Не отпускай моей руки

Глава 7

ГЛАВА 7

Она была в своём соларе, просматривала какие-то документы, когда к ней влетел сержант и от дверей начал:

– Миледи... миледи, вас срочно просят на стену!

– Что случилось? – Графиня Эйвин сменилась в лице от дурных предчувствий, даже похолодело неприятно за рёбрами.

– Они держат милорда прямо у стен... Он в цепях...

– Что?! Арольда?! В цепях?! Не может этого быть! Он что, совсем из ума выжил? Как он смеет?!

Она метнулась вслед за сержантом, подхватив подол шерстяного платья, бежала по лестницам вниз и опять вверх, перелетая каменные ступени. На улицу, а потом вверх на стену у башни Святой Анны.

Её мальчик... Её Арольд... Какие цепи? Что Годвин себе позволяет? Её мальчика – в цепи?! Он с ума сошёл! Что он делает? Арольд – сын графа! Её мальчик – наследник Оранта! С ним нельзя так! Он не простолюдин! Максимум он мог потребовать за него выкуп, а до этого выплаты этого выкупа содержать его в почётном плену! Но цепи? Какие цепи?

Она влетела на стену, остановилась, хрипло дыша, и солдаты перед ней расступились, пропуская вперёд, к самым зубцам. Графиня прошла, стараясь не замечать лиц толпившихся солдат. Арбалетчики, лучники, мечники – все в форме, с вышитыми гербами Оранта на груди, лёгкие кожаные доспехи, редко у кого кольчуги...

Сколько мужчин собрано в одном месте! И все они склоняют головы перед ней. Она – их госпожа, она – правительница Оранта. И если граф Годвин пойдёт на штурм – когда граф Годвин пойдёт на штурм! – все эти воины будут защищать стены, этот замок и свою госпожу. Они умрут за неё, умрут за Орант!

– Покажите! – приказала коротко и холодно.

– Подойдите сюда, миледи! – позвал один из офицеров.

Это барон Рейн, он успел прийти в Орант со своими войсками буквально в последний день перед осадой, и сейчас был на стенах, расположившись со  своими солдатами практически на всех участках куртин – пространствах между башнями.

– Где? Вы точно узнали его? Как вы поняли, что это он?

Она подошла к зубцу стены. Здесь не было хорд или галерей, их не успели ещё надстроить, но стена здесь и так высокая... остановилась у самого края, видя перед собой зелень раскинувшегося пространства, огромную армию графа Годвина, растянувшуюся и влево, и вправо. А потом она увидела его... своего Арольда...

Его держали за руки два каких-то бугая, а третий лапал за лицо. И да, на нём были цепи. И это был её мальчик! Его узнали многие здесь. Он же приметный.

 Какой он родненький для её глаз, её дорогой сыночек... Родные тёмные волосы... Сколько она гладила и перебирала их в пальцах, когда у маленького его сидела ночами или баюкала на руках в дни болезней, когда молилась за него. Это её единственный, ненаглядный мальчик... А эти уроды мучают его... Что им надо? Оставьте его в покое! Отпустите!

– Что происходит? Что они делают?

Рядом уже стоял барон Рейн, он был высок ростом и всегда смотрел на неё так, сверху вниз, и взгляд у него всегда был таким же – немного скучающим, что ли.

– Я не думаю, что его будут пытать... Граф Годвин не позволит...

– А для чего тогда это... всё? – Графиня Эйвин с силой стиснула кулаки, гневно глянула на барона Рейна, будто он в чём-то был виноват.

Так близко... её мальчик был так близко... Что им надо?

И того гонца Киарт отправил назад без письма. Он уже должен был доехать до Годвина. Неужели всё, что сейчас происходит – это ответ на её молчание? Чего он ждал? Что она распахнёт ворота и впустит сюда его самого и  армию его головорезов? Как бы не так!

Он не позволит этим людям делать больно её мальчику! Бедный Арольд... А этот третий всё что-то вился вокруг него, по-прежнему держал за подбородок... Какой он лысый, череп так и сверкает! И жуткий, наверное, вблизи-то...

«Держись, мой мальчик... Мама сделает всё, чтобы вернуть тебя... Они не посмеют сделать тебе больно... Ты только держись...»

И тут Арольд закричал! Закричал от боли! Громко и звонко, знакомо так и по-детски, и этот крик ножом полосонул сердце графини Эйвин.

Нет! Что они делают с ним, с её мальчиком?!

– Что?! Что там?! – Она толкнулась вперёд, и барон едва успел удержать её, не позволив упасть со стены замка, закричал своему сержанту:

– Найдите барона Киарта! Срочно!

– Они мучают его... Они делают ему больно...

Графиня билась в руках барона, рвалась вперёд, вцепившись пальцами в каменный угол крепостного зубца. А воины рядом возмущённо загудели. Крик молодого наследника сейчас слышали все, и все понимали состояние матери, которая тоже всё слышала, но воспринимала этот крик по-другому, своим чутким материнским сердцем она иначе чувствовала его.

«Мой мальчик... Уроды! Перестаньте! Прекратите мучить его! Изверги! Варвары! Грязные животные! Хватит! Перестаньте! Нет! Нет!»

– По-моему, ему ломают пальцы... – громко прошептал ближайший из сержантов, видимо, самый зоркий из близко присутствующих. А крик наследника Оранта звенел ещё и ещё.