Не по расчету

1

Самолет идет на посадку. В такие моменты внутри всегда скребутся противные курицы тревоги. Да и четырехчасовая задержка рейса Хитроу — Домодедово уже успела вывести меня из себя. Из эконом-класса доносится плач ребенка, а турбулентность так перетрясла внутренности, будто пыталась сделать коктейль.

И вот я на земле. Москва. Не меняется, чертовка. Все такая же хмурая, суетная и оглушительная. Заметила, что люди в самолет идут куда счастливее тех, кто из него выходит.

А вот и родные матерные словечка долетели. Четко, сочно, в самую точку.

Но я скучала. Скучала по этому хаосу уже давно. Нет, я не вернулась на родину. Просто дорогая мамуля со слезами уговорила приехать на юбилей.

К слову, магистратуру я таки окончила на отлично. Да-да. Времени пролетело немало. Но я постараюсь рассказывать по порядку.

Итак, начнем с важного: Джеймс все еще мой парень. Возлюбленный. Мужчина мечты. Преданный, нежный и понимающий.

Та статья… Многое перевернула в моей лондонской жизни. Джеймс, конечно, узнал все не от меня, а через своих. Пришлось сознаться. Он, что уж скрывать, прифигел, но мою позицию в итоге принял.

Хотя убедить его, что моя семья — это отдельная психотерапевтическая практика, особенно отец, было непросто. Но я его понимаю. У него родители — образец благополучия. Рос в заботе и любви. Ни в чем не нуждался.

В общем, прихватила я его с собой, чтобы окунуть ненадолго в эту грязноватую, но родную жижу под фамилией Ильинские.

Кстати, еще один повод вернуться в Россию — хочу поменять фамилию. Пора к истокам. И, возможно, освободить место в документах для фамилии Бронсон… Шучу.

У меня аллергия на брак. Нам с Джеймсом и так хорошо, а там — как карта ляжет.

Насчет Илоны — все просто. Осталась в Лондоне, присматривать за квартирой и порхать на крыльях любви к Бэну. Что удивительно — это ее первые серьезные отношения. Почти год! С ума сойти… Для нее это беспрецедентно.

Но я за нее искренне рада. Бэн и правда хороший парень. Веселый, ответственный, с ним не соскучишься. И англичанин. Не олигарх, о котором она грезила, но, думаю, сейчас это ее волнует меньше всего.

Ладно… переходим к самому неприятному.

«Ты всегда была мастерицей по созданию хаоса, Мира. Раньше это был наш с тобой. А теперь, вижу, обзавелась новыми… поклонниками?»

Тот неожиданный звонок будто снова перевернул все с ног на голову. Не знаю, что бы я делала без Илоны тогда.

Никаких признаний в любви, ни капли сожаления о разводе. Нет. Не то чтобы я ждала, но когда Влад с привычной едкой иронией посмеивался в трубку… что-то екнуло. Больно царапнуло изнутри.

Он не унизил, не оскорбил, но и ничего доброго не сказал. Просто сообщил, что, как и я, не позволит какой-то газетенке портить свою репутацию. И через пару часов статья бесследно испарилась из сети.

Не могу не признать, я удивилась. Когда я верещала в ту же трубку, меня никто не слушал. Но стоило изъявить желание Владу — и механизмы завертелись. А может, он сам надавил… Уже не узнаю.

Но пресс-конференция все же состоялась. Отцы, под вспышки фотокамер, твердо заявили, что ни о какой фиктивности брака речи не шло.

Признаться пришлось только в разводе. Закрепили это туманной формулировкой об «обоюдном решении». Мол, мы все вместе все обдумали и подали на расторжение.

Смешно. Как всегда, бред сивой кобылы на благо «Инвестиционных Высот». Впрочем, не так страшно, правда? Главное — история закрыта. И теперь я вольна делать что захочу.

— Детка, я так голоден, — улыбается Джеймс, волоча за собой наши чемоданы. Его русский звучит мило и с диким акцентом.

Он никогда не был в России. И я намерена показать ему все. От уютных ресторанчиков до самых бесшабашных клубов. Ну и по достопримечательностям, конечно, прошагаем в перерывах между отвязным весельем.

— Могу предложить где-нибудь присесть прямо сейчас, — пожимаю плечами, выныривая из раздумий. — Или доедем до моей квартиры и закажем доставку.

Произношу это так, чтобы был понятен мой выбор. Полет вытянул из меня все силы. И нервы… Сентябрь не радует солнцем. Рейс задерживали дважды — и в Лондоне из-за ливня, и в Москве.

К счастью, Джеймс уловил намек и согласился потерпеть еще пару часов, пока будем добираться до дома.

Какое счастье, что отец и правда сохранил мою квартиру. Старый пройдоха. Я хоть и вернулась, но ненадолго. У Джея учеба в разгаре, последний курс. Он и так пропустил пару недель, потому что рвался со мной.

Да и я тут задерживаться не планирую. Уже пора бы обдумать план по открытию бизнеса. За границей это не так-то просто, особенно без гражданства. Черт… Придется и этим заняться.

Короче, дел — громадье. После университета их прибавилось в геометрической прогрессии. Так что сейчас — самое время навестить маму. Потом такой возможности может и не выпасть.

Умиляюсь, глядя, как мой парень суетливо вертит головой по сторонам в такси. Ему, кажется, все нравится. Каждый небоскреб, каждая проскальзывающая мимо улочка вызывают немой восторг.

А ведь он не из глухой деревни… Наверное, его просто завораживает все новое. И неважно, что по-русски он не понимает ни слова.

Я и не стремлюсь его учить. С меня хватит языкового менторства. На Илоне уже намучилась.

— Это невероятно! — выдыхает Джей, крепко сжимая мою руку. — Здесь все совершенно по-другому!

— Добро пожаловать в мой мир, милый, — улыбаюсь я по-английски.

Замечаю, как таксист хмуро поглядывает на нас в зеркало заднего вида.

— Понаехали тут, — отчетливо слышится его бормотание. — Скоро места нормальным людям не останется.