Не предай дракона

Глава 2_2

В первые дни пребывания в доме Лоэвых я, к сожалению, нечасто виделась с Брайсом. Мы ужинали вместе всего дважды, что говорило о занятости мужчины и его серьёзному подходу к управлению Эршэби. То есть он решал не все дела города – на это здесь был мэр, но некоторые ситуации требовали вмешательства драконокрового, и мужчина не мог их игнорировать.

В Книге родословных Севера я узнала, что Лоэвы – самое малочисленное из трёх правящих Заколдованной долиной семейств. Наиболее плодовитыми были Стратты, за ними шли Эйтсы, а у Брайса было по пальцам пересчитать даже двоюродных братьев. Конечно, дело было в его проклятии: всякая женщина, что беременела от мужчины из рода Лоэвых, умирала при родах или вскоре после них. Поговаривали также, что Стратту и Эйтсу удалось свои проклятия смягчить, и, подозреваю, эти сведения добавляли Брайсу беспокойства, ведь из трёх драконокровых превращаться в зверя не научился лишь он один.

Я знала, что ему нужна поддержка, но не могла придумать, как к мужчине подступиться. Он был всегда таким серьёзным и сдержанным, что, даже встретив его в длинном коридоре, где мы могли перекинуться хотя бы парой фраз, я терялась и выдавливала из себя только смущённое «Здравствуйте». К счастью, погода была на моей стороне. В один из дней, когда мне не нужно было идти в больницу, зарядил непроглядный ливень, и Брайс остался дома. Мы встретились в библиотеке, где я читала о самых разных кланах магов, пытаясь определить, кто из них мог похитить маму.

– Хм, – сказал мужчина, когда мы поздоровались и поклонились друг другу, – интересный выбор.

– Я хотела найти что-нибудь про Звёздный орден, – сказала я почти правду. – Папа мне о них рассказывал немного.

Брайс кивнул и поглядел на вторую книгу, которую я положила на колени.

– «Магия северных минералов». Любите камни?

– О, да! – с искренним воодушевлением призналась я, откладывая пухлый том про магов. – Я их коллекционирую!

– И много насобирали?

– У меня своя маленькая сокровищница. Ну, то есть там в основном полудрагоценные камни, но попадаются среди них и весьма редкие. По секрету вам скажу, что у меня есть даже небольшой далентин!

– Я слышал про него много интересного. Он и правда так необычен и прекрасен?

– Он интереснее, чем вы можете себе представить, – лукаво улыбнулась я. Здорово, что мне не приходилось изображать нужные эмоции, искренность шла от сердца. – Его ещё называют «камнем с душой».

– Покажете? – вдруг сказал Брайс, и я кивнула.

– С радостью.

Вообще-то я редко давала смотреть свою коллекцию кому бы то ни было. Исключением были папа и мама, но последняя не слишком камнями интересовалась… Брайс зашёл следом за мной в комнату, но остался в гостиной, а я поспешила к кровати.

– Вот. Этот сундучок мы начали собирать вместе с папой.

Я аккуратно сняла с шеи цепочку к маленьким ключом, и почувствовала, как Брайс едва заметно усмехнулся. Наверняка подумал, что постоянно носить его с собой – излишняя предосторожность в доме дракона.

– Здесь у меня всё по цветам, – пояснила я. – Сначала идут чёрные и фиолетовые камни.

Сундучок был сделан искусно, и раскладывался веером, отчего камни, распределённые по своим отделениям, все вместе образовывали радугу.

– Жеода, рутил, обсидиан, таттон, – показывала я внимательно рассматривающему моё богатство Брайсу. – Диоптаз, один из моих любимчиков. Папа привёз его с востока. Куприт, розовый кварц, азурит, тарцит…

– А это?

– Крошечный кусочек огненного опала.

Мужчина окинул взглядом драгоценную радугу.

– Красиво, но который из них далентин?

Я улыбнулась и нажала на специальный магический механизм, секрет которого хорошо знала. Открылось тайно отделение, где в своих гнёздах лежали всего три особенных камня. Я осторожно вытащила бархатные мешочки, и Брайс подался ближе, почти касаясь моего плеча рукой.

Я чувствовала его тепло, обволакивающий спокойный запах. От Брайса пахло не духами – чем-то смолянистым, древесно-травяным.

– Этот камень называется «шатта».

– «Беда» с восточного вамэ, – тотчас отозвался мужчина.

– Да. Поначалу кажется, что он просто чёрный, но внутри, видите, едва заметное красное пятнышко. Говорят, что, если оно превратится в огонёк – это к беде.

– Можно? – попросил Брайс, и я положила камушек ему на ладонь.

Он довольно долго вглядывался в его нутро, а потом зачем-то подул на минерал, и мне почудилось, будто красное пятнышко на мгновение стало ярче.

– Ладно, – усмехнулся мужчина, перехватив мой удивлённый взгляд, – не стоит тормошить беду.

Я кивнула, и он вернул мне шатту, не коснувшись моей ладони. Я достала следующий мешочек, и пальцы немного дрожали.

– Это далентин, – сказала я почему-то шёпотом. – Видите, внутри него как будто маленькую планету спрятали?

– И она вздрагивает, – негромко отозвался Брайс.

– Говорят, тот первый, кто коснулся камня – оставил внутри него память своего тела. С этих мгновений сердце камня бьётся, пока жив нашедший его человек.

– Нашедшим был ваш отец?

Я сглотнула. Мне нельзя было плакать.

– Да. Ещё поэтому мы с мамой всегда верили, что он вернётся.

Рука Брайса легла на моё плечо, пальцы сжались.

– Мне жаль, Юна.

– Спасибо, – отозвалась я, боясь поднять глаза. – Впрочем, это всего лишь красивые легенды, которые никем не подтверждены…

Он коснулся второго моего плеча, и мягко развернул к себе.

– Но вы верите.

– Иногда. А порой мне кажется, что лучше бы выбросить этот камень куда подальше…

Он вздохнул и склонился чуть ниже.

– Вы кажетесь сильной, Юна.

– Обычно я именно такая, но иногда накатывает. Простите.