Не про Любовь! Книга Первая.

Первый аккорд

Бросив автомобиль в густых зарослях амброзии возле реки, мы, словно призраки, скользили вдоль высокого забора. А после лезли по-пластунски под него в только одному Господу богу известном месте. Извиваясь, старались пачкая одежду.

- Осторожно. Не вздумай пораниться и оставить следы своей крови.

Хриплый голос. Я слушалась его…

Она завалила всё затем дёрном и сухой травой, скрыла лаз под ограждением из железобетона. Земля приняла облик нетронутого участка, лишь принюхавшийся пёс различил бы перемену.

Заброшенный двор промышленной зоны предстал перед нами во всей своей печальной красе: ржавые тележки, скелеты машин, все они валялись меж обломков арматуры, упрямо вросшей в землю. Остатки железобетонных плит, поросшие буйной травой, напоминали о былой мощи авторемонтного завода. Рельсы, так и остались сложенными в сторонке, словно ожидая того часа, когда их заберут отсюда.

Зрение цеплялось за детали, но сознание отказывалось их усваивать. Картина была слишком разрозненной, слишком хаотичной. В душе поселился страх, холодный и властный.

Страх.

И голос, который звучал в голове и требовал, требовал. Он угрожал, сковал движения, превратив мой уверенный шаг в неловкую крадущуюся походку. Хлюпая носом, я действительно боялась, что сосуды могут не выдержать и пойдёт кровь. Каждый шорох, каждый скрип ветхих досок в оконных проёмах вызывал мурашки по коже, заставляя сердце колотиться в груди.

- Они близко. Я чувствую это.

Её рука всё тянула и тянула за собой. Ида бросала взгляд на меня иногда и глаза девушки постепенно наливались тёмной дымкой. Странной.

Будто в этой темноте таилась спасительная свобода. И она была иногда обозначена голубовато-серыми всполохами.

Не решалась понимать происходящее, голова гудела от событий последней недели. Эти события мне казались кошмаром.

Нужно было только проснуться.

Но вот как раз этого я и не могла сделать!

И время теряло всякий смысл. Минуты тянулись часами, а шаги отмеряли не расстояние: - они отсчитывали путь невозврата.

Я слишком хорошо помню, с какого мгновения этот путь начался.

И сейчас я точно не смогу сказать, в каком месте моя новая знакомая посоветовала оставить включенный телефон. Мы для этого специально заезжали на набережную, петляя по городу на её старенькой машине. Один только звонок маме о том, что я уезжаю по работе в Китай. Всё.

Она привыкла к моим разъездам и знала, что в Харбине я могу жить у подруги и её старенького отца месяцами. Телефон остался «забытым и упавшим нечаянно» под скамьей. Сегодня он станет лёгкой добычей для кого-то. Там в парке, лежащий среди крупной гальки и камней.

А здесь всё поросло высоченной травой. Она уже пожелтела, умирающие стебли вызывали жуткое чувство уныния. Вот из земли обозначилось крылечко в никуда. Просто одно крыльцо и всё. Здания нет, крыльцо осталось, поручни кованые, ржавые.

И оттого никому не нужные.

Наверное, домик небольшой раньше был и его на кирпич растащили, и фундамент в траве виднеется.

Пробежав в сторону огромного цеха, спиной, я почувствовала на себе чей-то взгляд, точно сторож решил посмотреть. Видать, опомнился дедуля, увидев наши фигуры. Развернулась и просто приросла к месту. Это был не сторож.

Его не было здесь!

Здоровая чёрная собака сидела на том самом крыльце. Угроза витала в воздухе, ощутимая, как густой туман. Собака вела носом, принюхиваясь к каждому шороху, к каждому шелесту листьев вокруг. Казалось, в любой момент из кустов может выскочить ещё одна тварь, такая же зловещая и опасная.

Она не лаяла, не рычала, просто сидела, олицетворяя собой терпеливое ожидание, которое предшествует буре.

- Начинается! Быстрее. Не смотри ей в глаза!

Меня охватила паника. Я воочию слышала, как шины больших машин катят по гравийке.

- Они близко.

- Не совсем. Только на гравийку заехали.

Аида обернулась, цепко взглядом уставившись на мои губы.

- Возможно.

В здании огромного цеха, в которое мы попали с ней, перескакивая через обломки бетонных конструкций, сразу почувствовалось нечто аномальное. Боковым зрением увидела тёмный выход на лестницу. Лестница была как бы в кирпичной, тёмной шахте, она вела наверх, возможно, на крышу. Она обрывалась на одном из этажей, и этого не было видно в темноте. Один только шаг и возможно это будет конец для кого-то. Но не для нас.

Откуда я это знала?

Не могу сказать.

Большой старый лифт, предназначенный для производственных нужд, смотрел на нас тёмным оком. Лифт был закрыт на металлическую резную кованую решетку с витиеватыми отверстиями, старинную и очень сильно отличающуюся от всего, что окружало нас. Там за решёткой было темно, очень темно.

- Куда ведет эта шахта?

- Нам вниз.

- Ты уверена?

- Да!