Не плачь, Алиса

15

Первым уроком по расписанию была химия. В общем-то, я и сам сориентировался, что тут и где. На кабинетах к тому же висели таблички. Но когда зашел в класс, на всякий случай спросил у девчонки, которая стояла рядом с первой партой у двери.

– Это одиннадцатый «А»?

Она ничего не ответила и с вытянутой миной отошла подальше. Я повторил громче. Но остальные тоже молчали. Точнее, демонстративно игнорировали. Может, уже Анька наплела что-нибудь. А, может, они так сами по себе.

Короче, любви с первого взгляда с новыми одноклассниками явно не вышло. Впрочем, мне было плевать. Гораздо больше меня обескуражило то, что на уроки Алиса не явилась. Ни на первый, ни на все последующие. И, главное, ни у кого не спросишь. А даже если и спросишь – никто не ответит. Я и спрашивал на перемене. У одной, у другой, у пацанов. Все делали вид, что меня не слышат. Точнее, что меня вообще нет. Ну и хрен с ними. Если что, узнаю про Алису через Бабушку.

А после уроков ко мне подвалили пацаны уже не из нашего класса. Видимо, из параллельного. Тормознули меня на крыльце, и один из них заявил:

– Это же ты у ашек новенький? Значит, гони полтос.

– С чего бы вдруг?

– За прописку. Чтоб тебе спокойно жилось.

Будь мы не на школьном дворе прямо перед центральным входом я бы его самого прописал куда надо без лишних разговоров. Но Бабушка просила не нарываться. «Директор там Александр Маркович Майер. Он очень строгий и бескомпромиссный. За плохое поведение может отчислить на раз-два. Я знаю, что ты просто так хулиганить не станешь, но и не стоит чуть что махать шашкой, даже если ты прав. Постарайся, Андрюша, доучиться тихо-мирно».

Так что я ему тихо-мирно ответил:

– Да я и так не нервничаю.

– Так это пока, – осклабился пацан. – А чтоб и дальше не пришлось нервничать, гони бабло. Если завтра принесешь, то ладно, так и быть, будет пока еще полтос. Сделаем тебе скидку, как детдомовскому. Ты ж из детдома, говорят? А если завтра бабла не будет, поставим на счетчик. Усёк?

Тут бы меня уже и наставления Бабушки не сильно сдержали, но в эту минуту из школы вышел директор собственной персоной.

– Что тут за сходку устроили? – проворчал он. – Нечего тут тереться. Живо расходимся. Или я сейчас быстро найду, чем вас занять. Тебя, Кемалов, это тоже касается.

О, как. И тут они. Куда ни плюнь, везде эти Кемаловы…

– Уже уходим, – с театральной улыбкой ответил ему пацан. А мне, пока спускался по лестнице, через плечо тихо бросил: – Полтос. Завтра.

***

Назавтра Алисы опять в школе не было. Но хотя бы появилась какая-то ясность. Наша классная, она же русичка, заскочила к нам на алгебру, принесла журнал. Протянула его математичке и тихо сказала:

– Алисы Верник пока не будет, у нее там какие-то семейные обстоятельства. Ее папа звонил Александру Марковичу.

Я, конечно, напрягся – что там за обстоятельства? Неужели до сих пор ей как-то угрожают эти упыри Кемаловы? Но ведь «пока не будет» означает, что позже придет? Знать бы, когда…

Почему-то теперь, когда я уже думал, что вот-вот наконец встретимся, ждать этой встречи стало гораздо мучительнее, чем раньше, когда я даже не знал, кто она и где ее искать.

Перед последним уроком меня выцепил в коридоре мелкий Кемалов. Вокруг тут же собрались зрители, и Анька – в первых рядах.

– Эй, где мой полтос? Принес? Короче, жду до конца шестого урока. Не принесешь – пеняй на себя.

Я его по классике послал вместе с его фантазиями о полтосе. Он хотел что-то ответить, но раздался звонок. Ждать, пока станет тихо, чтобы послушать, что такого важного хочет сказать Кемалов, я не стал. Пошел на урок. К тому же у дверей кабинета стояла русичка и всех поторапливала:

– Что стоим? Звонок для кого? Остапчук! Пантелеев! Монакова! Кузьминский! Быстрее заходим! Шевелитесь!

***

На следующий день в школу даже идти не хотелось. Алисы нет, что там делать? Но все равно, конечно, пошел. Только опоздал немного. Буквально на минуту. Ну, еще чуть задержался, пока искал кабинет географии. А когда зашел, то с порога нарвался на свирепый взгляд географички. Так даже наша Ящерица не умела смотреть в самых жестких приступах ярости.

Я, конечно, слегка опешил от такой реакции, но все равно как порядочный поздоровался, извинился и только сделал шаг, как она рявкнула:

– Куда пошел? Кто разрешил? Я предупреждала, что если приходите после звонка, то учиться будете в коридоре.

– Он – новенький, – пропищала какая-то девочка из класса.

– А тебя, Русакова, я ни о чем не спрашивала, – раздраженно отозвалась географичка. Та сразу съежилась. – В любом случае, новенький или старенький – не имеет значения. Правила для всех одинаковы.

Тут дверь тихонько отворилась, и я увидел ее. Мою Алису. Аж сердце в груди перевернулось и понеслось галопом.

– О, привет! – вырвалось у меня от неожиданности, от радости, от потрясения. Про географичку, про класс, вообще про всё забыл в ту же секунду. Неужели мы наконец-то встретились?