( Не ) нужная истинная

9. Неожиданная помощь.

- Эй, девонька, ты чего? Чего так убиваешься? Родственник и в правду что ли твой? – меня заботливо погладила по голове чья-то мягкая ладонь.

Я нашла в себе силы только кивнуть.

- Ну-ну, не плачь. Не надо… Пойдем-ка лучше со мной, я тебе травки успокаивающей заварю. Посидишь, успокоишься.

Причитающая соседка практически силой увлекла меня за собой. Мы прошли через черный ход и оказались на светлой уютной кухне. Похоже, я была права, и неравнодушная женщина и впрямь была здешней поварихой. Она усадила меня за стол и всунула в холодные пальцы кружку с горячим отваром.

- Пей, - скомандовала она.

Я немного расплескала питье на платье, но с каждым глотком меня все больше отпускала истерика, и я постепенно успокаивалась.

- Вот и славно. Маричка плохого не посоветует. Допивай девонька и угощайся. Вот только из печи достала. Ты откуда сюда приехала? Вижу издалека, не местная, - она протянула мне еще горячую сдобу и устроилась напротив, подперев подбородок пухлыми кулаками. Я заинтересованно осмотрелась.

Кухонька была небольшой, но на диво удобной. Все в ней указывало на любовь хозяйки к своему делу. Начищенная до блеска посуда, аккуратные стопки тарелок в шкафу и везде нарядные прихваточки, салфеточки, полотенчики. И сама Маричка была похожа на сдобную булочку, круглую, румяную. Русая копна волос убрана в тугой узел на затылке, карие глаза смотрят с сочувствием, на губах приветливая улыбка. Я немного ошиблась с ее возрастом. Вблизи стало понятно, что она моложе. Возможно даже моложе моей мамы.

- Я издалека. Из Дорфута, - мучительно вспоминала я географию.

- Ооо, - протянула Маричка. – Как же тебя к нам занесло? Не близкий путь. Как тебя одну родные-то отпустили? - всплеснула она руками.

Весь ее вид говорил, что она любит жалостливые переживательные истории и готова слушать их часами.

- Я сирота, - сдержанно ответила я.

- А господин Райдо тебе кто?

- Он мой… дядя… был, - я сглотнула колкий ком и прикусила губу, чтобы опять не зареветь.

- Ох! Жалость-то какая! А его ведь тоже от переживаний удар хватил. Встретила его как раз перед этим, а на нем лица нет. Сказал, магического вестника получил. Дочь он потерял. Сгинула в столице где-то. И мертвыми глазами на меня как посмотрел. Добила его эта новость, я думаю. Совсем он… Ей, ты чего?

У меня закружилось и поплыло все перед глазами. Я схватилась одной рукой за стол в тщетной попытке удержаться на месте. Жалобно звякнула опрокинутая кружка.

Маричка не растерялась и живо опрыскала меня, набрав в рот воды, а затем размашисто захлопала по щекам.

- Совсем ты слабенькая, я смотрю. Не дело это в такие дали пускаться такой молоденькой девице. Ну раз сирота, то понятно, что выбора у тебя нет. Эх, горюшко горькое. Господин Байдо завещанием своим все на дочку записал. А вот и нет ни ее, ни его. Все городу и отошло. Больше-то никто не заявился из родственников. Там к нему еще один старый господин приходил вчера, тоже расстроился. Дело у него было какое-то важное. А ты обратись к нашему нотариусу, может и тебе что причитается по причине родства. Совсем я смотрю ты без средств. А так хоть какая помощь. В такой путь далекий осмелилась…

Она все говорила и говорила, мягко поглаживая меня теплой ладонью по руке. А я все никак не могла прийти в себя от обрушившихся на меня ужасных новостей.

Отец умер из-за меня! Нет! Не из-за тебя, шепнул мне внутренний голос. Это Даларт. Он во всем виноват! Я потеряла свою прежнюю жизнь, все надежды на будущее, отреклась от семьи, скрываясь ото всех… Теперь отец…

Это слишком! Мой счет к Даларту стремительно рос и невыносимая ненависть тоже. Она жгла меня изнутри. Я с трудом могла представить, как же сильно я была в него влюблена еще пару недель назад. Наверно, так же сильно как теперь ненавидела.

- Ой, посмотри. Тот пожилой господин вернулся. Алгерро кажется его зовут. А ли забыл что-то? Да с ним нотариус! Вот тебе повезло, девонька! - вдруг прервала свои причитания Маричка.

- Пойдем, пойдем скорее, я господина Торвиуса хорошо знаю. Спросим про наследство. Авось повезет и тебе что-нибудь от дяди твоего достанется. Негоже так родственников обделять в пользу чиновников, - деловито размышляла она.

Она вскочила и энергично потащила меня опять к дому отца, где двое высоких мужчин стояли у входа и что-то обсуждали. Ее порыв настолько стал для меня неожиданным, что я ничего не успела предпринять. Не орать же теперь на всю улицу, чтобы она остановилась.

- Господин Торвиус, - прокричала Маричка, так что ее услышали, наверно, и в конце улицы.

Седой представительный мужчина с кожаным саквояжем подмышкой обернулся на ее зов и удивленно приподнял брови.

- Господин Торвиус, тут у господина Райдо… племянница оказывается есть. Может вы… господин Торвиус, посмотрите… что ей причитается по завещанию. Сиротка ведь… помочь надо… - запыхавшись, зачастила моя сердобольная помощница.

Нотариус повернулся в мою сторону и внимательно осмотрел мою сгорбленную фигуру.

- Племянница? – сухо уточнил он.

Я кивнула, потерянно опустив глаза. Не нужно было стараться выглядеть несчастной и жалкой. Я и так себя ощущала самой несчастной в мире в этот момент.