Не разводятся, когда любят. А что сделал ты?

Глава 12. Ультиматум

Первый звонок завершается неудачей, а вот в ответ на второй слышу жёсткое:

— Стражин. Кто говорит?

— Привет. Это я, Юля. Юлианна...

— Не говори лишнего, — немедленно реагирует Стас. — Где ты? Почему звонишь с чужого номера?

Всего пара фраз, и я вспоминаю о паранойе Стаса. Он бы лопнул от злости, если бы узнал, что у нашего разговора есть невольный свидетель.

Смотрю на пожилую женщину, и она одобрительно мне улыбается. Знаком показывает, что я могу отойти на пару шагов.

Так и делаю, плюс прикрываю динамик рукой. Эта вся конфиденциальность, которую Стас может получить. И то я, наверное, зря так стараюсь.

В конце концов, что это за игры шпионские! Надоело уже!

— Не могу дозвониться до Демида. Он ни на один номер не отвечает! Что случилось? — стараюсь говорить негромко, но чётко.

— Он занят. Перезвонит тебе позже.

— Когда позже? Я в городе, а в доме нет связи. Как мне до него дозвониться прямо сейчас? Позже я позвонить не смогу. У нас уже день!

— Никак, — отвечает Стас. — Демид сейчас в самолёте.

— В каком ещё самолёте? Куда он летит?

— Это не телефонный разговор.

Начинаю злиться всерьёз.

— Послушай, ты что-то темнишь. Вы оба темните. И я это долго терпела, но больше терпеть не могу и не хочу.

Говорить о беременности Стасу до того, как расскажу всё Демиду, не собираюсь.

— Когда он приземлится? Я вернусь к Михаилу домой и позвоню по спутниковому.

— Я запрещаю тебе это делать! Нельзя.

Нельзя? Отцу ребёнка о беременности нельзя рассказать?

— Нам с Демидом нужно поговорить, — у меня голос звенит.

— Поговорите в следующий раз.

— Нет, сегодня! — У меня сдают нервы. — Мне всё это до ужаса надоело. Я хочу вернуться домой.

— Это исключено.

— Это то, что я сделаю в самое ближайшее время. С вами или без вас. С вашего согласия или с вашего сведения. Ты знаешь, где Демид, знаешь, когда он приземлится. Позвони ему, сообщи номер Михаила. Пусть Демид мне сам позвонит. Пусть с чужого номера позвонит, как я сейчас это делаю. Сегодня же! Или завтра утром я с вещами поеду на вокзал. И мы поговорим, когда встретимся лично.

— Ты не должна этого делать! Тебе нельзя появляться в городе! Ты не должна возвращаться!

— Кому не должна? Тебе? Демиду? Я себе должна вернуть свою жизнь. Я не собираюсь здесь оставаться навечно. Два месяца уже прошло. Всё уже можно было сто раз решить! У меня...

Едва не кричу о том, что у меня будет ребёнок. Но это неправильно. Демид должен узнать всё от меня, а не от друга.

— В общем, у меня появились веские причины вернуться домой. И я прошу тебя, Стас, помоги мне связаться с мужем. Нам с ним нужно срочно поговорить. Если он вечером мне не позвонит, ты знаешь, что я сделаю.

Сбрасываю звонок, отдаю женщине её телефон.

Она сочувственно мне улыбается.

— Так и не смогла связаться с мужем, доченька?

— Нет, не получилось пока. Но он мне позже перезвонит. — Улыбаюсь через силу.

Надеюсь, так и случится.

А если нет? Если он не позвонит?

Тогда мне придётся рассмотреть пугающую мысль, что с Демидом что-то случилось. Что-то плохое. Возможно, очень плохое.

По дороге домой останавливаюсь на обочине, набираю Стаса. Связь тут едва ловит.

Стражин явно не рад меня слышать.

— Он ещё не приземлился, — выпаливает до того, как я спрашиваю.

— Ты мне на один вопрос честно ответь. Верней, на два. Демид жив? Он на свободе?

Возможно, я себя накрутила. Но в моей ситуации, кто бы ни накрутил?

Долгое молчание со стороны Стаса, затем его чётко звучащий голос:

— Что ты сказала? Пожалуйста, повтори.

Мои предположения, что с Демидом случилось что-то серьёзное, Стас высмеивает уже минут десять. Чем более ядовито он говорит, с этим отвратительным оттенком мужской снисходительности к «женской логике», тем сильней укрепляюсь в мысли, что здесь что-то не так.

Уж слишком он старается меня продавать. Если не успокоить, то хотя бы заткнуть. Главная же его цель — чтобы я осталась в этой глуши. Тут он слов не жалеет.

— Ладно, я поняла. Все бабы — дуры, и я первая из них, раз считаю, что за два месяца нельзя было разобраться в ситуации с...

— Без имён! — рявкает Стас, и я вздрагиваю всем телом.

— Это небезопасная линия? — спрашиваю, преодолев оцепенение.

— Безопасно в нашем мире только мёртвым в могиле. Даже шёпотом в лесу с глазу на глаз лучше лишнего не болтать.

Стас в очередной раз доказывает, какой же он параноик. Раздражает ужасно.

— Ладно, я тебя поняла, но решение не меняю. Если мой муж мне сегодня не позвонит, завтра я буду с вещами на вокзале, — заканчиваю разговор и тотчас выключаю телефон.

Хватит уже, наслушалась я воплей Стаса, наелась его издёвок и мужского высокомерия.

Корпус кнопочного телефона в руке немного дрожит. Разговор со Стражиным вытянул у меня все силы.

Стас — высокий сильный мужчина. У него привлекательная внешность, низкий голос с бархатистыми нотами. Выдающийся генофонд вкупе с отвратительным характером.

Какой же он тяжёлый в общении. Неудивительно, что до сих пор не женат. Не нашлась ещё женщина, которая бы сумела без вреда для собственной психики выносить его выкрутасы и хамство.

Ладно, нам с ним детей не крестить. Он друг Демида, не мой, и моим другом не станет. Стас не уважает женщин. Бывают такие зашоренные мужчины, их не переделать.

Увожу машину с более-менее ровной трассы на разбитую дорогу. Лавирую между ямами, камнями и лужами, в которых завязнуть легче лёгкого.

Злюсь на себя, что не осталась в городе. Сняла бы на ночь гостиницу, заодно с Демидом нормально бы поговорила.

И почему эта светлая мысль пришла мне в голову только сейчас?

Дорога уходит всё глубже в лес. Ельник здесь растёт гуще, кроны деревьев нередко смыкаются над головой. По времени суток ещё день, но еду с включёнными фарами.