел, согнувшись в три погибели, спина упиралась в шершавые стенки, ноги поджаты под себя. Элира лежала перед ним, точнее, её ледяной кокон занимал почти всё свободное пространство. Сине-золотое сияние из пролома на груди пульсировало в такт его собственному учащённому сердцебиению, отбрасывая мерцающие тени на замшелые стены. Воздух был спёртым, пахнул гнилью и холодным камнем, принесённым с её льда.

Тишина стояла гнетущая. Но не внешняя. Внутри Сергея бушевал ураган. После немого диалога у сияющей раны, после передачи её воли для перемещения, связь не оборвалась. Она… *углубилась*. И приняла новый, пугающий оборот.

Сначала это было просто ощущение присутствия. Постороннего сознания в его черепе. Холодного, древнего, но не враждебного. Скорее… любопытного. Как учёный, рассматривающий незнакомый организм под микроскопом. Сергей попытался мысленно окликнуть её, спросить, что происходит. Ответа не последовало. Вместо этого в его сознании всплыл образ. Яркий, как кинокадр.

*Он, семилетний, на берегу озера летом. Солнце палит, вода сверкает. Он замахивается, чтобы бросить плоский камешек «блинчиком», и вдруг видит в воде огромную тень – щуку? Испуг. Адреналин. Восторг от возможной опасности. Потом – всплеск, камень упал неудачно, тень исчезла. Досада. Яркое, детское разочарование.*

Воспоминание было его. Стопроцентно. Но он не вызывал его сознательно. Оно всплыло само, по чьей-то воле. И… начало *блекнуть*. Картинка теряла цвета, звуки приглушались, эмоции – испуг, восторг, досада – стирались, как рисунок мелом под дождём. Через несколько секунд от яркого эпизода осталось лишь смутное ощущение озера и камня. Деталь исчезла. Стерта.

Паника схватила Сергея за горло. *Что она делает?* Он мысленно рванулся к месту, где только что было воспоминание, пытаясь удержать, восстановить. В ответ – лишь холодное равнодушие того чужого сознания. И новый импульс. Другой образ.

*Школьный коридор. Он, лет пятнадцати, стоит у окна. Рядом – девчонка с косичками, Катя? Они о чём-то спорят. Её глаза сверкают обидой. Он чувствует свою правоту, но и… вину? Желание успокоить, но гордость не позволяет. Она резко разворачивается, уходит. Ощущение потери, глупой ссоры. Горький осадок.*

И снова – процесс стирания. Картинка, звуки, эмоции растворялись в небытии. Оставалась лишь пустота там, где секунду назад кипела юношеская драма.

"Стоп!" – мысленно закричал Сергей, вжавшись спиной в древесину дупла, как будто мог отодвинуться от вторжения. "Элира! Прекрати! Это моё! Мои воспоминания!"

В ответ – слабая волна… недоумения? Голода? Как будто он отказывал голодному в куске хлеба. Сознание Элиры не уходило. Оно просто сместило фокус. Перестало выдергивать целые сцены. Начало копаться в мелочах. Вкус бабушкиных пирожков с капустой. Запах новой книги. Ощущение первой победы в школьной олимпиаде. Каждое – яркая вспышка – и мгновенное растворение в ничто. Сергей чувствовал, как кусочки его прошлого, его личности, безвозвратно исчезают, поглощаемые холодным разумом за ледяной стеной. Она не злилась. Не мстила. Она… *питалась*. Его воспоминаниями. Его теплом, запечатлённым в нейронных связях. Платой за поддержание её пробуждённой силы и за их ментальную связь.

Отчаяние сменилось леденящим ужасом. Он терял себя. По кусочкам. Скоро от Сергея, человека, останется лишь пустая оболочка, привязанная к ледяной вампирше, кормящейся его сущностью. Мысли о бегстве, о разрыве связи метались в панике. Но как? Прикосновение к её сияющей сущности открыло канал, но закрыть его… Он не знал. А если разорвёт – не убьёт ли это её окончательно? Не оставит ли без энергии, необходимой для борьбы со льдом?

Пока он метался в панике, поток «перекусов» внезапно прекратился. Сознание Элиры в его голове замерло. Насторожилось. В дупло ворвался не звук, а… запах. Сквозь щели в древесине, сквозь влажную гниль и холод Элиры пробился резкий, химический аромат. Как хлорка, смешанная с медью и чем-то звериным. Знакомый. Ужасающе знакомый.

*Охотники.*

Воспоминание всплыло само, яростное и целое – не потому что Элира его взяла, а потому что его вырвал наружу инстинкт. Зал в Полуночном Дворе. Люди в чёрной, облегающей экипировке, лица скрыты масками с очками ночного видения. Странное оружие в руках – не ружья, а устройства, похожие на шприцы-гиганты. И запах. Этот самый – хлорка, медь, зверь. Запах их чистилищ, их ядов, их ненависти ко всему «нечистому». Запах смерти, которую они несли вампирам. И, видимо, всему, что с ними связано.

Сергей затаил дыхание. Сознание Элиры в его голове сжалось в тугой, опасный клубок. Он почувствовал её ледяной ужас, смешанный с яростью. Охотники были для неё смертельной угрозой, возможно, даже большей, чем Полуночный Двор. Их яды, их технологии – они умели убивать древних.

Шаги. Не осторожные. Тяжёлые, уверенные. Двое? Трое? Прошли не прямо мимо дуба, но близко. Очень близко. Запах усилился, вонзился в ноздри. Сергей вжался в стенку дупла, стараясь не дышать. Элира лежала неподвижно, но сияние в её груди погасло почти полностью, сжавшись до крошечной, едва заметной точки. Маскировка.

Голос. Приглушённый, переданный через ком в шлеме. Мужской. Без эмоций.
«...след ведёт сюда. Свежий. Человеческий. И… что-то ещё. Фантомный отпечаток. Сильный. Холодный. Не классифицирован.»
Второй голос, более молодой, с ноткой азарта:
«Гибрид? Мутант? Или новый штамм? Лорд Владлен будет щедр за такую дичь. Проверь детектор на резонанс Древних.»
Тишина. Потом – резкий, противный писк, как от сломанного датчика.
«Чёрт! Помехи. Откуда-то снизу… как будто из земли. Или из дерева.»
Шаги замерли прямо рядом с дубом. Сергей почувствовал, как его собственный пот стекает по спине ледяной струйкой. Они в метре. За толстым слоем древесины. Если у них есть тепловизоры… Если детектор сработает чётче…

«Зафиксируй координаты аномалии, – приказал первый голос. – Пока не ясно. Проверим соседний сектор. Возможно, след уводит дальше. Не спугнуть дичь.»
Шаги зашуршали по листьям, удаляясь. Запах стал слабеть. Сергей выдохнул, дрожь прокатилась по телу. Они ушли. Чутьё? Ошибка детектора? Или… вмешательство Элиры? Он посмотрел на неё. Сияющая точка в её груди снова разгорелась чуть ярче.