Не неженка

Рыжая

Перед зеркалом в парикмахерской сидела девушка. Позади нее суетилась мастерица, окрашивая прядь за прядью. Она тщательно промазывала каждый кусочек волос, перекрывая природные светлые оттенки. Клиентке было очень неловко, это считывалось с ее покрасневшего лица. Но она продолжала молчать. Что было в ее мыслях оставалось только догадываться.

После покраски парикмахер приступила к стрижке. Она срезала длинные волосы, смотря на них с жалостью. Ей всегда было грустно видеть, как длинноволосые девушки просят короткую прическу. Но работа. Ничего не поделаешь. И лучше это сделает она, чем кто-то другой. Когда длина волос стала по плечи, девушка остановилась.

- Так достаточно? – где-то в глубине души она надеялась услышать это заветное «да», чтобы не продолжать укорачивать такие красивые и здоровые волосы.

- Можно еще на пару сантиметров короче, пожалуйста? – тихо пискнула клиентка из кресла.

Парикмахер тяжело выдохнула и кивнула. Она укорачивала волосы до тех пор, пока клиентка не осталась довольна. Сделала модную укладку. И удивилась тому, что так ей и правда больше шло. Детское лицо вытянулось, приобретя взрослые черты. Женщине всегда было интересно наблюдать, как меняются клиенты после стрижки.

- Я сделаю фото для своего портфолио? Уж очень хорошо вышло, - почти умоляя спросила парикмахер.

- Конечно. С удовольствием побуду моделью, раз уж ростом не вышла, - девушка усмехнулась.

Когда рыжая расплатилась и вышла из салона, на улицу уже опустились сумерки. Она посмотрела на телефон и ускорила шаг. «Стоянки осталось всего полчаса, а мне топать минут двадцать! Вот черт! Не надо было соглашаться на эту дурацкую фотосессию!» - бормотала себе под нос девушка, стараясь не сбивать дыхание. Ведь если она выдохнется, точно не успеет на теплоход. И тогда ей нехило прилетит от родственничков. Не хватало еще ехать в соседний город и потом выслушивать нотации о том, какая она безответственная. Глупая. И все в таком духе.

Она и так ожидала взбучки за то, что потратила свои карманные деньги на салон и так кардинально изменила имидж, не спросив разрешения. Но еще чего, спрашивать разрешение о том, что делать со своими волосами! Она уже взрослая, вообще-то. Ей уже целых шестнадцать лет!

Девушка еле успела. Она вбежала на борт теплохода за пару минут до того, как убрали трап. Прямо в проходе она чуть не столкнулась с одним из рулевых. Но ей было совершенно не до разговоров. Она вбежала в кают-компанию и плюхнулась на стул, шумно выдохнув. Матрос, сидевший в дальнем и плохо освещенном углу, поднял голову на нее и улыбнулся. Он хотел что-то сказать, но его планы не осуществились.

- Только посмотри, что она с собой сделала! Была такая хорошенькая девочка, а сейчас! Волосы обрезала, покрасилась! Для чего?! – восклицала женщина, приближаясь к девушке и тыча в нее пальцем. На кого она направляла свое «посмотри» одной ей было известно. – Зачем себя так испоганила? Что люди-то скажут?!

- А тебе вот обязательно нужно было испортить мне настроение, да? Дедушке, между прочим, очень понравилось. Он сказал, что мне идет новая стрижка и цвет.
- Этот старый хрыч разбирается только в девках с трассы и водке! Мала еще больно так со старшими разговаривать!
- А ты не слишком стара, чтобы прямо при всех, - девушка обвела взглядом кают-компанию, где сидело всего человека три. И им всем было совершенно не интересно слушать их перепалку. – При каждом своем коллеге говорить о том, что твоя внучка, родная, позволь заметить, внучка. Девка с трассы! Ой-ой-ой, стыдоба-то какая! А что люди скажут? Как ты думаешь, что этот честной народ подумает о нашей семье? Люди добрые! За час беру недорого!

Девушка усмехнулась, заметив, как побледнела бабушка. Женщина окинула взглядом сидящих вокруг матросов, которые уже смотрели на нее во все глаза. Будто ждали ответа. Они знали, что эта девушка очень своенравная и пылкая. Ее бабушка постоянно чем-то помыкала, но та всегда с легкостью находила, чем ей ответить.

Это никогда не нравилось женщине, зато люди вокруг смотрели бесплатный спектакль. Их ссоры всегда были с пустого места и длились достаточно долго. Мало кто дожидался до антракта, чаще всего, разбегались на работу в самом разгаре ссоры. Но в этот раз женщина будто сдалась.

Она и сама видела, что внучке так шло гораздо больше. Рыжие волосы делали из нее взрослую красивую девушку, а не гадкого утенка, подростка. Но признать то, что Соня повзрослела значило и признать то, что женщина постарела. А этого ей не хотелось.

Она не успокоилась, лишь сбавила темп.

- И вот надо оно тебе? А? Сонь?

- Хорошо, допустим, что я могу снова сходить в салон и вернуть свой цвет. Да, я испорчу волосы, чего ты так сильно боишься, они превратятся в солому, но будут мышиного русого цвета, как ты любишь. Но ты серьезно думаешь, что твоей зарплаты, не говоря уже о моих карманных, хватит на то, чтобы вернуть их длину? – девушка скрестила руки на груди. Она знала, что победила. Она каждый раз одерживала верх над бабушкой. И каждая победа была очень сладкой.

Женщина промолчала. Ей было нечего сказать. Она мало разбиралась в этих новых модных штучках. Но знала, что вот это вот наращивание волос стоит очень дорого. Одна официантка делилась, что ей понадобилось двести тысяч, чтобы вернуть свою длину волос после неудачной стрижки.

Соня уже стала уходить, не дождавшись ответа, но заметила, что тот матрос все еще смотрит на нее. Она улыбнулась и вышла, оставив бабушку думать, к чему еще можно придраться.

***

Соня сидела на диванчике возле выхода на палубу и яростно ударяла по клавишам ноутбука. Она бы и рада была сесть куда-то в другое место, но ее старенький агрегат перегревался, стоило унести его со сквозняка. А когда он перегревался, его вентиляторы жужжали похлеще военного истребителя. Поэтому, чтобы спокойно поработать над книгой, приходилось сидеть почти что в проходе. И, конечно, иметь «удовольствие» общаться с различными мимо проходимцами. Ведь просто пройти мимо и не оставить свой невероятно важный комментарий о том, что Соня переписывается с мальчиками, они не могли. А у нее было вдохновение. Новый цвет волос подарил массу идей.