Не отпускай, если любишь

Глава 33

— Покажите ваши вещи, — протягивает руки один из полицейских к моему рюкзаку, я его даже на плечо не закинула, так и выбежала с расстегнутым из туалета.

— Можно узнать, что произошло? Всех обыскивают или только меня? — хватает смелости спрашивать, но больше от злости на ухмыляющуюся рядом стерву.

— Ваша преподаватель выяснила, кто присвоил ее браслет, — спокойно сообщает полицейский, как будто так и происходит всегда.

— Не просто браслет, а Картье! Его ценность приравнивается к крупной краже! — злорадно выпаливает бывшая моего парня.

— И она не мой больше преподаватель! — в свою очередь нахожу только один аргумент.

Но для меня достаточно веский.

Поиски в моем рюкзаке ничего не приносят. Марьяна требует всю меня обыскать. Я могла бы отказаться. Но позволяю им. Наблюдать за пунцовой разъяренной Марьяной, тоже засчитываю за моральную компенсацию.

— Она его перепрятала! Мне точно сообщили, что видели у нее после зачета. Обыщите ее друзей, где живет, поставьте весь университет на уши!

— Уважаемая, не учите, как нам делать нашу работу. Лучше бы следили за своем Картье, — полицейский, тот, что помоложе, осаждает злюку.

Ну да, следите. Еще как следила за украшением, чтобы оно обязательно точно попало ко мне.

Так и тянет выкрикнуть всю правду, что ей не могли доложить. Зато отлично кто-то постарался выполнить задание. Надеюсь, Марьяна хорошо раскошелилась или пообещала высший балл автоматом.

Только я, стиснув зубы, помалкиваю. Делаю совершенно непричастный вид. Вряд ли они поверят мне, а не ей. Это же придется найти, кто браслетик подкинул. Марьяна не будет сдавать, а «помощничек» тем более затаится.

Полицейские пока оставляют меня в покое. Опрашивают еще студентов, проверяют Соню и Данила. Все-таки стерва Марьяна показала и на них. Перерывают весь этаж, включая туалет — ничего не находят. Моя бывшая преподаватель по маркетингу в панике. Обещает накатать на полицейскую бригаду жалобу. Она им, видите ли, дала все нужные сведения, а они не нашли.

— Теперь только к нам в участок приезжайте и пишите официальное заявление. Будем разбираться. Но, похоже, поиски надолго затянутся. Злату Воркину подставить могли, мы проверили, она никогда не привлекалась и считается одной из лучших студенток.

С таким вердиктом бригада уехала. Сорвали нам учебный день, устроили переполох и меня опозорили. Некоторые однокурсники спрашивали осторожно, почему прицепились ко мне. А другие, видимо, поверили Марьяне, и потому сторонились. Боялись, что у них еще заодно чего прихвачу.

Тимофей приезжает ко мне вечером с букетом ароматных пионов. Белые и лиловые цветы красиво оформлены в форме больше сердца. И сам бесподобный красавец в стильных джинсах с потертостями и белой футболке, открывающей вид на его рельефные мышцы рук.

— Златовласка, я еще никогда так не рвался назад из командировки! Закинул вещи и сразу к тебе. Скучала, малышка?

— Еще спрашиваешь!

Подбегаю и висну на шее любимого. Безумно соскучилась. Ну что же он долго так пропадал.

— Ну все, сегодня забираю к себе. Не отпущу, вообще не надейся прогнать, — шутливо требует, зацеловывая мое лицо.

— Я согласна, и ты не надейся. Мне было не очень хорошо без тебя, — мягко выражаюсь, хотя обычно не жаловалась, но тут даже всхлипываю.

— Не понял? — берет мое лицо в ладони и вглядывается напряженно в глаза. — По телефону весело говорила, в переписке все хорошо. Что случилось, Злата?

Эх-х... жаль, что нашу встречу придется подпортить... Но и скрывать я больше уже не могу.

— Кое-что неприятное. Но я ждала, когда ты приедешь, тогда уже рассказать.

Тимофей ругается под нос. Качает головой недовольно.

— Я же потому и старался в любую свободную минуту тебе писать или звонить, чтобы точно знать — с моей девочкой все в порядке. А что получается? Тебя обидели? Кто посмел?!

— Подожди, еще ничего не случилось почти, — осторожно пытаюсь начать. — Меня не посадили в тюрьму, я раньше догадалась о планах Марьяны…

— Что???

Глаза у Тимофея наливаются яростью как у дикого зверя. Вот потому и не портила командировку. А сейчас тянуть уже некогда. Марьяна могла опередить меня. И даже странно, что этого не сделала. Хотя… родственникам моего любимого точно с три короба вранья наплела.