(не) случайная для магов

Глава 9.3

Я легла, повернувшись к стене, стараясь убедить себя, что усталость после дня тренировок должна подействовать быстрее любых мыслей. Камень приятно холодил сквозь ткань рубашки, мышцы отзывались тяжёлой, заслуженной усталостью, а тело настойчиво напоминало, что предел сегодня был достигнут.
Сон по всем законам логики обязан был прийти мгновенно. Однако вместо него пришли мысли, и, как водится, выбрали самый неподходящий момент для масштабных размышлений. Сначала в памяти всплыла тренировка, затем едва ощутимый отклик земли, потом свет, прорвавшийся ночью, горы за окном и Валкорн, о котором я знала слишком мало, чтобы чувствовать себя спокойно. Картина складывалась в цепочку, тянущуюся куда дальше гарнизонной комнаты.
Я тихо выдохнула, не открывая глаз.
— Прекрасно, — пробормотала я едва слышно. — Когда нормальные люди считают овец, я, видимо, предпочитаю анализировать баланс сил в регионе.
Кресло негромко скрипнуло, и почти сразу я уловила дыхание Маркуса — ровное, глубокое, абсолютно спокойное. Я замерла, прислушиваясь, и через несколько секунд убедилась, что он действительно спит, будто день с выбросами света и разговорами о войне не оставил в нём ни малейшего следа напряжения.
Я осторожно повернула голову в сторону кресла, различая в полумраке его силуэт.
— Конечно, — мысленно усмехнулась я. — Человек, живущий на границе возможного вторжения, засыпает мгновенно, стоит только закрыть глаза, а я не могу отключиться, пока не пересмотрю все варианты развития событий вплоть до конца света.
В этом было что-то несправедливое и одновременно восхитительное. Его способность отдыхать, когда есть возможность, казалась частью той же внутренней дисциплины, с которой он держал магию под контролем. Я поймала себя на лёгкой зависти и даже попыталась подстроиться под его ритм, замедлив дыхание и позволив плечам расслабиться.
Мысли ещё некоторое время продолжали кружиться, теряя чёткость и постепенно растворяясь в тумане усталости. Тело сдавалось раньше разума, и в какой-то момент я поняла, что границы комнаты, кресла и кровати становятся расплывчатыми.
— Если уж лорд Вюгар считает, что можно спать, — пробормотала я напоследок, — возможно, мысли о вселенной действительно могут подождать до утра.
На этой почти философской мысли сознание наконец уступило, и усталость мягко, но уверенно утащила меня в сон.
Я не сразу поняла, что именно меня разбудило. Это был звук, чуждый ночной тишине гарнизона — глухой, прерывистый, будто кто-то пытался вырваться из сна и не мог. За окном по-прежнему стояла густая темнота, до рассвета было далеко, и комната оставалась погружённой в неподвижный холодный покой.
Звук повторился. Я приподнялась на локте и всмотрелась в полумрак. Маркус метался в кресле. Движения были резкими, словно он пытался отбиться от невидимого противника. Его дыхание сбивалось, пальцы сжимались в кулак, на виске блестели капли пота.
Несколько секунд я просто смотрела, не сразу осознав, что вижу человека, который днём казался абсолютно неуязвимым.
— Маркус… — тихо позвала я.
Он не услышал. Лишь сильнее напрягся, будто уходя глубже в кошмар.
Я встала, подошла ближе, чувствуя, как каменный пол холодит ступни, и снова позвала его по имени, уже чуть увереннее. Ответа не последовало. Тогда я наклонилась и осторожно коснулась его лица, пытаясь разбудить.
Реакция была мгновенной. Его глаза распахнулись, но взгляд ещё не обрел ясности. Рука резко сомкнулась на моём запястье, удерживая так крепко, что я не успела даже вдохнуть. Во взгляде не было узнавания, только инстинкт, отточенный годами.
Я замерла.
— Это я, — тихо сказала я. — Всё в порядке.
Он смотрел на меня, и я видела, как к нему постепенно возвращается реальность, как его пальцы разжимают захват. Но руку он не отпустил. Наоборот, притянул ближе, будто убеждаясь, что я действительно здесь. Я не удержала равновесие и, потеряв опору, опустилась к нему на колени.
Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Его дыхание ещё оставалось тяжёлым после сна, моё сбившимся от неожиданности. Я чувствовала тепло его кожи, ощущала, как быстро бьётся его сердце, и понимала, что он всё ещё где-то на границе между кошмаром и явью. Растерянный взгляд остановился на моём лице. Ещё затуманенный сном, будто он пытался удержаться за единственную реальность перед собой.
Пальцы, всё ещё лежавшие на моём запястье, медленно разжались и скользнули к ладони. Большой палец медленно провёл по коже, внимательно, словно запоминая это прикосновение.
Он наклонился ближе. Движение вышло естественным, почти неизбежным. Так тянутся к теплу после долгого холода.
Его губы коснулись моих сначала осторожно, и в этом касании чувствовалась усталость, пережитое напряжение, живая потребность убедиться, что я рядом. В следующую секунду поцелуй стал настойчивее, теплее.
Я ощутила, как его ладонь легла мне на затылок, удерживая, направляя ближе. От этого прикосновения внизу живота прошла горячая волна. Его дыхание смешалось с моим, сбилось, стало тяжёлым, и тесное пространство между нами наполнилось этим теплом. Слишком настоящим, чтобы отстраниться. Он целовал меня так, словно возвращался издалека.
Внезапно тишину разорвал протяжный вой сирен. Резкий, металлический звук прокатился по гарнизону, ударился о каменные стены, заполнил комнату тревожным эхом. Сигнал повторялся настойчиво, безошибочно боевой.
Маркус отстранился сразу. Слишком резко для человека, который только что держал меня так близко. Его ладонь ещё на мгновение задержалась у моей щеки, потом он убрал руку и посмотрел мне в глаза — уже полностью собранный, ясный, словно между этими двумя состояниями пролегала чёткая граница.
Сирена взвыла снова. Дверь распахнулась без стука.
— Лорд Вюгар, там… — капитан шагнул внутрь и осёкся на полуслове.
Он застыл, мгновенно оценив расстояние между нами, моё положение, выражение лица Маркуса. На лице отразилось искреннее желание оказаться где угодно, только не здесь.
— Прошу прощения, — выдохнул он и рефлекторно развернулся, явно собираясь исчезнуть за дверью.
Но уже в следующую секунду остановился, взял себя в руки и снова повернулся. Служба всё-таки оказалась сильнее неловкости.
— Вторжение, — коротко доложил он. — Северный периметр. Зафиксирован прорыв. Дежурные маги уже на позиции.