Не обижай меня

Пролог

Я выбежала из квартиры босиком. Домашние шорты впитали капли крови, а толстовка, которую я успела схватить с кресла, была больше на несколько размеров. Артур врезался в дверной косяк и взвыл бешеным бизоном, когда понял, что я вырвалась из его дома и уже распахиваю входную дверь.

Слезы текли непрекращающимся потоком, размазываясь по ссадине на скуле и обжигая горечью и солью. Мне было страшно. Если он догонит сейчас, мне просто не выжить. Я бежала, не разбирая дороги, пока узкая улочка вдоль старых зданий не закончилась тупиком. Я с ужасом осознала, что дальше бежать некуда. Нужно было свернуть в тоннель возле дома Артура или в арку, которая вела к каналам, но я не догадалась, и судьба привела меня сюда. Здесь и закончится моя невеселая жизнь.

Дверь нехотя открылась, и на улицу вышел парень в длинном коричневом фартуке, он облокотился на перила выступающей лестницы и поджег сигарету. Затянулся и устало выдохнул сизый дым в ночной воздух.

– Помогите, – мои губы дрожали, а я даже не слышала своего голоса. Но парень напрягся и повернул голову в мою сторону.

– Кто здесь? – низкий грудной голос пронзил трескотню кузнечиков.

Он повернулся ко мне всем корпусом и навис, закрывая тенью от света из коридора бара.

– Помогите, – повторила я, прижимаясь к стене.

– Что с тобой?

Он спустился на ступень и всмотрелся в темноту. Но тут же отступил, когда понял, что я сжалась еще сильнее.

– За мной гонятся. Помогите мне.

– Ок, иди сюда. В конце коридора туалетные комнаты, а дальше коморка. Запрись там и сиди тихо.

Я не поблагодарила, юркнула под его руку, которую он упер в стену, и помчалась по ледяному полу в указанном направлении. Сердце трепыхалось, и в горле стоял ком, который душил, и перед глазами мерцали мошки от напряжения. До коморки добежать я не успела.

– Эй, ты девку тут не видел? Белобрысая, тощая, – услышала я голос Артура.

Мой спаситель медленно затянулся, со свистом втягивая воздух и дым, и так же медленно выдохнул.

Я вжалась в стену за тяжелыми шторами, которые отделяли зал от подсобного коридора, и перестала дышать. Голова закружилась, и я закусила губу, чтобы не всхлипнуть и не выдать себя.

– В такое время? Здесь? Не-а. Да и ты бы шел, это частная территория.

– Ты поговори мне, – едва ворочая языком, огрызнулся Артур. Но удаляющиеся шаги позволили мне расслабиться и сползти по стене. Я запуталась в шторе и повисла на ней, хватая воздух ртом. Дверь захлопнулась, и щелкнул замок. Только сейчас я поняла, что нахожусь неизвестно где, в компании огромного страшного вида мужика. Что ужаснее: быть забитой Артуром или этим громилой? А если он маньяк какой?

– Ну-ну. Все, он ушел. Вставай. Вот так. Идем. Вот сюда. Тебя как зовут? – его огромные руки подхватили меня под локти и толкнули в сторону.

Почему этот мужик не пугает меня? Захотелось спрятаться у него на груди, как маленькой, прижаться и плакать на плече. Меня пугали мысли о нем, но не он сам.

– Ладно, понял. Меня Володькой зовут. Если сдружимся, разрешу Вовкой звать, согласна?

Я кивнула и вытерла слезы рукавом толстовки.

– Я Лиза, – проплакала я, судорожно всхлипывая.

– М-м, подли-иза. Лисой звать буду, согласна?

– Угу, – отекший нос забился, и я даже представила, как покрылась красными пятнами. Хотя какая разница, когда синяк наливался под глазом, только бы не заплыл.

Владимир наклонился ко мне, почти вдвое сложился, чтобы заглянуть в лицо:

– О, крошка, да тебе нужен лед. А ну, идем со мной.

Володя повел меня дальше. В коморке зажегся свет. Скромно обставленная два на два метра комната с крошечным окошком под потолком, потертым диваном, столом у стены и узеньким шкафом поразила меня уютом и теплом. На стенах развешаны черно-белые фотки из журналов, а плед, небрежно брошенный на стуле, так и манил в него закутаться.

– Располагайся, я сейчас.

Володя вышел и почти сразу вернулся с замороженными оливками в целлофановом пакете. Я только успела провалиться в промятый диван.

– Разморозятся – придется выкинуть, – подала я хриплый голос, принимая подношение.

– А и фиг с ним. Не велика беда, особенно если поможет. Ну же, приложи. Это он тебя так? Знал бы раньше – по стенке размазал. Парень?

– Бывший. Теперь бывший. Он никогда раньше... – я задержала дыхание, чтобы не расплакаться снова, – а сегодня... Выгнал с работы и отправил домой. Уволил. А когда вернулся пьяный, начал орать и швырять вещи. Я испугалась и хотела попросить поговорить, когда он успокоится, он выдернул ремень из брюк и замахнулся. Я даже не сразу поняла, что мне по лицу прилетело пряжкой. Обожгло.

– Ну хоть рассечения нет. Есть куда идти-то?

Я мотнула головой и опустила глаза. Я и не надеялась, что он предложит остаться. Но выйти из этой комнаты сейчас было подобно пытке. Я сжалась, готовясь к очередному удару судьбы. Вот сейчас он скажет, что закрывает бар, и мне пора.

– Угу. Ну, значит, заночуем вместе. Тут раскладушка есть. Я лягу на ней. А ты на диване. Завтра решим, что делать дальше.

– А как же это? Мне неудобно.

– Ага. Знаешь, что неудобно? Что я сразу не понял, что надо было этого урода придавить и научить, как обращаться с девушками. Вот что неудобно. Теперь я виноват перед тобой.

Я хмыкнула и подавилась смешком. А он приподнял свои кустистые густые брови и, опершись ладонями на колени, наклонился и серьезно произнес:

– Так, куколка. С сегодняшнего дня ты работаешь на меня. Много платить не обещаю, но койкой и едой обеспечу. На первое время. Я сам только недавно раскрутился, и штат у меня неполный. Но ты быстро вольешься. Пару дней дам на восстановление, но потом отработаешь, поняла?

– От... Отработаю?

– Да, официанткой будешь работать. Идет? – он растянул губы в широкую улыбку, и у глаз собрались морщинки-смешинки.

– Идет. Спасибо. Это, конечно, все неожиданно, но, правда, спасибо.