Не. Проси. Пощады.

Пролог. Марк

Тишину в этом кабинете всегда держал я. Двадцать лет, одним присутствием. Люди замолкали, когда я входил, и открывали рот, только когда я позволял.

Сегодня они молчат не из-за меня.

Они ждут, что скажет она.

Ника стоит у окна, спиной ко мне, и весь мой совет – девять человек, каждый из которых видел, как я ломаю тех, кто крупнее и злее, – смотрит ей в затылок и ждёт. В её руке тонкая серая папка. В этой папке – я. Всё, на чём стоит фамилия Лютовых: счета, имена, несколько очень глубоких могил. Она держит мою империю двумя пальцами, небрежно, прикидывая, оставлять ли чаевые.

Той зимой я сказал ей: теперь ты моя. В счёт долга.

Смешно вышло.

Я знаю, сколько дней прошло с той ночи, когда она перестала быть моей. Сто двенадцать. Я не считаю нарочно. Оно само где-то капает, на фоне, как тот кран, который три месяца собираешься починить и не чинишь. Сто двенадцать дней я запрещаю себе одну-единственную мысль, и каждое утро она первой стоит у меня под дверью.

Нельзя.

Это правило я придумал не для неё. Для себя. Зверь не привязывается к тому, что может его убить. А она может. Из всех людей в этом городе – она единственная, кто действительно может.

Ника поворачивается.

И я делаю то, чего не делал ни перед кем за двадцать лет. Не отвожу взгляд первым. Только она тоже не отводит, и в этом вся беда, потому что под её взглядом внутри у меня что-то срывается и летит вниз, как лифт с лопнувшим тросом.

– Ты ведь понимаешь, Марк, – говорит она тихо, так, чтобы слышал только я. – Теперь не ты решаешь, кто здесь просит пощады.

Понимаю.

Я сам её этому научил.



Отредактировано: 18.06.2026





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять