(не) моя невеста

Глава 47

 Анна  

— Как она погибла? – спрашиваю, поспешно добавив. – Но если не хочешь, можешь не говорить. Я понимаю, возможно, это больно.

Замечаю, как погрустнели его глаза, и неестественно выпрямилась спина.

— Мы впервые поссорились и расстались,… не с очень хорошими мыслями… Я наговорил лишнего, она обиделась и уехала к Роме, – его голос звучал тихо, хрипло и виновато. — Вечером должна была быть выставка одного известного художника, на которую мы были приглашены. Я хотел извиниться и объясниться, но она не появилась на ней. Я думал, что она просто не хочет меня видеть после… — нервно сглатывает. – Думал, что сидит дома и строит план мести мне.

Беру его за руку, чувствуя, как любимый начинает мелко дрожать. Каждое слово ему даётся с трудом, но он продолжает рассказывать мне, муча себя, лишь бы я знала.

— А позже мне позвонили и сказали, что Белла и Роман Кравских разбились на машине. Роман и Белла пробыли в коме всего один день и умерли с разницей в несколько часов, не приходя в сознание. Родители Беллы решили её кремировать, и я не смог попрощаться… был не в состоянии видеть, как горит тело любимой.

На мои глаза наворачивались слёзы. Как же это больно — потерять близкого человека. Знать, что больше не увидишь его, что не услышишь его голос, не обнимешь, не прижмёшь к себе. Понять, что его больше нет – ещё сложнее.

Ведь в большинстве случаев люди, когда теряют близкого, первое время не могут смириться с его смертью и ждут, верят, что сейчас откроется дверь, и он зайдёт в дом. Обнимет, улыбнётся, накричит…

Но больше всего я не понимаю родителей этой Беллы. Как они могли кремировать дочь, когда с ней ещё не все попрощались. Не дали взглянуть на неё последний раз. Зачем вообще кремировать?

— Прости… — шепчу и сжимаю руку любимого в знак поддержки. Лев приподнимает мою руку и целует костяшки.

— Ничего. Первое время было больно, но я уже привык, — говорит с улыбкой, а глаза… они грустят и пытаются справиться с болью. — Теперь у меня есть ты! – приобнимает меня и прижимает к себе. – Теперь я вновь счастлив.

Прильнув к его плечу, незаметно смахиваю слезу.

Как ни странно, я чувствовала его боль. Пусть он её и прятал, но она была настолько ощутима в его взгляде, в эмоциях, движениях и его словах, что смысла её прятать нет,… я уже в его сердце, принимаю волну всех его чувств на себя.

— Я буду рядом! – обещаю шёпотом.

— Надеюсь! – выдыхает Лев и оставляет поцелуй на моей макушке.

— Я понимаю, что тебе больно, но можно вопрос? – решившись, спрашиваю, закусив губу.

Ну, вот куда ты лезешь, Аня?

— Да, конечно…

— Как ты справился с её смертью? – произношу вопрос, поджав губы, не решаясь посмотреть на него. — Я бы не вынесла смерти близкого…

— Я и не справился… — отвечает Лев и спустя время добавляет. — Я начал пить, курить и быстрыми шагами скатываться в пропасть,… благодаря отцу я выполз из чёрной дыры и медленно стал приходить в себя. Начал на автомате работать, заключать сделки, но это не приносило мне радости. Мне ничего не приносило радости.

— А женщины? – спрашиваю, затаив дыхание.

— После Беллы они мне были неинтересны.

— А как же Лена, Лера,… не помню… — нервно интересуюсь.

Лев, взглянув на меня, улыбнулся.

— Ревнуешь? – поигрывая бровями, уточнил, хотя прекрасно знал ответ.

— Слегка, – показываю мизерное расстояние между большим и указательным пальцем. – Ну, так что?

— Спустя четыре года я понял, что компании нужен наследник. В какой-то момент я даже подумывал, чтобы она стала матерью моего ребёнка, но я не хотел от неё детей. Поэтому отложил мысль о наследнике до лучших времён,… а потом появилась ты! Моя прекрасная помощница! – обращает ко мне ласковый и нежный взгляд.

Наследник! Ему нужен наследник!

А что, если он со мной из-за наследника?

Хочет, чтоб я ему родила?

Что, если я ему нужна только ради ребёнка?

О мой бог!

Мы же не предохранялись!