(не) Счастливая я и миллионер

29

Прихожу в себя очень долго. Кажется, прошла ночь, по ощущениям – не одна. Голова тяжелая, немного мутит, и очень хочется пить. Открываю один глаз и тут же зажмуриваюсь. Свет настолько яркий, что слепит до слёз. Понимаю, что за окнами день. В комнате очень тихо, и это убаюкивает. Начинаю вновь проваливаться в сон, но жажда не позволяет отключиться окончательно. Со стоном переворачиваюсь на бок. Готова отдать за стакан воды всё своё имущество.

Тишину нарушают шаги. Слышу булькающий звук. Вторая попытка открыть глаза более удачная. Прикрываю лицо ладошкой и щурюсь.

– Наконец-то очнулась, спящая красавица.

Лекс. Что он тут делает? И вообще, где я?

Осматриваюсь. Больничная палата. Опускаю глаза на свой наряд и охаю. На мне странная одежда, похожая на ситцевую сорочку, и самое возмутительное, что это не моё.

– Не пугайся. Я сейчас всё объясню. Держи. – Лекс предлагает мне стакан с водой, растягивая губы в подобии улыбки.

Просто киваю и принимаю драгоценный дар, который, слава богу, достаётся бесплатно.

– Где я? – смочив горло, не могу удержаться от расспросов.

– Больница. Точнее, частная клиника.

– Как я тут оказалась? – Держу полупустой стакан в руке и пытаюсь привести мысли в голове в порядок.

– Я привёз. Ты сильно перенервничала, и тебе нужна была помощь. Я решил, что так будет правильнее.

Хмурюсь, силясь вспомнить, что же произошло. Мне снился страшный сон. Нет, это были не просто ужасные сновидения, а настоящий кошмар.

– Ты меня привёз? – Я трясу головой, но странное состояние полусна не оставляет. – А Марк?

Лекс смотрит на меня немного растерянно. Я отдаю ему недопитую воду и откидываюсь на подушку.

– Почему так тошнит?

– Тебе вкололи сильнодействующее успокоительное. Скорее всего, это последствия. Скоро пройдёт. Нужно поесть. Ты что-нибудь хочешь?

Я отрицательно качаю головой и прикрываю глаза.

– Хочу спать.

– Тогда не буду тебе мешать.

Он отходит от моей постели и устраивается на небольшом кожаном диванчике у противоположной стены.

Слежу за ним из-под полуопущенных век и хмурюсь. Странно. Почему он не уходит? В голове дурман. Начинаю прокручивать обрывки воспоминаний о моём сновидении, и неожиданно приходит понимание, что всё это было на самом деле. Сердце делает кульбит, и я подскакиваю на постели.

– Где Марк?! Лекс… – Меня начинает мелко трясти. Мужчина спешит ко мне и, приблизившись, прижимает к матрацу.

– Всё хорошо, не паникуй. Успокойся, дыши. – Я не реагирую, и он неожиданно резко встряхивает меня. – Валерия! – рявкает так громко, что я от страха замираю с выпученными глазами. – Если повторится срыв, медики опять накачают тебя антидепрессантами. И твоё пребывание здесь затянется.

Я тихо всхлипываю.

– Марк жив. Но ещё не приходил в себя. Состояние стабильное. Врачи говорят, его жизни ничего не угрожает. Нужно время, – продолжает он спокойным, уверенным тоном.

– Я могу его увидеть? – мой голос дрожит. Как ни странно, но крепкая хватка Лекса странным образом удерживает меня от желания разрыдаться.

– К нему никого не пускают. Леонид Валериевич, пока не убедится в том, что его сыну ничего не угрожает, не пропустит и мухи. Прости.

Я киваю и сглатываю так и не пролившиеся слезы.

– Кто это сделал? Зачем? – Смотрю прямо в глаза, это позволяет уловить смену эмоций. – Ты ведь знаешь? – В том, что он в курсе, я даже не сомневаюсь. Это читается по выражению его лица. К тому же я практически разгадала истинную сущность этого жесткого по характеру и очень умного человека. Он настоящий сын своего отца. Такая же энергетика исходит и от Леонида. Подавляющая сила. Аура властного и непреклонного мужчины. Это отталкивает и одновременно вызывает уважение. Моё первое впечатление оказалось неправильным. Лекс мастерски прятался за маской совершенно другого человека. Теперь смысла играть нет. Он смотрит на меня с сомнением – видимо, обдумывает, говорить правду или нет.

– Не хочется втягивать тебя в эту грязь. Но ты же не отстанешь, – фраза звучит больше как утверждение, чем как вопрос.

Я киваю.

– Марк часто совершал опрометчивые поступки, и ему всегда всё сходило с рук. Чаще улаживал конфликт самостоятельно, без шума, если не выходило – вмешивался я. Но в этот раз никто не ожидал такого поворота событий. Я признаюсь, что недооценил проблему и возможный масштаб последствий. – Лекс убирает свои руки от меня и присаживается рядом на стул. Только сейчас обращаю внимание на знакомый ноутбук, спокойненько лежащий на прикроватной тумбочке. – Я вернул твой пк. – Он усмехается и запускает руку в светлые волосы. Мужчина явно расстроен. Но, к сожалению, я не умею читать мысли. Смотрю на дорогую для меня вещь и сокрушенно вздыхаю.

– Не мой. Его дали мне на время, на замену моего старичка, который разбился. Зря таскался с ним. Верни в офис, пожалуйста. Если не трудно.

– Я думаю, что никто не будет против, если ты оставишь его себе. – Собеседник искренне улыбается и кивает в сторону двери. – Во время обыска я нашел в офисе твои вещи. Решил, что они понадобятся, и привез сюда. Те, что были на тебе, пришлось выбросить. Извини.

– Спасибо. Давно пора обновить гардероб. – Разглаживаю ткань сорочки на плечах. – Ты нашел Ивана? Марк успел сказать, что он скрылся во время проверки. А я так неосмотрительно отдала ему ноутбук. Неужели наш зам замешан в чем-то плохом? Он не похож на плохого парня.

– А я? Ты ведь невзлюбила меня с первой встречи.

– Было за что, – напоминаю я и слегка смущаюсь.

– Да, прости. Я повёл себя как… А впрочем, так я себя и веду обычно с малознакомыми мне людьми. В этом весь я. Кстати, на столе у Марка я нашёл твоё заявление на увольнение. Если необходимо, я подпишу, или…

Я опускаю глаза. Скорее всего, мне уже поздно куда-то спешить. Нужно обязательно позвонить Лене и всё объяснить.

– Расскажи мне, кто и за что хотел убить Марка? И почему Иван сбежал во время проверки?