Не про Любовь! Книга Вторая.

Глава 1

«Правда не всегда сладка бывает, и свобода тоже;

а то какая была бы наша заслуга»

Иван Тургенев.

Я смотрела ­­как малышка взбиралась на руки к незнакомке. Не верилось что эта женщина моя Аида. Усевшись к ней на колени и прижавшись, малышка прикрыла устало глаза. Девочка делала это очень медленно. Как-то особо заторможено. Если бы не наш с ней диалог в Питерской квартире, я бы подумала, что она не умеет разговаривать.

Камин разгорался согревая небольшую столовую на первом этаже. Мне необходимы было особое питание. Вновь мучила жажда. Откинув голову на спинку кресла, я устало сомкнула веки.

- Нора, чем я могу помочь тебе?

- В саквояже есть всё необходимое на первое время. С каждым разом регенерация даётся мне всё более мучительнее. Иногда мне кажется, что следующий раз будет невозможен. Сухофрукты. Мёд, настойка женьшеня. В прошлую инициацию она мне помогла. Вытяжка из икры морского ежа. Кровь.

- Кровь?

- Маралов. В последний раз в ход шло буквально всё. А ещё у меня с собой местная валюта и все документы, которые я так или иначе готовила на любые случаи. Воду на кухне нужно тонкой струйкой включить стекать. Водопроводом давно никто не пользовался. Я была в этом месте примерно год назад.

Крупы должны быть в кладовой и мука.

- Оболочка, так любимая тобой. Её нужно сменить.

Сморщив лоб, я пыталась понять о чём говорит мне эта женщина.

- В какой-то момент тело не справится, оно с каждым разом теряет свой резерв, и ты будешь искать любое, которое будет поблизости. Это опасно.

- А не искать? Так нельзя?

- Нет. Мы запрограммированы на выживание. Это произойдёт самопроизвольно.

- Нас невозможно убить?

- Возможно…

В воздухе зависла тишина.

- То судно утонуло?

- Да…

- Как ты выжила Аида?

- Начни с крови. Мне странно это говорить. Но выглядишь ты ужасно. При нашем первом знакомстве, ты мясо вроде как на дух не переносила.

- Кровь с пантов молодых оленей. Животные при этом не погибают.

Взяв один из флаконов в руки, открыв, я залпом осушила его содержимое.

- Как я выжила? Это длинная история.

- Я не тороплюсь леди Иден.

- Ты вновь мне не доверяешь, Элинор?

- Если ты выжила, то почему не вернулась? Почему обрекла меня на такие мучения?

Её голос в ответ зазвучал очень глухо. Она боролась с рыданиями.

- Нас будто преследовали неприятности. Знаешь, в какой-то момент я просто решила вернуться в Питер. Нужно всегда слушать голос интуиции. Всегда.

У побережья Швеции на нас обрушился шторм такой силы, что огромное двухматчевое крейсерское судно, на котором мы следовали в Соединённые Штаты, казалось маленькой скорлупой ореха в безднах воды и ветра. Шторм был настолько мощным, что капитан принял решение сделать паузу в Стокгольме, чтобы произвести необходимые ремонтные работы.

В эти дни я, вероятно, впервые от супруга услышала твёрдое «нет». Он отказался покидать судно и ехать в Россию обратно. Что-то влияло на него самым непонятным образом. Он не захотел обратного пути, предпочитая оставаться в комфорте, и как он считал в безопасности.

Наша каюта была одной из самых роскошных на судне, с огромной кроватью и множеством удобств. Это был словно ещё один медовый месяц. Мы не выходили из апартаментов практически целую неделю, наслаждаясь обществом друг друга и комфортной обстановкой.

Это время стало для нас особенным, его любовь, и поддержка — самое важное, что существовало для меня в тот момент.

Появившись – таки спустя несколько дней на палубе, я слушала от капитана оды о том, что именно наша каюта, если даже судно затонет, она не заполнится сразу водой. Он нёс словесный бред о герметичности иллюминаторов и дверей. Он ничего не понимал мне кажется о том, что ТАКОЕ давление. Огромное количество воды, оно будет воздействовать на эти самые иллюминаторы при погружении судна на большую глубину. Оно разрушит буквально всё.

От его речей у меня случались мигрени. А ещё я постоянно чувствовала на себе взгляд. Он преследовал меня. И я снова перестала выходить на прогулки.

Романтика путешествия вдруг стала превращаться в тяжёлую обязанность. Хотелось прервать её и отправиться домой. К тому же проявился вдруг мучительный токсикоз. Я призналась мужу, что в тягости. Он был конечно же счастлив, мечтая о сыне. Странно счастлив и порой задумчив. Но я списала всё на своё нездоровье и мнительность.

Крепостная Вера Алтынова, была мне в помощь. Молодая и сметливая. Рослая женщина, обученная грамоте. Цены ей не было. Она и причешет модно и платья по фигуре ладно зашнурует, утеплит с заботой. Взяв её с собой в роли камеристки я ни разу не пожалела о том.

Аида с горечью смотрела на свои руки.