(не) нужная жена. Чужая истинная

1.1 Неприятная неожиданность

- Отец встретил истинную – произнёс сын, и его слова меня словно оглушили.

Звуки праздника вокруг померкли, ароматы пропали. А смешки и топот собравшихся гостей смешались в тихий гул.

Праздничное платье, что сшили для меня на заказ, стало тесным, швы болезненно впились в кожу, а камни дорогого колье оцарапали шею.

Внутри меня что-то натянулось, зазвенело обидой, а после болезненно оборвалось.

- Она очень красивая. Достойная – сын продолжал – Она займёт место рядом с отцом. В том числе и за столом на сегодняшнем вечере. Ты должна уступить. Истинность – это дар богов. – закончил он.

«Дар богов», — пронеслось колючим шёпотом где-то за моей спиной. И острые взгляды устремились мне в спину.

Я стояла, обратившись в камень, тщетно убеждая себя, что у сына не было намерений меня обидеть. Он был ещё непростительно молод, чтобы понимать происходящее. А мне было не до того, чтобы искать оправдания его колючим словам и очевидному принятию полной правоты его отца.

У меня в мыслях бился только один вопрос: почему я вообще говорю об этом с ним, а не с мужем?

Грудь сдавило, когда я скользнула взглядом по толпе собравшихся. Сегодня в императорском зале были все высшие драконы севера.

И мой муж был среди них.

Слишком занятый, чтобы найти время и объясниться. Он стоял в компании молодой светловолосой девицы с фарфоровой кожей и большими голубыми глазами. В платье из дорогого шёлка, что струилось по её подтянутому молодому телу, открывая изящные, тонкие плечи, где от взгляда моего мужа Аластора, казалось, остался горящий след.

Ревность сдавила меня в тиски, разгорячённой волной прокатилась по телу и опалила щёки, когда я заметила на её тонкой шее ожерелье из крупного жемчуга Белого моря.

Точно такое, что было однажды подарено мне Аластором.

В самый счастливый день нашей жизни, в день, когда я подарила ему сына.

И я бы с удовольствием сменила своё дорогое колье на это ожерелье сегодняшним вечером, да только мне не удалось его отыскать.

Значит ли это, что на шее девицы сейчас моя вещь?

То, что ещё секунду назад казалось мне чем-то нашим с Аластором, родным, интимным, сейчас было доступно другой.

Меня даже встряхнуло, когда она подняла руку и скользнула по бусинам тонкими пальчиками.

Теперь оно было у той, кто к закату моей молодости завладела вниманием моего мужа. Очевидно, заставив забыть о его обязательствах. А таких у Аластора было много, и даже появление истинной здесь, на севере не освобождало его от брака со мной.

Наш брак был договорным.

Уверена, за прошедшие тридцать лет, связи наших семей плотно проросли и сплелись настолько, что с разводом их придётся вырывать с ошмётками и ощутимыми последствиями для обоих семей.

- Тебе не о чем беспокоится. Отец приготовил для тебя отличные условия. Послезавтра ты покинешь дом и будешь до конца дней на его полном обеспечении. – вмешался в мои вязкие мысли голос сына.

- Он меня отсылает? – спросила я, и он кивнул – Я не собираюсь уезжать сейчас. Сначала я желаю получить развод.

- О каком разводе ты говоришь, мама? Ты жена первого советника императора и лучше любого другого знаешь, как важен ваш брак для союза юга и севера. Сколько всего скрепила ваша связь и как, по-твоему, будет проходить развод? Это многое всколыхнёт. Зачем тебе это нужно? Отец уже побеспокоился о тебе. В твоём возрасте это идеальный вариант.

Я вскинула на него полный ярости взгляд.

С меня было достаточно, и он это понял.

Потому отступил и плотно сжал губы в тонкую линию. Я знаю, что взгляд мой был подобен хлысту, потому что я больше не была намерена обсуждать с ним ничего подобного.

- Ни ты, ни твой отец, судя по всему, и понятия не имеют о том, что будет для меня идеальным. – процедила сквозь зубы, и сын шумно выдохнул через нос.

А меня накрыло щемящее душу чувство, что я все эти годы жила не своей жизнью. И ради чего?

Предавала себя, свои мечтания, жертвовала не только своими желаниями, но и сном ради блестящего будущего сына и благополучия мужа.

А в итоге не заслужила ни уважения, ни нормального разговора.

- Отец знал, что ты воспротивишься и захочешь свободы, но ты не в том положении, чтобы сопротивляться – произнёс он, и его голос утонул в серебряном колокольчике, что оповестил гостей о начале ужина. – Если ты слишком взволнована сейчас, я могу отвезти тебя домой. В твои покои. Гости поймут – он протянул мне руку, и я поняла: мне нужно выбирать.

Сейчас.

А значит, пришло время напомнить Аластору, что в жёны он выбрал не покорную северянку, а дочь южных земель.