Не настоящая жизнь

Глава 1.

Я вновь с трудом раскрыла слипшиеся веки и меня охватил новый приступ головной боли. От отчаяния натянула на голову, так называемую подушку. Мешок набитый соломой и травами от чужого ора не спасал, я глухо застонала.

— Если, все же это были Вы! Если окажется так, как мы предполагаем, клянусь честью рода, добром наши семьи не разойдутся!

Глухой бас отвечал тихо и медленно, слов я разобрать не могла.

— Наша семья, доверила Вам, свое сокровище, а Вы ее чуть не убили!

Бас отвечает уже с рычащими, угрожающими нотками в голосе, но все так же глухо.

А у меня голова разрывается от звонких криков мужчины. И единственное, что я хочу - это тишины!

Голоса приближаются и раздражают все больше и больше.

Дверь в мою комнату с грохотом открывается, грустно скрипнув петлями и на пороге возникает источник шума.

Молодой мужчина красив. Его черные, почти смоляные волосы, взъерошены. Пряди прилипли к высокому лбу, а прямые брови сведены к переносице. Зеленые глаза горят бешеным огнем, он похож на дикое животное.

Я уже начинаю привыкать к своим галлюцинациям. Не ору, не пытаюсь встать с кровати, из последних сил поднимая непослушное тело. Я даже не спорю с ними. Я послушна. А они безопасны.

Думаю это морфий.

Лекарство полностью затуманило мой мозг. Пробралось в каждую клеточку подсознания и выстроило свою версию жизни.

Просыпаться в комнате замка намного интереснее, чем в больничной палате, наполненной запахами лекарств и рыдающими родственниками.

У меня их не много, но чтобы испортить последние дни, усугубить чувство безысходности-хватает.

Я даже рада, что больше не вижу опухшую от слез маму и подавленную горем сестру.

—Ри, как ты?!

Брюнетистый красавчик присаживается перед моей кроватью на корточки и берет мою тонкую руку в свои огромные ручищи.

На вид, ему лет двадцать. Может немного больше. Тонкие, аккуратные черты лица, мощное тело. Атлет!

Поднимаю глаза на открытую дверь. В проем проскальзывает еще один красавчик. Один в один, как тот, что у моей кровати.

Близнецы или сбой в матрице?

Встает рядом с первым и молча с тревогой глядит на меня. Взгляд пронзительный, проникает под кожу. Я ежусь.

На этом посетители не заканчиваются.

Третий плод, моей больной фантазии появляется в дверях.

Этот что-то из ужасов.
На голову выше близнецов. Рыжий. Косая сажень в плечах и огромные ручищи. А лицо(!!!), вся левая половина лица обезображена шрамами. Будто его к раскаленной плите приложили, да подержали. Чтобы получилась подобная маска сплошных шрамов, переплетающихся между собой, из лица должно было быть месиво.

Брррррррр…

От одного его вида скрутило живот, туго стягивая внутренности в узлы. Где-то на задворках сознания промелькнула жалость. Но лишь на миг. Страх и осторожность быстро ее вытеснили.

Я боялась мужчину. До дрожи в коленях и вспотевшей спины. Захотелось завизжать и спрятаться под одеялом. Будто эта тряпка могла меня спасти, реши он проявить агрессию.

Почему? Я не знаю.

Наверное, если бы не его рожа, то фигуру можно было бы отнести к образчику мужественной и брутальной сексуальности. Но именно лицо, было той самой ложкой дегтя.

Мужчина встал у окна, сложил руки на груди в замок и широко расставил ноги, сверля меня голубыми глазами. В них было столько негатива, что я даже натянула одеяло до подбородка.

— Ри, ты слышишь меня?

Брюнет требовал ответа, тряся мою ладонь.

—Я Хорошо. Слышу Вас. А вы кто?

То что мой голос во снах напоминал девичий, мягкий и тонкий, я тоже привыкла.

Однолицые выпучили на меня глаза, в них плескался неподдельный испуг.

Ситуацию разрядил «мой ужас». Так я нарекла рыжую галлюцинацию.

—После падения, Риана потеряла память. Две недели без сознания. Потом пришла в себя, но долго бредила. Сейчас все хорошо, лишь спит много.

Все его слова были пропитаны раздражением.

Каждый раз, как я приходила в себя в каменной комнате, рядом были сиделки. Их не интересовало, что я говорю. Девушки лишь помогали мне справляться с потребностями организма. Состояние мое было, как в тумане и я с благодарностью принимала помощь.

Но. Мне больше не было больно. Да, тело болело, но лишь, будто меня избили. Я больше не чувствовала, той адской боли, что приносила болезнь. Поэтому каждый раз, открывая глаза, я молилась — хоть бы очнуться не в стерильной палате. Очнуться в фантазиях, где мне легче. Легче переносить боль.

Ужас был прав. Мне каждый день становилось лучше. Я уже вставала с кровати и делала небольшие переходы. В основном до ночного горшка. Но и это безумно радует. Подгузники в мои сорок лет, слишком расстраивали, доводя до истеричного хохота.

Иногда ко мне приходил местный доктор.

Смешной старичок, с длинной бородой, одетый в серый халат на запахе, подпоясанный кожаным ремешком.

Дед довольно гладил бороду и хвалил меня.

Он мне нравился.

Голос рыжего был мне знаком. Я слышала его во снах, будто через пелену сознания, лишь голос, слов не могла понять.

Только сейчас увидела его наяву.

Брюнет сжал мою ладонь до боли. Я вскрикнула и мужчина тут же ослабил хватку.

— Хочешь сказать, ты нас совсем не помнишь? Риана! Мы же твои родные братья!

— Извините…

Тут в разговор вступил второй брат, молчавший и наблюдавший за мной из подлобья.

— Ри, если вы не успели завершить брак, то учитывая создавшуюся ситуацию и наши подозрения, мы можем увезти тебя домой. Отец, он…

Голос ужаса раздался резко, как раскат грома, мы дружно посмотрели на мужчину.

— Не можете. Наш брак полностью законен. Теперь я решаю судьбу своей жены.

Брат, что держал мою руку отпрыгнул от меня и подошел вплотную к ужасу. Крылья его носа трепетали, ярость застилала глаза. Парень не сводил глаз с мужчины, источая гнев.

Но со стороны был похож на взъерошенного воробья, что кичится перед огромным ястребом.

Но плюсик за храбрость я ему поставила.