(не) Отдам тебя бывшей

Глава 9

Месяц показался мне вечностью. Он был полон одиночества, сомнений и отчаянных попыток начать жизнь заново. Порой у меня возникало ощущение, что я собираю осколки разбитой вазы, но каждый раз режу пальцы об острые края.

В тот же день, когда ушла от Игната, я вернулась в квартиру Маши. Но, не выдержав её постоянных уговоров и сочувственных взглядов, через неделю нашла небольшую квартиру — потрёпанную, зато уютную и бюджетную. Я подстригла волосы — глупая попытка что-то изменить, взять под контроль собственную жизнь. Только внутри меня ничего не поменялось. Расставание с Игнатом отдавалось болью в сердце. Особенно острой она становилась по ночам, когда я просыпалась от воспоминаний о его объятиях, о нашей последней ночи, полной страсти и обещаний.

«Почему я ушла? — думала я, лёжа без сна, уставившись в потолок с трещинами и слушая шум машин за окном. — Он просил вернуться, и я хотела, шептала 'да' в его объятиях, но… Снова было это «но», и снова я вспоминала, как он оставался глух к моим просьбам сказать бывшей жене твёрдое «нет».

В первые дни телефон разрывался от сообщений: «Лиза, прости, дай шанс, вернись», «Я люблю тебя, без тебя пусто.» Звонки я сбрасывала, блокировала незнакомые номера, но он звонил снова и снова. Я знала, что это он. Только искать меня Игнат не искал. Решил сделать, как я просила, уходя? Как написала? Или что? Я понимала, что сама себе противоречу, и всё же ничего не могла поделать с собой.

Порой мне звонила Маша, несколько раз приезжала в гости с едой — пирогами, которые пекла сама, — и сидела со мной вечерами, пытаясь разговорить.

— Лиза, милая, ты выглядишь как привидение, — сказала она сегодня, входя в мою новую квартиру с пакетом продуктов. Расставила их на крохотной кухне, при этом то и дело бросая на меня взгляды.

— Ешь нормально? И почему подстриглась? Ты же любила длинные волосы.

Я вздохнула, глядя в окно на двор, где дети собирали листья. Рядом стояла чашка остывающего чая.

— Маша, мне нужно было измениться. Всё напоминает о нём — волосы… Он любил гладить их, говорил, что они, как золото… А есть… аппетита нет. Утром тошнит иногда.

Она замерла. Поставила тарелку с пирогом, её глаза расширились, и она села напротив, беря мою руку.

— Тошнит? Лиза, ты… беременна? Когда последний раз…?

Я кивнула медленно, слёзы навернулись на глаза, но я вытерла их.

— Да, Маша. С той ночи в отеле. Через восемь месяцев… Но он не знает. Не могу сказать — мы разведены.

Маша всплеснула руками, её лицо осветилось радостью, смешанной с тревогой. Она обняла меня через стол.

— Боже, Лиза! Это чудо! Игнат будет в восторге, он всегда мечтал о детях. Позвони ему, скажи! Вы любите друг друга, это знак.

— Нет, Маша. Мне лучше быть одной. Развод — это конец. Я боюсь, что если вернусь, ревность тоже вернётся, и станет ещё хуже. А ребёнок… я справлюсь одна, — ответила я, но голос дрогнул, и я отвернулась.

Она уговаривала ещё час: «Он ждёт тебя, Лиза. Дай шанс семье.» Но я стояла на своём: «Нет. Мне нужно время.»

И всё же уговоры Маши даром не прошли. С каждым новым днём я скучала по Игнату всё сильнее и всё сильнее хотела узнать, как он. Единственным способом сделать это было встретиться с общими знакомыми.

Собравшись с духом, я пошла в кафе неподалёку от офиса. Знала, что там можно пересечься с бывшими коллегами.

— О, Лиза, — высокая девушка, менеджер отдела рекламы, увидела меня первой. Даже искать никого не пришлось. — Какими судьбами ты тут?

— Да вот… — Я пространно махнула рукой. — Были дела неподалёку. Решила зайти перекусить — место же проверенное.

Она пригласила меня за свой столик, где сидела ещё одна сотрудница фирмы. Слово за слово, разговор перешёл на наш разрыв с Игнатом.

Обсуждать это оказалось куда сложнее, чем я могла представить, слушать про Игната от девочек — совсем тяжело.

Он утопал в работе. Девочки рассказали, что уходит он позже всех, а приезжает зачастую раньше.

— А может, и вообще не уезжает, — вздохнула бывшая коллега. — То у него отчёты, то встречи, то ещё что-то.

— Ты бы поговорила с ним, — добавила вторая. — Не хотела тебе говорить вначале, но… Ты же знаешь, что Юра — мой двоюродный брат?

Я кивнула. Юра был системным администратором нашей компании, а заодно и приятелем Игната, с которым он мог порой пропустить по стаканчику виски в баре.

— Ну так вот… Ему Игнат признался, что не ищет тебя, потому что уважает твоё решение. Как я поняла, ты его сама попросила оставить тебя. Вот мужик и послушался.

Во рту появился горький привкус. Я мешала сахар в чашке чая, а сама не знала, как спрятать дрожь, чтобы девчонки не увидели мою слабость.

«Он ждёт, — думала я. — А я…»

Выйдя из кафе, я колебалась, но так и не позвонила. Между нами выросла стена — я сама возвела её. Страх, ошибки, обиды: вот из чего она была сделана. Я была слабой без него, но боялась, что с ним стану ещё слабее.