Не по сценарию

Глава 1. Соня

В этом году все должно измениться.

Это мой последний год в школе – последний шанс осуществить мечту, которая жила во мне с детства.

Я стою перед зеркалом в своей комнате и прогоняю монолог из «Евгения Онегина». Слова дрожат на губах, как будто боятся вылететь. Прослушивание только завтра, но я репетирую уже в сотый раз. Мне нужно, чтобы каждое слово ложилось четко, точно. Как музыка.

Я не решалась раньше. Ни в девятом классе, ни в десятом. Просто смотрела на школьную сцену из зала и представляла, каково это – стоять под светом софитов и знать, что ты чего-то стоишь. Все эти годы я убеждала себя, что не подхожу. Что у меня нет нужного голоса, внешности, харизмы.

И, если быть совсем откровенной… я боялась.

Боялась, что со мной поступят так же, как когда-то с моей лучшей подругой Никой. Она тоже мечтала играть, но когда пробовалась в школьную постановку, ее буквально растоптали. Сцену тогда получила Маша Карпова, а Ника – публичное унижение и полугодовую депрессию.

– Соня! – зовет мама. – Ты опоздаешь!

Я делаю вдох, глубже, чем обычно, и медленно выдыхаю. Беру рюкзак и иду на кухню.

Мама и папа уже сидят за столом. Они улыбаются, когда я вхожу, и у меня тут же поднимается настроение.

– Ну что, ты готова к прослушиваниям?

– Готова, – киваю я.

На этот раз – по-настоящему. Я хочу играть на сцене, а не перед зеркалом в своей спальне.

– Я горжусь тобой, дочка, – мягко говорит мама, обнимая меня за плечи. – Но ты помнишь наш уговор?

Я киваю, отводя взгляд к чашке с горячим какао.

– Хорошие оценки – в приоритете.

– Именно, – она улыбается, но в голосе звучит строгость. – А значит, тебе нужно подтянуть математику.

Я тихо вздыхаю. Алгебра для меня – тоже самое, что смотреть фильм на китайском языке. Без субтитров.

– Я знаю… Сегодня я встречаюсь с Аллой Борисовной. Она пообещала подобрать мне репетитора.

Мама гладит меня по волосам – тот же солнечный оттенок, что и у нее.

– Ты талантливая, милая, и очень смышленая. Ты справишься с математикой и уж тем более с прослушиванием. Запомни это и дерзай. – Мама наклоняется ближе: – Мир уже и так полон тех, кто молчит, когда им есть что сказать.

Я улыбаюсь – неуверенно, но искренне.

– Постараюсь не разочаровать.

– А если что-то пойдет не по плану, то мы всегда рядом. Поняла?

– Да, мам.

Завтрак начинается с маминых фирменных блинчиков – теплых, сладких, с хрустящими краешками. Уют наполняет кухню, будто в ней поселилось само солнце. Но вскоре папа, взглянув на часы, тихо говорит, что пора ехать. Мы поднимаемся, прощаемся с мамой и выходим на улицу. Утренний воздух пахнет прошедшим дождем и чем-то еще – может быть, ожиданием. Может, надеждой.

Дорога в школу проходит в легкой болтовне. Папа рассказывает истории из своего учительского опыта, например, как его ученики случайно надели форму для волейбола на футбольный матч. Я смеюсь – искренне, с облегчением. Он умеет развеять напряжение в нужный момент.

Когда мы въезжаем на школьную парковку, я оглядываю знакомые здания и лица. Все здесь кажется таким же, как и раньше, но внутри меня что-то изменилось. Теперь я знаю, чего хочу.

– Ну что, Соник? – говорит папа, выключая двигатель. – Глубокий вдох, спина прямая, и вперед. Ты рождена сиять.

Я улыбаюсь:

– Спасибо, пап. Увидимся после уроков.

Он подмигивает, и в этот момент я понимаю, что у меня действительно есть команда поддержки – мои родители.

Я выхожу из машины и вдыхаю по-настоящему глубоко. Не для храбрости, а для уверенности. Сегодня не просто начало учебного года, а первый акт моей новой жизни.

Школьные коридоры гудят от смеха. Я прохожу мимо знакомых лиц – кто-то кивает, кто-то здоровается, кто-то проходит мимо, погруженный в свои дела. Но меня ничего не сбивает с курса: я иду на встречу со своим новым репетитором.

Я совру, если скажу, что не нервничаю. Конечно, нервничаю. Что, если она будет суровой? Или равнодушной? Или не поймет, насколько мне важно получить золотую медаль?

Когда я захожу в класс, Алла Борисовна встречает меня привычной, почти материнской улыбкой.

– Соня, доброе утро!

– Здравствуйте, – отвечаю я, чувствуя, как ладони становятся влажными. Я машинально переступаю с ноги на ногу, словно стою на сцене перед началом спектакля.

Рядом с ней за учительским столом сидит молодой парень – ненамного старше меня. У него темные волосы, атлетическое телосложение и добрые глаза, в которых читается волнение.

– Это Марк, из 11 "Б", – говорит Алла Борисовна. – Твой новый репетитор по математике.

Мой рот непроизвольно открывается. Что? Марк из параллельного класса будет учить меня алгебре?

– Рада знакомству, – улыбается он, вставая и протягивая руку. Его голос звучит мягко, без нажима. – Надеюсь, мы с тобой подружимся.

– Надеюсь, – киваю я и пожимаю ему руку.

На самом деле я ожидала кого-то… постарше. Мудрого, с очками на носу и графиком, расписанным на год вперед. Но если Алла Борисовна доверяет этому парню – а она никогда не делает что-то наспех – значит, стоит попробовать.

– Соня очень способная, – говорит Алла Борисовна, глядя на меня с легкой строгостью. – Ей просто нужно немного уверенности. И практики.

Марк кивает, глядя на меня.

– Обожаю практику. Не волнуйтесь, мы справимся.

Когда Алла Борисовна оставляет нас наедине, напряжение понемногу уходит. Мы проходимся по моему расписанию, а затем я рассказываю Марку, какие темы мне даются особенно трудно. Он внимательно меня слушает. Не давит, не торопит.

После пробного занятия с Марком я иду по коридору, сжимая ремешки рюкзака, как будто они могут удержать меня на плаву. Но правда в том, что я уже чувствую себя чуть лучше. Как будто кто-то подсунул под мои ребра маленькую искру веры.