Не покинь меня

Глава 10

Всей семьей Микуловы отправились на рынок покупать Ивану пиджак. Анфиса любила такие минуты: это был праздник. Она подхватывала мужа под руку и, ощущая его силу, расправляла плечики, улыбалась попутному ветру. Анютка сидела на плечах Ивана и что-то весело говорила. Митька важно вышагивал рядом с родителями и без конца комментировал достоинства машин, что проезжали по дороге.

Рынок шумел словно пчелиный рой. Иван завёл прежний разговор, что пиджак ему ни к чему, и лучше купить что-то Анфисе или детям. Но Анфиса с Митей твёрдо стояли на своем и пробирались сквозь толчею к нужному товару.

Обнова преобразила Ивана. Анфисе он напоминал героя фильма, которого она видела однажды, когда Иван водил её смотреть киноленту. Она просила мужа повернуться то в одну сторону, то в другую, и радовалась, что, наконец-то, очередь дошла и до Ивана, и у него будет хорошая вещь. Иван неуклюже поворачивался, чувствовал себя неловко перед продавцом, и плохо представлял, зачем ему эта чопорная одежда. Но Анфиса так давно мечтала «одеть» Ивана, что тот сдался.

– Не снимай,– попросила она Ивана и прижалась к его руке. Мужчине было жарко и как-то не уютно в новом, модном пиджаке, но ради Анфисы он терпел. Аня переселилась на Митькины плечи, и счастливая компания направилась в сторону продавца мороженого.

На площади громкоговоритель кашлянул, музыка замолчала. Мужской голос предупредил, что сейчас будет важное сообщение. Люди потянулись поближе послушать известие. В общем потоке оказался и Иван с семьей. «Внимание, Говорит Москва! Передаём важное правительственное сообщение. Граждане и гражданки Советского Союза! Сегодня в 4 часа утра без всякого объявления войны германские вооруженные силы атаковали границы Советского Союза. Началась Великая отечественная война советского народа против немецко-фашистских захватчиков. Наше дело правое, враг будет разбит. Победа будет за нами!» – лилось из репродуктора.

Анфиса стояла растерянная. Её сознание не хотело верить в то, что слышали уши. Она смотрела на Ивана, и слёзы сползали по щекам. Общая тревога перерастала в общее горе. Все спешили побыстрее оказаться в кругу родных людей.

Анфиса не помнила, как пришли домой. Она бралась за дела, но из рук всё валилось, мысли путались. Митьку отослали на другой конец города, где располагалось лётное училище, узнать, какие новости у Коли.

Иван не хотел пугать Анфису, но про себя уже решил, что пойдёт воевать. Подумал, что завтра соберётся вся бригада, ведь планировалась отправка на работы в лес. Иван знал, что никуда не поедет, а пойдёт в военкомат. И об этом решил сказать бригадиру.

Анфиса постоянно спрашивала, что будет дальше. Она с какой-то мольбой смотрела на Ивана, надеясь, что тот её не оставит. Иван молча обнимал жену, целовал в волосы и ничего не обещал.

Возвратился Митя. Сказал, что Коля ничего по поводу своей дальнейшей учёбы не знает.

Следующий день не принёс облегчения. Бригадир сказал лесорубам, что пока вся бригада едёт на работы. До особого распоряжения. Иван отправился вместе со всеми.

К концу лета он появился. Объявил, что идет на фронт. Митька сообщил родителям, что записался на курсы водителей, после окончания которых тоже отправится бить проклятых фрицев.

Анфиса почернела от тяжёлых дум, но держалась. Она смотрела на мужа и старалась запомнить его движения, прищур глаз, его разговор. Да и без этого она бы из тысячи узнала его голос. Его походку, его руки. Сколько раз в своей прошлой деревенской жизни, ожидая Ивана, ей казалось, что она наяву слышит звук его шагов, смех, чувствует его тепло. Скажи ей тогда, что в жизни всё опять повторится, она бы не поверила. Пережить ад ещё одного ожидания – не слишком ли много для одной женщины? Но наступил новый день и дал отсчёт жизни без Ивана.

Через два месяца Анфиса вместе с Колей и Аней провожали Митю. Обнимая брата, Коля прошептал ему на ухо: «Может свидимся, весной весь наш курс – тоже на фронт».

Завод перевели на военные рельсы. Теперь с конвейера сходили снаряды. Анфиса со смены до дома чуть доходила. Аню из садика забирала соседка. Когда Анфиса возвращалась, девочка уже спала. Колю пару раз отпускали свидеться с матерью. Он приходил к ней на работу. Приносил в бумажке сахар для Анютки, сэкономленный на обедах в училище.

Мать смотрела на сына и не узнавала: Коля повзрослел и обладал мудростью, которая ей была не ведома. Она чувствовала себя рядом с сыном какой-то маленькой, не понимающей того, что было понятно ему. Она не заметила, как он из вихрастого подростка превратился во взрослого человека.

Перед отъездом Коли Анфиса обнимала его и молила только об одном: «Пожалуйста, возвращайся».

Как жить, где брать силы, когда знаешь, что самые близкие люди идут по краю жизни? Анфиса не знала ответа. Она только могла просить Бога, чтобы сохранил её мужа и сыновей живыми. Благодарила, когда получала солдатские треугольники.

Пришло письмо из дома, от мамы. Она писала, что их дела совсем плохи. Отец слёг, и она сама чуть ходит. Просила Анфису приехать домой, и не дать пропасть старикам. Анфиса собрала вещи и с Аней они отправились в путь.

Иван исправно получал письма от Анфисы. Она писала, что с Аней они переехали в родную деревню. Родители у жены были совсем плохи.

Анфиса ни на что не жаловалась, сообщала, что работает в колхозе. Сыновья воевали, изредка Ивану приходили от них письма, но чаще все трое друг о друге узнавали из писем Анфисы.