Не отпускай

Глава 7

Мы конечно же опаздываем к ужину, и я лишний раз боюсь глаза поднять, чтобы не встретиться со взглядом матери Фрэнсиса.  

Он накрывал мой рот ладонью, когда я не могла сдерживаться, но сейчас мне кажется нас слышал весь дом. Я до сих ощущаю сладкую усталость в мышцах, остатки наслаждения еще не выветрились из памяти тела. А кожу все еще жгут следы его поцелуев. От нас обоих пахнет не парфюмами, которыми мы щедро надушились перед ужином, а сексом. И мне чудится все вокруг подспудно это чувствуют. Я сижу, уткнувшись в тарелку, и щеки мои предательски горят. К счастью, никто не задает мне вопросов, говорит в основном Фрэнсис, а я лишь односложно поддакиваю невпопад. 

То, что было заявлено как семейный ужин, по факту оказывается настоящей дружеской вечеринкой в стиле суаре. Каждую четверть часа входная дверь хлопает и впускает все новых гостей.  

В немом восхищении наблюдаю за тем, с какой непринужденностью ведет себя Фрэн в стенах родного дома, в кругу друзей. Он не груб, но и не выхолен, как на светских мероприятиях. Даже слегка растрепанный, он чертовски элегантен. А его рука то и дело находит мою ладонь, он стискивает ее и улыбается так, будто мы в этой просторной столовой, полной незнакомых мне людей, совершенно одни.

Увидев Фрэнсиса, такого по-домашнему расслабленно, такого удивительно счастливого, я вдруг осознаю, что влюбляюсь по новой. Смотрю как он говорит, ест, пьет, как подливает вина маме, как он веселит всех присутствующих курьезными историями со съемок - к слову, мне он такого не рассказывал - и понимаю, сколько всего упущено за эти восемь лет. Времени, впечатлений, таких чудесных вечеров, когда мы оба - абсолютно и безоговорочно счастливы, без всяких “но”. 

Думаю о его босоногом детстве, о бесшабашной юности, о фильмах, перевернувших его сознание. Мне столько всего хочется спросить, узнать, заполнить все отсутствующие частички мозаики, но пока я лишь жадно глотаю белое терпкое вино и мысленно убеждаю себя, что мы еще успеем все наверстать.  

Кэтрин - младшая сестра Фрэнсиса - весь вечер смотрит на меня с интересом, но ни разу не заговаривает на прямую. Она очень красива - ультрамодная стрижка подчеркивает выразительные черты лица. Кэт удивительно похожа на брата - высокая, на зависть хорошо сложенная, а большие зеленые глаза обладают знакомым очарованием. Но в ее взгляде мне чудится колючая стекляшка льда, тогда как глаза Фрэнсиса - всегда горячее солнце.    

Она, в конце концов, подсаживается ко мне, когда Фрэн выходит покурить с приятелями. Вокруг играет негромкая музыка, Марианна занята с внуком - мальчику едва исполнилось пять лет, и он не может усидеть на месте ни одной минуты. Муж Кэтрин не явился на ужин, так как его задержали дела в Оттаве.

- Ты первая девушка, которую братишка привез домой, - тихо говорит Кэт, глядя мне прямо в глаза. Вблизи я остро ощущаю холод от волшебно-красивых глаз, несмотря на улыбку, касающуюся мягких губ. Я ей не нравлюсь, это очевидно. 

- В самом деле? - тяну я, не сообразив, как реагировать.

- Да, - кивает она, и придвинувшись еще ближе говорит быстро, словно опасаясь, что нас могут прервать: - Я видела Фрэна таким счастливым всего несколько раз в жизни. Мне немного грустно, что его счастье так зависит от тебя, но, видимо, се ля ви, - она делает глоток вина и продолжает: - Таков уж он есть. Ты сделала его счастливым, и я благодарна за это. Но он рассказывал о ваших отношениях, Хейли. Все эти годы его жизнь - сплошным компромисс. Знаешь, сколько раз я склеивала его по кусочкам? И все из-за тебя. Не разбивай ему больше сердце, ладно? Боюсь, клей закончился.  

У меня холодеют руки, а колени мелко трясутся под столом. Чего-чего, а такого я не ожидала. Она даже не пытается быть вежливой. Я просто молчу, и чувствую, что щеки побледнели, несмотря на выпитое вино. 

- Ты должна знать - мы с Фрэнсисом очень близки. О, нет! - спохватившись, она театрально взмахивает рукой и закатывает глаза к потолку. - Подробностей ваших постельных приключений я не знаю, не переживай. Но все что касается чувств - он делится со мной, понимаешь?

Я киваю, и, молча, жадно пью из своего бокала. Мне хочется исчезнуть, провалиться сквозь землю или просто... расплакаться.

- Послушай, - доверительно говорит она, - я довольно консервативна. Я не понимаю этих новомодных полиаморных отношений. У тебя парень в Лондоне, Фрэн вроде как тоже с кем-то встречался совсем недавно. Но у вас при этом любовь, - она недоуменно ведет бровью и косо улыбнувшись краешком губ добивает меня: - Или что это тогда?

Наверное, впервые со времен юности я чувствую себя настолько неловко. Мне нечем крыть. Со стороны все выглядит именно так - глупо, непоследовательно и легкомысленно. А я, должно быть, кажусь ей настоящей стервой, готовой разбивать сердца налево и направо. Худшее, что можно сделать в этой ситуации — это начать оправдываться. Именно так я и поступаю:

- Я рассталась с парнем еще полгода назад, и, Кэтрин, я вовсе не сторонница полиамории… Просто так сложилось…

- Послушай, - она перебивает меня с таким видом, словно мои доводы полнейшая чушь. - Я очень люблю Фрэнсиса, и не только потому, что он мне брат. Он может дать тебе все и даже больше, он заслуживает счастья. Хочешь совет? Не отпускай его больше. Понимаешь? Или не дай ему отпустить тебя. 

Краем глаза, замечаю силуэт Фрэна в дверях гостиной и испытываю облегчение, словно сам Спаситель явился мне на помощь. Он размашистым шагом приближается, и Кэт порывисто освобождает место рядом со мной. С непринужденной улыбкой она приобнимает брата, словно мы обсуждали новинки моды, а не счастье Фрэнсиса и мое моральное разложение. 

- Мы тут немного пошептались с Хейли, надеюсь, ты не против? 

Фрэнсис, размягченный вином и выкуренной сигаретой, ничего необычного не замечает. Поцеловав сестру в щеку, он улыбается и предлагает подлить мне вина - я не отказываюсь. Откровенно говоря, я бы хотела уйти отсюда немедленно, но ради него - ради этой невыносимо чудесной улыбки довольного Чеширского кота - я остаюсь и делаю то, что умею лучше всего: притворяюсь, что все в полном порядке. Играть роли у меня выходит отлично.