Не от мира сего

Глава 1. Клиент.

— Воровка! — лысый мужчина средних лет тыкал в меня толстым пальцем. — Хватайте её!

— Да не брала я ничего!

Золотые часики из антикварной лавки звякнули у меня в подъюбнике, и на моём лице расцвела самодовольная улыбка.

Всё бы ничего, но за мной уже гналась толпа королевских гвардейцев. По всей видимости, всю свою удачу я растратила в тот раз, когда украла расшитый изумрудами нагрудник, и сегодня меня угораздило наткнуться на его высочество принца Аарона и его свиту.

Атласные балетки предательски скользили по покрытому изморозью асфальту, и я с визгом теряла равновесие на каждом крутом повороте между торговыми лавками.

Мне нужно всего-то добраться до улочки, спрятанной между стенами большого оперного театра и магазином кожаной обуви, протиснуться — в таком узком проходе у широкоплечих гвардейцев ничего не выйдет — и как только я до неё доберусь, мне с лёгкостью удастся улизнуть.

Почти.

Цепкие пальцы сомкнулись у меня на предплечье и с силой дёрнули назад, так что я упала на задницу и уронила капюшон, закрывавший моё лицо. Гвардеец в тёмно-зелёной форме продолжал удерживать меня за руку, несмотря на то что ему пришлось чуть ли не присесть на корточки, чтобы оказаться со мной на одном уровне.

Ну и пожалуйста. Пусть попробует доказать, что я что-то украла.

— Вставай, — гвардеец рявкнул и потянул меня наверх.

Черта с два! Я осталась неподвижно болтаться в его руках с беспристрастным выражением лица. Пару минут — и я устрою здесь самый настоящий цирк. Но для этого мне нужны зрители.

— Кому сказал! На ноги живо!

Я высунула голову из-за его лодыжки.

Принц Аарон в окружении остальных членов королевской гвардии был в паре метрах от нас.

Пора.

Спешно поднявшись на ноги, я принялась вопить на всю улицу:

— Да как вы смеете так обращаться с дамой! — я оскорблённо притопнула ногой. — Отпустите меня немедленно, иначе я буду кричать!

— Что здесь происходит? — Его высочество стоял прямо передо мной. На моих щеках выступил румянец. Вблизи он был куда прекраснее, чем издалека. Мне бы позавидовала далеко не одна девушка.

— Я поймал воровку, — гвардеец кинул на меня небрежный взгляд.

— Я не воровка! — как можно больше драматизма в тоне — и принц мой. Я оскорблённо цокнула. — Я ничего не брала!

— Если не брали, зачем было убегать? — Принц смотрел на меня, наклонив голову на бок. — Я видел, как вы удирали. Значит, была на то причина?

— Вы меня напугали. — Я дёрнула руку, по-прежнему находившуюся в крепкой хватке гвардейца. — Любая на моём месте кинулась бы прочь.

— Ваше высочество… — Увидев сомнения на лице принца, гвардеец нахмурился так, что густые брови сошлись на переносице. — Предлагаю обыскать.

Я ахнула и, демонстративно взмахнув свободной рукой, уронила кисть на лицо.

— Неужели вы позволите вашему гвардейцу трогать даму без её разрешения? — Качнувшись в сторону, я полетела на бок, старательно изображая обморок.

Сильные руки гвардейца подхватили меня, не позволяя мне рухнуть на землю, но я осталась неподвижной, откинув назад шею.

— Что прикажете с ней делать?

— Полагаю, ждать, пока придёт в себя, а затем отпустить бедную девушку.

Гвардеец кивнул.

Мысленно досчитав до десяти, я приподняла голову, потирая рукой затёкшую шею. По приказу принца гвардеец аккуратно опустил меня на землю.

Пошатнувшись, я поправила подол промокшего от снега платья и присела в реверансе.

— Ох, прошу меня простить, ваше превосходительство…

Внимательно осмотрев меня с ног до головы, особенно задержавшись глазами на кружевных ярусах пышной юбки, с ослепительной улыбкой принц кивнул.

— Стоит ли мне попросить Уилла проводить вас до вашего дома?

Я кинула быстрый взгляд на хмурого гвардейца, стоявшего по стойке смирно рядом с его высочеством, и попятилась в сторону, медленно качая головой.

— Благодарю за предложение, но я в состоянии дойти сама.

Одарив принца вежливой улыбкой, я юркнула в узкий проход и скрылась за высокими стенами, пока принц не передумал меня отпускать.

Тёмными, сырыми переулками я добралась до небольшого здания в самом центре Норвинии.

«Mon Amour» — самый известный бордель в королевстве.

Постучав сапогами друг об друга, избавляясь от прилипшего к каблукам снега, я распахнула тяжёлую заднюю дверь, и в нос тут же ударил запах эфирных масел и ароматических свечей.

— Изабэль, где тебя носит?

Я широко улыбнулась.

— О, моя дорогая Бруне! Сегодня такой хороший день. — Я опустилась на мягкое кресло в углу гримёрки, закинула одну ногу на другую, задрав подъюбник, и извлекла из плотных слоёв кружева золотые часики с бриллиантовой окантовкой. Они, должно быть, стоят целое состояние, и если бы меня поймали, то без раздумий упекли бы за решётку.

Я подвесила часы на палец за длинную цепочку и с гордостью протянула их Бруне.

Бруне была хозяйкой «Mon Amour», тем самым спасши не одну юную девушку от голодной смерти.

В Норвинии девушкам, не вышедшим замуж, вроде меня, устроиться на работу было невозможно.

Нас признавали недостойными, ничейными.

Пока мои ровесницы были заняты поисками мужей, я бежала из дома малютки.

У меня не было ни единого шанса выйти замуж.

Бруне спасла мне жизнь, когда, несмотря на мои измождённо худые конечности и осунувшееся лицо, приняла меня на работу в «Mon Amour». Первый год я набиралась опыта в прачечной и убирала залы после посещения гостей, с завистью наблюдая за красивыми девушками в нарядных костюмах, чья зарплата была выше моей в десятки раз.