Не проси моей любви

Глава 8

Нищему собраться, только подпоясаться. Не помню, где я это услышала, но сегодня это было про меня. Так что я просто взяла сумочку, проверила ключи и документы, попрощалась с коллегами и вышла. Глеб уже был на стоянке. Заведя свою малышку, я пристроилась хвостиком за его черным монстром.

Дорога до парка не заняла у нас много времени. Я всего лишь изругать себя разными словами, да пообещать, что это последний раз, когда я иду на поводу у Драгоша.

"Какая же ты жалкая, Мари Тома. Твой друг искренне хочет проводить с тобой время, а ты не можешь не строить воздушных замков", горько усмехнулась я и заглушила мотор.

- Знаешь, не удивительно что Еська поселилась именно здесь,- задумчиво произнес Глеб, когда мы вошли в парк. - Красиво.

- И тихо,- кивнула я. - Здесь особенно хорошо осенью. Такая, знаешь, пронзительно-прозрачная увядающая природа.

Драгош тихо хмыкнул:

- Тома, ты и твои сравнения...

Я смутилась. Много лет назад я пыталась писать стихи. На пятом курсе тетрадку с этими выстраданными строками стащила подружка Драгоша. В общем, у меня отбило все желание что-либо рифмовать. Ну, иногда, с особо трудным клиентом, мой куцый стихотворный дар вновь поднимает голову. Но такие строки никому не покажешь.

"Вадим хотел красиво, дешево и быстро,

И вежливо, и с благодарностью за всё,

Не вышло. Всё."

Латников потом заменил "Вадим" на "Клиент" и повесил у себя в кабинете. Я же отказалась признаваться, что эти кривые строчки - мои. Сказала - интернет.

- М-м-м, как пахнет,- Глеб преувеличенно-громко принюхался и потянул меня к уличному ларьку. - Это от вас так приятно пахнет шоколадом?

- Нет,- мило улыбнулась девушка,- от меня пахнет ландышами, а наш шоколад хорош сам по себе. Будете?

- Две порции,- ослепительно улыбнулся Драгош. - О, у вас и шарики есть? Можно вон того, со смешным зеленым мишкой! Навевает чудесные воспоминания.

Повернувшись ко мне, Глеб с дурацкой улыбкой протянул мне шарик. Я недоумевала ровно до тех пор, пока не увидела медвежонка.

- Др-рагош,- выдохнула я.

- По-моему, это очень милый медвежонок,- притворился дурачком Глеб.

И я, на самом-то деле, не спорю. Мишка очень милый. Именно поэтому я в свое время выбрала те трусики. Очень уж милашный там был принт. Принт, который теперь смотрел на меня с белого шарика.

- Держи, шоколад с ванилью.

Взяв стаканчик, я поблагодарила Глеба и мрачновато покосилась на гелиевый шарик. Шарику, впрочем, все было побоку - он радостно колыхался в воздухе и был рад прогулке.

- Только в небо его отпускать нельзя,- серьезно сказал Драгош. - Экология не прощает таких ошибок.

- Я знаю,- фыркнула я и отпила шоколад. - М-м-м, и правда вкусно! Только горячо очень.

Глеб согласно угукнул. А наметила себе порадовать Еську - она постоянно жалуется, что в парке шоколад пахнет вкусно, но пить эту водянистую дрянь невозможно. Похоже, что рецептуру доработали.

Пока я размышляла, Драгош ушел немного вперед. Вытащив телефон, он пытался сфоткать корягу, которая, с его точки зрения, была чертовски фотогеничной. А я, забыв про воздушный шарик, шоколад и совесть, рассматривала его так, будто впервые увидела. Узкие светлые джинсы, тяжелые ботинки на шнуровке и черная кожаная куртка, облепившая широкие плечи. Драгош весь из четких линий и контрастных красок. Сильные кисти с длинными изящными пальцами – вот, как раз сейчас особенно хорошо видно, и...

- Мари, возьми стаканчик, тут такая гусеница!

- Драгош, тебе тридцать пять,- вздохнула я. - Период гусениц у оборотней длится от трех до десяти лет. Ну максимум до одиннадцати.

Но стаканчик послушно взяла. А куда деваться? Шарик чуть не улетел, но я справилась. Ведь экология не прощает, да.

- Смотри,- Драгош повернул телефон ко мне.

И я была вынуждена согласиться, что гусеница того стоила.

- Перекинешь мне потом? Поставлю на звонок.

- Если твой шеф узнает, что ты поставила на него гусеницу,- грозно нахмурился Драгош и тут же улыбнулся,- то знай - у него роскошная коллекция фото! И кто знает, кого он поставит на тебя.

А я только улыбнулась. Глеб был единственным контактом в моем списке, у которого не было отдельного рингтона и заставки. Я просто не могла себе позволить его выделить. Вот только Еська меня сразу вычислила.

"- Никак не выделяешь? Ну да, то есть на сантехника у тебя специальная картиночка, а на друга и начальника - заводские настройки? Не ври мне, Мариш, не выйдет. Мы с тобой в садике на соседних горшках сидели, так что не рассчитывай обвести меня вокруг пальца".

- Темнеет,- шепнула я, когда совсем замерзла.

- Надо найти мусорку,- Глеб потряс стаканчиком,- и по домам.

- Давай сюда,- я протянула руку,- у Еськи выброшу. Спасибо за этот день. И вообще за все.

Он повернулся ко мне, смерил долгим взглядом и пожал плечами:

- Не за что. Ты куда? Нам до выхода из парка вместе идти.

- Не-а,- хитро улыбнулась я. - Там дыра в заборе, а следом Еськин подъезд. До завтра.

- Завтра суббота, но если ты настаиваешь, то я запишу тебе сверхурочные,- фыркнул Драгош и сунул рук в карман джинс. – Могу даже оплатить их.

- О нет, я не трудоголик,- покачала я головой. И повторила,- пока. До понедельника.

- Ага, до понедельника. Иди, я постою здесь. Войдешь в подъезд - набери меня. Не позвонишь через пять минут - иду искать.

- Драгош,- я закатила глаза и фыркнула, но он, сверкая звериным взглядом, настоял на своем:

- Ты должна быть в безопасности, я же обещал. Иди, а то увезу к себе.

"Увези", хотелось согласиться мне. "Увези. Забери меня себе так, как будто ничего не было. Как будто не было того вечера, когда ты разбил все мои мечты".

- Нет уж, увозить меня нельзя,- натянуто ответила я. - Еська жаждет подробностей. Все, теперь точно - пока. До понедельника.

Резко развернувшись, я прошла сквозь кусты, пролезла в дыру и вприпрыжку помчалась к Еськиному подъезду. Благо, что ключ от домофона у меня есть.