(не) Пара Его Величества

29.3

Из теней по углам комнаты: из-за разбитого буфета, из-под рассыпавшегося кресла, даже из трещины в стене вдруг выпрыгнули змеи. Десяток. Может, больше. Ядовитые стрелы, сжатые в смертоносные пружины. Гадюки, аспиды, щитомордники – фамилиары Шаны.

Руки наставницы уже давно пылали сложными боевыми татуировками – переплетениями огама ядовито-зеленого цвета.

Шанаэйра просто атаковала. Молча, без разговоров и вопросов.

Все произошло так быстро, что я не успела даже вдохнуть. Воздух наполнился свистящим шипением.

Змеи словно наткнулись на невидимую, упругую паутину. Они зависли в воздухе на полпути к Саймону, изогнутые в броске, пасти разинуты, ядовитые клыки обнажены. Казалось, время для них остановилось.

Некромант лишь лениво, даже небрежно повел рукой. И весь десяток рухнул вниз.

Но не просто упал. Чешуя на их телах мгновенно потускнела, потрескалась, осыпаясь серой пылью. Гибкие тела скрючились, высохли, превратившись за секунды в жуткие, сморщенные мумии, будто пролежавшие столетие в сухой земле. От них остались лишь обтянутые пергаментной кожей скелеты да горстки праха. Запах тлена, сладковатый и противный, ударил в нос.

Крик Шанаэйры вырвался не из горла, а из самого нутра. Дикий, полный нестерпимой боли и потери.

Наставница схватилась за грудь, лицо исказилось гримасой агонии и она рухнула на колени. Потерять фамилиара – это как вырвать кусок собственной души, и я знала это, даже не имея своего.

Я действовала на чистом инстинкте. Впечатав ладонь в пыльный пол, я выдохнула остатки сил, призывая ползучие лианы. Они должны были опутать ноги некроманта, дать нам время!

Побеги пробились из щелей между досками, нежные, зеленые... и мгновенно засохли. Не сгорели, а сморщились и рассыпались в серую пыль прямо на глазах.

Сердце замерло в груди. Холодный ужас сковал мои ребра. Моя магия тоже оказалась бессильна против магии смерти.

– С маленькими червячками мы уже попробовали, – продолжил зубоскалить Саймон, его голос звучал мерзко-сладко. Он повернулся к Патрику, его голубые глаза, такие же ясные, как у главы оборотней, сверкнули холодным азартом. – А что насчет большого змея? Не хочешь рискнуть, старик? Показать, на что способен Вожак Туат?

Это звучало особенно кощунственно оттого, что они внешне были поразительно похожи: оба – мужчины за пятьдесят, с сединой в волосах и крепким телосложением.

Но Патрик стоял неподвижно и молча. Его золотые глаза были прищурены, он не зверел, не бросался в атаку. Он словно чего-то выжидал…

– На рассвете на этой пасеке найдут шесть мертвых тел. Ах, да… семь, – Саймон развел руками, указывая на нас и на мумифицированное тело Кайры. – А я буду уже далеко отсюда. Может, на полпути в Лондондерри. А может... снова в Рим. Почти двести лет я не ступал на камни священного города. Кажется, пора навестить родные края. Вспомнить былые... деньки.

В ответ на его слова Марк нахмурил рыжие брови. Его пальцы сложились в знакомый жест. Он не стал мудрить и сделал самое простое и надежное: швырнул в Саймона огненный шар размером с голову человека.

Некромант даже не пошевелился. Огненный шар, не долетев до него сантиметров тридцать, шипя и захлебываясь, окутался болотной мглой. Яркое пламя померкло, съежилось и погасло, как свеча на сквозняке, оставив лишь клубок дыма и запах гари.

– Подрасти до моего, сосунок, – бросил некромант с ледяным презрением. – Я изучал магию последние двести лет. А сегодня впитал энергии больше, чем ты можешь представить своим скудным умишком. Хочешь увидеть, как нужно?

Он произнес несколько слов на языке, от которого заныли зубы – древнем, мертвом, полном скрежета костей. Его пальцы сцепились, словно клешни скорпиона. И магия рванула с его ладоней.

Не взрыв. Это было нечто другое.

Стена дома, на которую пришелся удар, не рухнула, а просто рассыпалась. Камни фундамента, деревянные балки, глиняная штукатурка – все мгновенно потрескалось, покрылось паутиной веков, превратилось в труху и серый песок, обрушившись внутрь с глухим рокотом. Крыша и еще две стены последовали за ней, не выдержав резонанса.

В последний момент Патрик сделал шаг вперед.

Его тело вздулось с чудовищным хрустом костей и шипением рвущейся ткани, превращаясь в огромную, покрытую сияющей золотой чешуей змею. Полоза.

Он стремительно обвил нас – меня, Шэра, Марка, Сильвию, даже Шану, приникшую к его телу, – в плотное, живое кольцо.

Его кольца сжались крепче, приняв на себя грохочущий удар рушащихся стен и крыши. Камни, балки, черепица – все это рухнуло на его спину, подняв тучи пыли.

И тут же магия Саймона ударила в золотую стену. Воздух взвыл. Золото потускнело на глазах, чешуйки покрылись сеточкой трещин, словно вековой патиной. Полоз вздрогнул всем телом, глухо зашипев от боли.

Когда пыль немного осела, мы увидели Саймона сквозь щель в кольцах змея. Он стоял посреди руин своего дома, отряхивая пыль с рукава. Его голубые глаза, холодные и насмешливые, скользнули по постаревшей, но все еще сияющей чешуе змея.

– Неплохо, для старика, – процедил некромант, и в его голосе звучало почти... уважение? – Но сколько таких атак ты выдержишь? Две? Пять?