Не по сценарию

Глава 2. Марк

В жизни я люблю всего три вещи: алгебру, кофе по утрам и тишину в дождливые дни.

Но сегодня все пошло не по плану. Кофе закончился, Алла Борисовна, моя учительница по алгебре, вызвала меня к себе на серьезный разговор, а школа только проснувшаяся после летних каникул, шумела, как вокзал в час пик.

– Марк, – улыбается учительница, когда я вхожу в класс. – У меня для тебя отличные новости. Ты ведь давно хотел попробовать себя в роли наставника, правда?

– Эм… – я машинально поправляю очки. – Кажется, да. Но вы меня немного застали врасплох, Алла Борисовна.

Она кивает и складывает руки перед собой, словно уже все решила.

– В параллельном классе учится одна девочка. Умная, правда. Но с математикой у нее… сложности. Я подумала, что ты мог бы ей помочь. В качестве репетитора.

– Ого, – я хмурюсь. – Это так неожиданно.

– Отказы не принимаются. – говорит она с твердостью, против которой не попрешь. – Подойди, подпиши заявление на имя директора. Дополнительная внеурочная деятельность – это хорошее дело, Марк. Особенно для тебя.

Я понимаю, что спорить бесполезно, и поэтому выполняю указание Аллы Борисовны. После подписания заявления я откидываюсь на спинку стула и размышляю о том, как все это будет. Репетиторство… Вроде бы ничего сложного, но в то же время – это большая ответственность.

В этот момент дверь распахивается, и в класс вбегает Соня Крылова из 11 “А” класса – с растрепанными от ветра волосами и рюкзаком на одно плечо.

– Соня, доброе утро! – улыбается Алла Борисовна.

Соня замирает. Ее голубые глаза скачут от меня к учительнице, будто она не совсем понимает, что здесь происходит.

– Здравствуйте… – отвечает он неуверенно.

– Это Марк, – продолжает Алла Борисовна. – Твой новый репетитор по математике.

Сонин взгляд встречается с моим. Он выглядит слегка напуганной. Это странно, потому что я помню ее еще с начальной школы. В те времена она почти всегда была на виду – смеялась громче всех и ходила в кабинет директора почти каждую неделю. Но теперь… теперь она не кажется такой уверенной.

– Рад знакомству, – улыбаюсь я, вставая и протягивая ей руку. – Надеюсь, мы с тобой подружимся.

– Надеюсь, – кивает она и пожимает мою ладонь.

– Соня очень способная, – говорит Алла Борисовна, глядя на нее с легкой улыбкой. – Ей просто нужно немного уверенности. И практики.

Я киваю, пытаясь сообразить какой-нибудь умный ответ, но в итоге говорю:

– Обожаю практику. Не волнуйтесь, мы справимся.

Черт. Обожаю практику? Ну я и идиот.

Алла Борисовна встает из-за стола, прижимая к груди внушительную стопку тетрадей.

– Удачи, – бросает она с улыбкой, и, не дожидаясь ответа, покидает кабинет, оставляя нас с Сониной неловкостью и моим неожиданным волнением один на один.

Соня несколько секунд просто смотрит на меня. Не взглядом ученицы, не с интересом или раздражением. Скорее… как будто оценивает. Затем опускается на стул, скрестив руки на груди, словно ставит между нами границу, которую не стоит пересекать.

Я стараюсь выглядеть дружелюбно, ободряюще – или хотя бы не слишком строго, – но она лишь качает головой. Не то чтобы разочарованно. Скорее… устало. Как будто предпочла бы быть сейчас в другом месте.

– Мы можем начать послезавтра? – спрашивает она, вытаскивая из рюкзака потрепанный дневник. Раскрывает его и протягивает мне страницу с расписанием: – Завтра у меня прослушивание в школьный театр.

Театр. Конечно. Куда ж без него?

– Мы можем начать сегодня, – говорю я, пожимая плечами. – Позанимаемся в школьной библиотеке, по вечерам там почти никого нет.

Соня задумчиво сворачивает губы трубочкой.

– Ладно, как скажешь, – она записывает что-то в своем дневник. – В восемь вечера подойдет?

– Без проблем. Так какие темы тебе нужно подтянуть?

Она поднимает на меня смущенный взгляд:

– Эм… все?

– Чуть подробнее?

– Графики, логарифмы, интегралы, – перечисляет она, и я вижу, как в ее глазах вспыхивает досада.

– Ладно, ты права, – киваю я. – Все, значит все.

Она смеется, затем подался вперед и спрашивает:

– Хм, а это правда, что ты лучший ученик в школе?

Я пожимаю плечами:

– Наверное.

Почему-то этот вопрос – простой, почти детский – заставляет меня улыбнуться. И да, она, права, я лучший ученик в школе, и большинство учителей не дают мне об этом забыть. Но мои сверстники не обращают на это внимания, им кажется, что быть «ботаником», «заучкой», «умником» – не круто.

А вот мой брат – двоечник, импровизатор, звезда школьной сцены – всегда в центре толпы. Он словно живет под прожектором, и каждый его шаг сопровождается овациями. В наше время, сыграть Онегина, оказывается, престижнее, чем выиграть олимпиаду по тригонометрии.

Соня что-то дописывает в своем дневнике, и наша первая встреча подходит к концу. Мы прощаемся короткими кивками – не совсем тепло, но уже без той неловкости, что была вначале. Я поднимаю рюкзак, выхожу из кабинета и вливаюсь в поток шумных учеников.

Звонок гонит меня на первый в этом году урок – литературное чтение. Я захожу в класс, усаживаюсь за первой партой и привычное спокойствие накрывает меня, как теплый плед.

– Доброе утро, ребята, – приветствует нас Жанна Владимировна. Ее глаза скользят по классу. – Надеюсь, вы прочитали обязательную литературу на лето?

– Конечно, – бормочет моя одноклассница. – Кто читает летом?

Я бросаю взгляд на список обязательной литературы, висящий на стене. Я прочитал все эти книги и даже написал эссе, а затем перешел на научно-популярную литературу. Пока кто-то проводил лето в поездках, на дачах или под палящим солнцем на стадионе, я читал о человеческой психике, о том, как работает сердце, и почему логарифмы – это, в сущности, способ понять порядок в хаосе.