Не разбивай моё сердце

Глава - 26

- Сем, я была с ним, понимаешь? Мы переспали, а после он сказал, что мы не можем быть вместе, понимаешь? Семен, я подарила ему свою девственность, а он вот так вот взял и все растоптал.

Сестра закатилась горючими слезами, опустив голову вниз. Это хорошо, что Натка не видит как яростно закипают глаза. Сейчас, понимая, что мою единственную сестру обесчестили и бросили, все мои проблемы в раз улетучились. Неужели я хотел бросить их всех, считая, что все, что происходит со мной важнее всего? Сейчас, четко понимаю, что хоть мне и светит срок, отсиживать его буду не зря – убью только одного гада, и можно идти сдаваться.

Сдержав порыв гнева, дабы не разнести здесь все к чертям, в будущем стоит подумать, чтобы посетить психотерапевта или как там еще называют мозгоправов, сел к сестре, и прижал ее к себе в попытке успокоить.

- Сестренка, милая, я порву любого, кто виновен в твоих слезах. Только скажи мне, кто эта мразь, и я все исправлю.

- Сем, уже ничего не исправишь.

- Не думай об этом, - поглаживал ревущую сестру по волосам, преодолевая свои звериные инстинкты. – Только назови мне имя и где его искать.

- А ты, правда, нас никогда не оставишь?

- Да как же я оставлю вас, Наташ? Ты же без меня и дня прожить без приключений не сможешь.

- Обещаешь, что больше не будешь убиваться из-за этой своей Алиски? – как-то подозрительно в ее голосе стали проявляться довольные лучики, никак не вяжущиеся с ролью обесчещенной пятнадцатилетней девчонки. Или же она так загорелась грядущей местью?

- Обещаю, Наташ.

- Вот и славненько.

Сестра неожиданно улыбнулась, краем футболки, что итак уже была испачкана мной, вытерла слезы и подскочила на ноги, излучая невероятное счастье, сбивая меня с толку.

- Наташ, я конечно рад, что ты пришла в себя и успокоилась, но имя ты мне так и не сказала.

- Да черт с ним!

- Наташ, я серьезно! Если ты мне не скажешь, я и сам все узнаю, но не усложняй мне задачу, пожалуйста, у меня не так много времени.

- Ничего ты не узнаешь, - одарив меня ехидной улыбкой, Натка похлопала меня по щеке как маленького ребенка.

- На-та-ша-а-а, - скрипя зубами, сжал кулаки до боли, вновь перебарывая порыв злости.

- Сем, ну какая еще к черту невинность, неужели ты в это поверил? Мне нужен был резкий толчок, чтобы вывести тебя из этого зомбо-транса с именем этой тыквы. Вот я и придумала историю. Поверил, да? – сестренка заиграла бровями, явно меня дразня, а я как остолоп смотрел на эту актрису, понимая очевидную вещь….

- Ты меня развела что ли?

- Ага, - моя коварная младшая сестра ехидно улыбнулась. Вот откуда в этой маленькой егозе столько прыти и одновременно столько яда?

- Твою мать, Наташа! – каюсь, не сдержался.

- Ты мою мать не трогай, она как-никак и твоя тоже.

- Вот она обрадуется, когда завтра ты с ней за ручку пойдешь к гинекологу… проверяться.

- Только попробуй ей что-нибудь сказать, тогда я не посмотрю, что у нее больное сердце, она узнает о твоих наклонностях к самоубийствам, - разъяренная фурия недовольно кивнула в сторону все еще свисающей с потолка петли.

- Вот честное слово, Наташ, когда ты будешь замуж выходить, я первым пожму руку твоему мужу и искренне посочувствую ему. Только дождусь, когда он скажет «да» и подпись поставит, чтобы уже точно не сбежал.

За всей этой перепалкой не заметили как сменилось настроение в нужную сторону. Сестра, надувшись, начала гоняться за мной по комнате, в попытке дать подзатыльника. Ха! Даже если бы и догнала, все равно бы не дотянулась, шибко мелкая. Вдоволь набегавшись, подхватил свою интриганку на руки и крепко прижал к груди, которую та тут же принялась колотить кулаками.

- Эх, малая, люблю я тебя.

- И я тебя, братик, сильно люблю.

- А на счет справки я серьезно, чтобы завтра же пошла к врачу и принесла мне подтверждение своих шуток. А то ведь ты знаешь, я всех на уши подниму, но того гада найду.

Сестра округлила свои красивые голубые глазки, но дослушав до конца, громко выдохнув, согласно кивнула. Не захочет же она, чтобы я лично отвел ее к заветному кабинету. А то удумала тут, учить меня по средствам манипуляций.

Радовались мы не долго, ибо раздалась трель дверного замка. Да так настойчиво, что мыслей о том, кто бы это мог быть, становилось меньше с каждой секундой.