Не пара для лиса

Глава 9

Катя

Утром Катя встала раньше обычного. Спала она плохо, ворочалась и вертелась. Предстоящая поездка в клан белок всколыхнула целый сонм отвратительных мыслей и воспоминаний. Единственный плюс, что встала рано: уйдет на работу, не встретив никого из домочадцев. Не хотелось ни с кем разговаривать, настолько расстроила ее предстоящая поездка к белкам.

А во всем виноват противный рыжий лис. С тех пор как он появился, все идет кувырком. Черт его дернул притащиться из своей Москвы. У-у-у, бесит!

Надежды Кати не сбылись. Несмотря на раннее время, на кухне была Даша. Она сидела, укутавшись в пуховый платок. Под карими глазами залегли тени. Катя вошла и тут же поймала на себе встревоженный взгляд.

— И нечего на меня так смотреть. Доброе утро.

Катя полезла в холодильник, достав бутылку с йогуртом, бахнула ее на стол и вновь посмотрела на Дашу. Та сидела бледная и нервно поглаживала живот. Кате стало стыдно: она точно знала, что Даша волнуется за нее.

— Прости меня. Я ужасная. — Она подошла к подруге сзади и обняла ее, положив голову на плечо. — Ты же знаешь, как для меня сложно туда ехать. Кто мой отец, я все равно не пойму и буду видеть его в каждом мужчине старше сорока. Только расстройство.

— Я знаю, Катюша, — Даша прижалась щекой к Катиной голове. — Но также я знаю из собственного опыта, что не будет тебе счастья и покоя, пока ты не примешь свои корни. Пока не поймешь, кто ты такая.

— Я и так знаю, кто я такая, — не желала сдавать свои позиции Катя.

— Упрямица, — улыбнулась Даша.

— Я тоже тебя люблю, — Катя чмокнула старшую подругу в щечку. — И Влада люблю, но очень сильно злюсь, что он меня подставил. Так и передай ему! Все, я ушла на работу.

Катя притормозила машину у придорожного кафе и купила кофе. Сев обратно за руль, задумалась. Ее тянуло доехать до дома, в котором прожила первые десять лет жизни. Она давно не была там, но, как говорила Даша, там тоже ее корни.

Кате до тошноты не хотелось ехать в ту квартиру. Ей казалось, что она пронизана черными плетями ужаса и затянет ее в кошмар, который вроде бы остался позади. Было дико страшно, до потемнения в глазах. Но перед поездкой к белкам она обязана напомнить себе, какие испытания пережила, благодаря безразличию отца к ее судьбе. Напомнить, что жизнь имеет и другую сторону. Что в любой момент она как обернулась к хорошему, так может и вернуться назад в грязь и беспросветный мрак.

Катя открыла бардачок и из самого дальнего угла достала коробочку. Открыла — в ней лежал ключ. Длинный, грязно-желтого цвета, с ребристой бородкой. Кате даже касаться его было противно. Но сегодня, она должна все вспомнить, даже если не хочется. Должна окунуться в свое мрачное детство, в котором она чудом сумела сохранить своего зверя.

Катя выдохнула и решительно крутанула руль.

Старая обшарпанная пятиэтажка ничуть не изменилась за прошедшие девять лет. Лишь во дворе появилась новая игровая площадка, да лавочки перекрасили. Безлюдное утро делало картину еще более тревожной. У Кати было ощущение, что она бродит по переулкам своей памяти. Только все было реальным: ненавистный ключ в руке, ненавистная деревянная дверь с облезлой ручкой и ненавистный звук открываемого замка.

Казалось, еще чуть-чуть и она услышит пьяно хохочущий женский голос, которому вторят мужские. Скрип двери, и темный коридор возник перед глазами. Нужно сделать шаг и вновь окунуться в свое прошлое, чтобы осознать, что оно уже позади. С усилием Катя подняла ногу и перешагнула через порог. Дверь закрылась, накрывая тишиной как колпаком. Нет. Нет. Нет!

Катя схватилась за голову и упала на колени. Пол из деревянных досок, покрытых облупившейся коричневой краской, резко приблизился, и воронка воспоминаний утянула Катин разум в детство.

***

Скучно. Целый день сидеть с одной только куклой. Катя вскарабкалась на стул, встала и оперлась ладошками на стекло. С четвертого этажа был виден почти весь двор. В песочнице играли дети, их мамы сидели на лавочке рядом. А где же ее мама? Катя прислонилось щекой к окну. Когда же мама придет?

Вон она. Ура! Катя побежала в коридор. Мама! Родное лицо и знакомый запах спиртного. Значит, сегодня опять будет весело! Может, мама даже поиграет с ней! Едва уловимая щекотка прошла по позвоночнику. Катя передернула плечами. Щекотка превратилась в иголочки, будто кто-то строчил по спине на швейной машинке. Девочке показалось, что она услышала, как скрипел позвоночник, ломаясь. Больно!

— А-а-а! Мама, мамаська, бо-на! Мама!

Не удержавшись на ногах, Катя упала. Она кричала и плакала, цепляясь за мать. Но та с силой выдернула из детских рук подол юбки, сломанные ногти у Кати потом еще долго болели… Мать отходила все дальше и дальше, но странным образом увеличивалась. Катя уже не кричала, а тоненько скулила, уткнувшись носом в грязный пол.

— Ма-ма, — хотела сказать она, но изо рта раздался только писк.

С ужасом Катя посмотрела на свои руки, превратившиеся в когтистые лапки. Ставшей огромной мама завопила так громко, что у девочки чуть не лопнули барабанные перепонки. Нога в малиновой туфле с огромной скоростью приблизилась и ударила по маленькому пушистому животу, отшвырнув Катю к стене. Все поглотила темнота.

***

— Великий Прародитель, — сипло пробормотала Катя.

Она очнулась в коридоре, сидя на полу и зажимая руками уши. Катя бросилась на кухню и затрясла шпингалет на старой деревянной раме. Тот никак не хотел открываться. Наконец он поддался, и Катя распахнула окно. Она глубоко дышала и не могла надышаться. Казалось, воздух не хочет проникать в легкие. Похоже, у нее паническая атака.

Просидев у окна минут пятнадцать, Катя с трудом оторвала руки от подоконника и встала. Она должна пройти это испытание до конца, должна пройти через свой страх. На дрожащих ногах Катя завернула в зал. На кровать с грязным бельем старалась не смотреть. Вот и дверь в детскую. Некогда белая, теперь от грязи она стала серой с черными пятнами вокруг ручки.