Не одинокие сто лет

Глава 6

Пашка смотрит на меня долгим, пронизывающим взглядом. У меня даже дыхание сбивается – так страшно. Так вот было похоже, когда я с тройкой домой пришла. И мама долго-долго на меня смотрела. Она не ударила – а многих у нас в школе за такое родители ремнем! – но глянула так, что больше я старалась троек не носить.

– Ох же, я дурень! – неожиданно Пашка ставит меня на пол и сам встает рядом. – Понимаешь, Нинка, я за время войны отучился от каких-то простых вещей. Нормальных, человеческих… мирных отношений. Ты уж прости!

И тут он – раз, и на одно колено встает!

Я смотрю на него в полной растерянности.

– Пашка, вставай! Ты чего?

– Нина, – говорит он торжественным голосом. Откашливается. – Владимировна. Выйдите ли вы за меня, полного идиота, Павла Георгиевича, замуж? Прошу нижайше вашей руки.

– Паша, – у меня аж голос сел, – мы на «ты» вроде были…

– Так выйдешь или нет? Не морочь мне голову. Там уже и ребенок волнуется, – он нежно проводит рукой по моему, пока ничем не выдающемуся животу.

– Конечно, выйду, Паш! Вставай!

– Вот, другое дело!

Он встает и усаживает меня обратно на колени.

– Надо свадьбу. Нин, сварганишь себе платье. Распишемся и гульнем тут, во дворе.

– Ага, и Верка говорит, что надо свадьбу…

– Так, это что ж? Верка первой узнала? Ничего себе новости!

– Паш, не обижайся. Я к ней когда за таблеткой пошла, она сразу просекла, что это за напасть. И сегодня к стенке прижала. Я все и выдала. Тебе просто не успела.

– Ладно, но больше так не делай. Все перво-наперво мужу. Поняла?

– Ага, – киваю. – Чего тут не понять. Но надо ли свадьбу? Такое время…

– Нинка, ну какое такое? Наоборот! Самое время играть свадьбы! Победа, новая семья, новая жизнь! Люди соскучились по праздникам. Вот мы им и устроим.

***

На следующий день, вечером Пашка встречает меня с работы. Мы еле-еле успеваем в ЗАГС до закрытия.

– Ну что, товарищи, женимся? – с доброй усмешкой спрашивает нас пожилой мужчина. – Это хорошо. Когда зарегистрируемся? Вот смотрите – свободные числа в сентябре.

Я смотрю на листочек с ужасом. Особо-то свободных и нет. В воскресенье вообще все забито. А что удивительного – женихи с фронта возвращаются.

– Паш… – я мотаю головой, глядя на своего. В глазах стоят слезы. – Хотелось бы побыстрее.

Мне надо будет идти еще раз к врачихе. А если она опять спросит, как у меня с семейным положением?

– Так, – Пашка хмурится, – вот есть вечером. Ты успеешь прибежать с завода. А отметим в воскресенье. Никто ведь такой расклад не запрещает? – он подмигивает, а я выдыхаю. – Давайте нас вот на это число, – Пашка тыкает в листок. – Четвертое сентября. Записывайте.

– Давайте паспорта, товарищи, – улыбается в усы дедок.

Он открывает огромную амбарную книгу и готовится записывать.

Мы протягиваем паспорта.

Дедок листает мой. Кивает. Внимательно, очень медленно записывает мои данные, постоянно сверяясь с паспортом и поправляя очки на резинке.

Я чувствую, как нервничает Пашка. Еще бы! Я и сама волнуюсь. Вот вроде хотела замуж. Так и планировала. Никого другого, кроме Пашки, не представляла рядом с собой. А все равно нервно! Такое решение – на всю жизнь!

Да, знаю, что люди разводятся. У нас соседи, еще до того, как дом разбомбили, вдруг разбежались. То есть, даже во время войны умудрились… Но я так не хочу.

Поэтому решение важное.

Дедок закрывает мой паспорт и откладывает в сторонку.

– Молодой человек, Павел Георгиевич… – выводит он в нужной строке. – Прописаны… там же, где невеста… Смотрю, переехали? – спрашивает дедок, не поднимая головы.

– Да, дом был разрушен. Родители в эвакуации, – бормочет Пашка. – Поэтому так получилось, что я без квартиры. Адрес есть – квартиры нет. Переписали меня к Нинке.

– У многих так, – дедок заканчивает переписывать адрес и листает паспорт дальше.

А чего его листать? Тут у нас странички пока пустые.

– Так, товарищ, а что тут у нас? Женились на фронте? Развелись? Быстро это вы, товарищ. А где свидетельство о разводе? Предъявите бумажечку, пожалуйста.

– А так я не взял… Не знал, что нужно...

– Обязательно, товарищ. Штампик штампиком, а документик извольте предъявить. Случаи разные бывают. Поглядел я на многое. Вас ни в чем не обвиняю, но порядок есть порядок, – он смотрит на меня из-под очков. – Вы, товарищ Нина Владимировна, не бледнейте раньше времени. Жених ваш документик поднесет завтра… Вы ведь поднесете, Павел Георгиевич?

– Д-да, конечно.

– Во-о-т. И все будет отличненько. До завтра дату регистрации за вами подержу. Но не более.

Мы выходим на улицу.

Я не могу прийти в себя. Вот почему Пашка так на меня смотрел, когда я ему сказала, что беременная. Вот почему он не торопился предложение делать. Вот почему мне показалось, что он такой опытный в этих делах…

– Нин, прости. Надо было сразу сказать. Я очень боялся тебе рассказывать правду.