(не) случайная для магов

Глава 8.5

Я устроилась в постели, подтянув одеяло к подбородку, и на мгновение позволила себе просто лежать, глядя в темноту. Каменные стены дышали ночной прохладой, за окном медленно скользил ветер, едва слышно касаясь ставней. Замок погружался в сон размеренно, словно живое существо.
Я закрыла глаза, рассчитывая, что усталость возьмёт своё. День оказался насыщенным: вода, огонь, воздух, прикосновение его магии, разговоры, в которых было больше смысла, чем произносилось вслух.
Однако тело не стремилось к покою. Где-то глубоко под рёбрами сохранялось лёгкое тепло, словно внутри продолжал тлеть маленький источник. Вода ощущалась прохладным фоном, огонь — остаточным жаром, воздух — тонкой вибрацией под кожей. Стихии не конфликтовали, но будто оставались связанными невидимой нитью.
Я перевернулась на спину, провела ладонью по груди, словно пытаясь физически почувствовать этот узел энергии.
— Это всего лишь усталость, — тихо сказала я в темноту. — Завтра проснусь обычным человеком.
Слова прозвучали убедительно, но внутреннее движение не утихало. Напротив, оно становилось яснее.
Под закрытыми веками появилось ощущение едва уловимого свечения. Я нахмурилась, решив, что это игра воображения, и открыла глаза. Комната была тёмной. Но ощущение не исчезло. Оно усилилось.
Свет вспыхнул изнутри. Резко, ослепительно, так, будто кто-то разорвал тонкую оболочку внутри груди. Я вскрикнула, садясь в постели, и в тот же миг из меня вырвался поток сияния, не имеющий ничего общего с огнём.
Он был белым, чистым и невыносимо ярким. Свет рванул вверх, заполняя комнату мгновенно, ударяясь в стены, отражаясь от камня, разливаясь по потолку. Я зажмурилась, но это не помогло. Сияние шло изнутри.
— Что это… — голос сорвался.
Пол под ногами начал мелко вибрировать. Камень отзывался на выброс так, словно по замку прокатилась волна.
Свет усиливался. Я почувствовала, как он прорывается дальше, сквозь стены, сквозь толщу камня. Из окон замка хлынуло белое сияние, разрывая ночную темноту, превращая башни в светящиеся силуэты. Двор, стены, даже дальние склоны гор на мгновение озарились холодным сиянием.
Я попыталась собрать его, вернуть внутрь, но поток лишь нарастал, становясь плотнее и ярче. Он не подчинялся.
В груди горело, словно все стихии одновременно соединились в одной точке и решили выйти наружу.
— Остановись… — прошептала я, но свет лишь усилился, разрастаясь волной.
Где-то далеко за стенами послышались крики и шаги. Замок просыпался, а я теряла контроль.
Мир превратился в белизну. Настолько яркую, что невозможно было различить очертания мебели, стен, даже собственных рук. Я видела только бесконечный, живой, пульсирующий свет.
И в этой ослепляющей пустоте я поняла, что одна не справлюсь.
Дверь распахнулась, но я этого не увидела, лишь ощутила движение воздуха.
Маркус вошёл в сияние. Для него мир исчез. Позже я пойму это по его словам, но тогда почувствовала только, что он не видит. Свет был настолько плотным, что превращал всё вокруг в бесформенное белое пространство.
Он двигался медленно, осторожно, вытянув руку вперёд, словно пробираясь сквозь густой туман. Камень под его ногами вибрировал, воздух дрожал.
— Дарья! — его голос прозвучал глухо, будто пробиваясь сквозь толщу света.
Я не могла ответить. Сияние усиливалось с каждым ударом сердца, тело становилось источником волны, которую невозможно было удержать.
Он двигался почти на ощупь, ориентируясь по памяти, по расположению комнаты, по расстоянию до кровати. Я чувствовала его приближение раньше, чем увидела силуэт.
Его пальцы коснулись моей руки, и в этот момент свет взорвался ещё сильнее. Я вскрикнула, ощущая, как поток проходит сквозь него, как если бы две силы столкнулись в одной точке.
Он не отступил. Вместо этого его тьма развернулась мгновенно, гораздо мощнее, чем днём. Она врезалась в свет, создавая границу, плотную, как каменная стена.
Я почувствовала его вторую руку у себя на талии, крепко удерживающую, не позволяющую упасть.
