(не) Счастливая я и миллионер

13

Воскресенье. Я же всегда любила выходные, сколько себя помню. Можно отоспаться или, как вариант, сбегать на подработку и раздобыть деньжат. Но именно сегодня что-то пошло не так.

В душ иду в растрепанных чувствах. Зачем накрутила себя перед сном, сама не понимаю. В действительности всё ведь не так плохо? Или? Стараюсь настроиться на позитив, но выходит неважно. Только ещё больше загоняюсь.

Завтрак вкусный, но не в удовольствие, а потому что надо. Из кухни видна одиноко запечатанная коробка, она как напоминание о том, что пора заняться сборами. Дело невеселое, но необходимое. До часу дня вожусь со своим добром. Упаковываю зимние вещи, получается небольшая сумка. Потом перебираю всё, что осталось, и отбираю совсем заношенное на выброс. Со вздохом ставлю пакет у порога. Захвачу, когда пойду в офис.

Обед решаю пропустить. Аппетита нет.

Перебирая оставшиеся рисунки, с грустью понимаю, что придется распрощаться и с ними. Куда я это всё потащу? Где буду хранить?

«Лера, оставляем только самое необходимое».

В этот раз наставления срабатывают.

Мусора набралось на три огромных мешка. И откуда столько?

Тащила их через двор волоком, нести не хватило сил.

В офис почти бежала. Глупо, но надеялась увидеть там его. Чуда не случилось.

Прогуливаясь по пустому коридору со множеством дверей, задумчиво грызу кончик карандаша. Блокнот, который держу в руке, исчиркан вдоль и поперек, но я не расставалась с ним уже больше трех лет, потому что в нем заключена вся моя жизнь. Заметки, зарисовки, планы на будущее, идеи для дизайнов и еще тысяча пунктиков, о которых вспоминаю, когда перечитываю. Там на маленьком свободном клочке нарисован еще один мини-портрет Марка. Теперь этот старый бумажный друг для меня вовсе бесценный.

Правда, что любимое дело лечит от многих недугов. Буквально через час я забываю все свои печали и погружаюсь в дело с головой. Время летит. Вот и вечер. Нажимаю на компьютере «сохранить файл» и копирую всё, что создала, на флешку, прячу её в карман. По печальному опыту прошлых лет и неудач с работами, которые слетали вместе с программой, я взяла себе за привычку сохранять всё, над чем работаю, дополнительно. Сначала отправляю файл письмом на электронную почту, а после копирую его на карту памяти. Хорошая привычка, очень полезная.

Сделала всё, что планировала, но уходить совершенно не хочется.

Марк

Противный писк дверного звонка настойчиво пробивается сквозь сон. Хочется спрятаться от этого звука, но мой утренний гость очень настойчивый. Откинув одеяло, я окончательно просыпаюсь. Кто пожаловал в такую рань в воскресенье? Мало мне субботних передряг с поставщиками? А государственные органы! Они точно взбесились – зачастили со своими проверками. Словно кто-то отправил их именно по мою душу, дал наводку всем одновременно. Кто мог натравить их?

«Как же хочется выспаться. Черт!»

Двери открываю сразу, совершенно не переживая о внешнем виде. Как был в пижаме, так и вышел. Взъерошенный и заспанный.

– Доброе утро, сынок! – раздражающе бодрый голос отца режет по живому.

– Зачем пришёл? – бросаю я и демонстративно ухожу на кухню.

За моей спиной захлопывается дверь. Слышу шаги отца. Не ушёл. То, что он заявился не просто доброго утра пожелать, было и ежу понятно. Проблемы в бизнесе или еще что-то? Хотя какая разница. Я в любом случае не оправдавший надежд отпрыск, весь в мать. Разочарование, а не сын.

– Начинайте, Леонид Валериевич, я весь во внимании. – Наливаю стакан холодной воды из-под крана и осушаю его залпом.

– Хм… что ж так неприветливо? Я всё же твой единственный родственник.

– Печально, но факт.

– Да, плохо я тебя воспитал, – голос отца наливается сталью. С детства ненавидел этот его официальный отстраненный тон.

– Ты меня и не воспитывал, – напоминаю я как бы между прочим.

– И чаю не предложишь?

– Как видишь, пока не обзавелся кухонной утварью и продуктами.

– Так обживайся. Что мешает?

– Зачем? Меня всё устраивает. Для кого мне тут стараться?

– Об этом и речь. Не пора ли задуматься о будущем, о семье?

– Ты пришел говорить об Элис? Не можешь смириться с тем, что потерял партнера в лице её отца?

– Ты пойми, дело серьёзное. Девушка утверждает, что беременна от тебя. Ты знаешь, что я не оставлю это дело просто так.

– Она лжёт.

– Тогда тебе не о чем переживать. Тест ДНК всё расставит по местам.

– Только зря время потратишь.

– Я уже обо всем договорился. Собирайся. С этим нужно разобраться немедленно.

– В воскресенье… утром?!

– Да!

Дорога в клинику, в которой заведовал старинный друг отца, заняла почти час. Надо же, воскресенье, утро – и, как назло, пробки. С Элис встречаться сегодня мне хотелось меньше всего, но в этот раз я был полностью солидарен со своим родителем: надо разобраться в этой истории и поставить точку. На что надеялась девушка, мне было непонятно. По всем мыслимым и немыслимым законам природы она не могла быть от меня беременной. Это просто нереально. Неужели до такой степени запуталась в любовниках, что действительно верит в то, что сама же и придумала?

Как только мы поднялись на этаж и повернули к нужному кабинету, я увидел её. Жалкое зрелище. Заплаканная, несчастная жертва обстоятельств. Прямо сама невинность, покинутая единственным и неблагодарным мной! Я чуть не начал хохотать, но вовремя спохватился. Что актриса, что человек из неё отвратительные. Заглядывая мне в глаза, как побитая собака, она то и дело хлюпала носом, порываясь разрыдаться. Но строгий взгляд Леонида Валериевича пресекал истерику на корню. Надо же, а вот слезы-то у неё, на удивление, настоящие. Только явно не от обиды на меня. Всё это злость и бессилие. Она блефовала и понимала, что проигрывает.

Когда из процедурного кабинета вышел мужчина в белом халате, Элис заметно занервничала. С силой сжала маленькую сумочку в руках, да так, что побелели костяшки пальцев. Я усмехнулся. Ну и что дальше по сценарию?