(не) случайная для магов

Глава 10.2

Коридоры Академии казались непривычно пустыми. Свет настенных сфер был мягким, почти сонным, и только наши быстрые шаги нарушали предрассветную тишину. Зак шёл рядом, сосредоточенный и собранный, уже полностью проснувшийся.
— Ты уверена? — тихо спросил он, когда мы пересекли главный холл.
— Я видела это своими глазами, — ответила я. — Машины, антимагические резонаторы. Они шли на стену и гасили защитное поле.
Он сжал челюсть.
— Значит, барьер можно рассеять.
— Временно, — поправила я. — Но этого достаточно.
Башня преподавателей возвышалась над Академией, строгая и светлая в предрассветной дымке. Окна верхнего этажа уже начинали ловить первые бледные оттенки утра. Мы с Заком поднимались по винтовой лестнице молча, и только шаги отдавались глухим эхом.
Охраны здесь не было, по крайней мере видимой. Но я чувствовала магию, вплетённую в камень. Башня сама знала, кого впускать. Дверь в покои ректора распахнулась почти сразу, словно он уже ожидал нас.
Ноэль Альвари стоял на пороге полностью одетый, с безупречно застёгнутым воротником. Серебристые нити в его тёмных волосах делали выражение лица строже, но в глазах не было холодности, только сосредоточенность.
Он взглянул на Зака, затем на меня и в его взгляде мелькнуло удивление: что могло привести нас сюда в такой час?
— Зак? — произнёс он негромко, переводя взгляд. — Дарья?
Думала, что увижу ректора, которого только что подняли с кровати, но перед нами стоял ректор, уже собранный и готовый к новому дню, будто ранний подъём был для него естественным началом дня. Похоже, у Альвари действительно есть привычка встречать утро раньше остальных.
Удивление на его лице исчезло быстро, уступив место внимательной сосредоточенности.
— Рад видеть вас в целости, Дарья, — произнёс он спокойно. — После инцидента со старым корпусом Академия успела соскучиться по вашим… экспериментам.
В его голосе не было упрёка, лишь лёгкая ирония. Я невольно улыбнулась.
Ректор пригласил нас внутрь. Комнаты на верхнем этаже оказались тёплыми и светлыми, несмотря на каменные стены. В камине ещё тлели угли, на столе стоял чайник, из которого поднимался лёгкий пар, и аккуратно разложенные тарелки с утренними угощениями говорили о том, что день здесь начинался размеренно и по привычному порядку. Он жестом пригласил нас присесть.
— Что привело вас в столь ранний час? — спросил он спокойно. — Полагаю, разговор будет серьёзным, раз вы явились на рассвете.
Я только сейчас заметила, как дрожат пальцы, и машинально взяла чашку, чтобы занять руки. От неё исходило приятное тепло, и этот простой жест неожиданно помог выровнять дыхание.
— На границе, недалеко от замка Вюгаров, произошёл прорыв, — сказала я прямо. — Валкорн вывел антимагические машины. Они гасили поле и купол дал трещину.
В комнате стало тише. Ректор не перебивал, только его взгляд стал внимательнее.
— Вы видели это лично? — уточнил он.
— Да. Я была там.
Зак коротко добавил:
— Она вернулась порталом.
Ноэль медленно выпрямился. Привычная мягкость на его лице исчезла, уступив место собранности.
— Повторите, — произнёс он тихо. — Они гасили поле?
Я кивнула и подробно описала кристаллы, резонаторы, вращающиеся сегменты механизмов.
Он слушал, сцепив пальцы, и по мере моего рассказа выражение его лица становилось жёстче.
— Значит, они перешли к открытому нападению, — сказал он наконец. — И если контур ослабнет…
— Следующим логичным шагом станет Академия, — закончил Зак.
— Угощайтесь, — сказал он ровно. — И расскажите всё без спешки. Любая деталь может оказаться важной.
Я вдруг поняла, насколько голодна. Видимо, организм решил, что раз уж речь идёт о возможной войне, стоит заранее запастись ресурсами.
— Простите, — пробормотала я, потянувшись к булочке. — В стрессовых ситуациях я становлюсь удивительно практичной.