— Сосредоточьтесь на мне, — произнёс он прямо у моего уха, перекрывая вибрацию воздуха.
Я пыталась, но свет продолжал рваться наружу.
— Дышите со мной.
Его голос стал якорем. Я вцепилась в ткань его рубашки, чувствуя под пальцами тепло его тела, и сосредоточилась на этом ощущении. На дыхании, на пульсе, на тьме, окружающей меня плотным кольцом.
Сияние билось о его магию, как волна о скалу. Замок продолжал вибрировать. Окна сияли. Но постепенно, через сопротивление, свет начал сжиматься. Тьма Маркуса очерчивала границы, не давая энергии разрастаться дальше. Поток становился плотнее, пока не сузился до ослепительного ядра между нами. Я чувствовала, как наши силы переплетаются, соединённые в одном пространстве.
Наконец сияние погасло. Комната погрузилась в темноту и тишину, нарушаемую только нашим тяжёлым дыханием. Я осознала, что стою, прижатая к Маркусу, почти полностью удерживаемая его руками. Сердце колотилось, тело дрожало от перенапряжения.
Его ладони всё ещё оставались на моей спине и талии, удерживая, словно он боялся, что свет вернётся.
— Я… — голос звучал хрипло. — Я не могла остановить.
— Я знаю, — ответил он тихо.
Я только теперь заметила, что всё ещё держусь за его рубашку. Пальцы медленно разжались, но руки так и остались на его груди, словно мы оба не решались увеличить расстояние.
Сердце билось громко. Я подняла взгляд. В темноте его лицо было всего в нескольких сантиметрах от моего. Я чувствовала тепло его кожи, лёгкий терпкий запах древесины и горьких трав, прохладу магии, всё ещё окружавшей нас тонким остаточным слоем.
— Я не понимала, что происходит, — прошептала я. — Это просто… прорвалось.
— Свет формируется из соединения стихий, — произнёс он так же тихо.
— Моя магия решила осветить всю границу, — попыталась усмехнуться я, но голос дрогнул.
Его пальцы, будто инстинктивно, чуть крепче сомкнулись на моей талии, притягивая меня ближе.
— Вы испугались, — сказал он.
— Да.
В признании было меньше стыда, чем ожидалось. Рядом с ним страх не ощущался как слабость.
Он медленно провёл большим пальцем по моей спине, успокаивающим движением, и от этого простого прикосновения по коже разлилось тепло.
— Я бы не позволил вам разрушить замок, — произнёс он почти шёпотом.
— Я уже начинаю верить, что вы вообще ничего мне не позволите разрушить, — ответила я, стараясь вернуть лёгкость.
Его взгляд всего на мгновение скользнул к моим губам, но я заметила. Внизу живота снова вспыхнуло тепло, на этот раз совсем другого рода. Я почувствовала, как расстояние между нами сокращается ещё на долю сантиметра. Его дыхание касалось моего лица, и, если бы я сделала один маленький шаг вперёд, всё стало бы неизбежным.
Мир вокруг будто замер, оставляя только это напряжение. Я подняла подбородок. Он наклонился чуть ниже. Его губы остановились в нескольких миллиметрах от моих.
И в этот момент я вспомнила Зака. Его прямой взгляд, его попытки защитить меня, его уверенность в том, что я справлюсь. Мысль вспыхнула резко, почти болезненно, как холодная вода на разогретую кожу. Я задержала дыхание. Маркус тоже замер.
Он видел колебание. Его ладонь медленно скользнула выше, к моему плечу, а затем он осторожно отстранился, оставляя между нами безопасное расстояние.
— Вы истощены, — произнёс он ровно, возвращая голосу прежнюю сдержанность. — Свет усиливает эмоциональные импульсы.
Я знала, что это не вся правда. Но благодарно кивнула.
— Пожалуй мне лучше лечь спать, пока я снова не решила продемонстрировать потенциал.
В его глазах промелькнула тёплая тень.
— Завтра мы разберём это спокойнее.
Он убрал руки окончательно, и вместе с этим пространство между нами стало прохладнее.
— Отдыхайте, Дарья.
— Вы тоже, лорд Вюгар.
Он задержался ещё на секунду, словно проверяя насколько я стабильна, затем тихо вышел, закрыв за собой дверь. Я опустилась на кровать, ощущая, как кожа всё ещё хранит память его прикосновений. Света больше не было. Но внутри оставалось другое тепло более тихое, более личное, то, которое не возможно объяснить магией.