Судя по всему, стресс действительно активировал во мне древний механизм выживания, потому что стоило на столе появиться тёплым булочкам и нарезанному сыру, как я почувствовала почти благодарность.
Зак бросил на меня короткий взгляд, в котором мелькнула тень улыбки, несмотря на серьёзность момента.
Ректор кивнул.
— В стрессовых ситуациях организм требует ресурсов, — произнёс он. — Это разумно.
И пока я рассказывала о гарнизоне, о машинах и о трещине в куполе, я действительно быстро и с аппетитом ела. Только когда я закончила рассказ, ректор поднялся.
— Усилить внешний контур, — произнёс он, активируя кристалл связи. — Подготовить жилые корпуса к приёму людей. Лечебное крыло привести в полную готовность. Старшему составу сбор через час. Свет кристалла вспыхнул, передавая распоряжения.
— Академия — один из магических центров государства, — он снова повернулся к нам. — В случае масштабного конфликта именно такие места становятся опорными точками.
Я замерла с куском булочки в руке.
— Опорными?
— Щит Академии один из самых мощных в регионе, — пояснил он. — Если начнутся полноценные боевые действия, сюда будут направлять семьи магов, беженцев из приграничных поселений, раненых.
Я медленно прожевала, осознавая масштаб.
— То есть студентов, которых забрали домой из-за исчезновений… — начала я.
— Вернут, — спокойно подтвердил ректор. — И не одних. Многие семьи предпочтут находиться под защитой Академии.
В комнате стало тише. Зак провёл рукой по волосам.
— Значит, мы фактически готовимся к осаде.
— Мы готовимся к приёму людей, — мягко поправил его отец.
Когда разговор был закончен мы вышли из башни уже в совершенно другой Академии.
Свет стал ярче, внизу начиналось движение: преподаватели спешили к залам, дежурные маги проверяли защиту, в воздухе чувствовалась собранность.
Мы спускались по винтовой лестнице молча. Каменная площадка между пролётами была пуста. Зак остановился. Свет из узкого окна падал сбоку, выхватывая резкие линии его лица.
— Ты была с ним, — сказал он негромко.
Я не стала делать вид, что не понимаю.
— Да.
Зак провёл рукой по волосам, взгляд на секунду ушёл в сторону, затем вернулся ко мне.
— Он забрал тебя после пожара. Ты исчезла. Никто не знал, где ты. Отец одобрил это решение, — он усмехнулся безрадостно. — Я нет.
Я выдержала его взгляд.
— Он тренировал меня. Моя магия вышла из-под контроля.
— И поэтому ты оказалась с ним на границе во время вторжения?
В голосе прозвучало почти обвинение.
— Я оказалась там, потому что моя магия больше не была безопасной для меня и Академии, — ответила я спокойно. — Это не было прогулкой.
Он сделал шаг ближе.
— Ты хоть понимаешь, что он рисковал тобой?
— Он спас меня.
Слова вырвались быстрее, чем я планировала.
Зак замер. Между нами повисла тишина.
— Он отправил тебя сюда, — произнёс он, уже тише. — А сам остался.
— Да.
В этом «да» было больше, чем просто подтверждение.
Зак смотрел на меня внимательно, будто впервые пытаясь понять меня.
— Ты волнуешься за него, — сказал он.
Это снова не был вопрос. Я медленно выдохнула.
— Я волнуюсь за гарнизон, за границу, за Академию.
Он кивнул, но взгляд стал жёстче.
— И за него.
Я не ответила сразу.
Потому что отрицать было бы ложью, а признавать слишком рано.
Зак отвёл взгляд к окну, за которым начинался день.
— Я не хочу быть тем, кто стоит в стороне, пока ты втягиваешься в его войну, — произнёс он наконец. — Но, если дело действительно в Валкорне, это уже не только его война.
— Это касается всех нас, — сказала я.
Он посмотрел на меня снова.
— Тогда мы будем готовиться вместе.
В этих словах звучала решимость и потребность не уступать.
Я почувствовала, как внутри возникает странное, почти болезненное осознание: это уже не просто два разных мужчины. Это два разных пути.
Зак глубоко вдохнул.
— Пойдём. Нужно подготовиться. Если отец прав, к вечеру здесь станет тесно.
Он двинулся вперёд, и я пошла рядом, чувствуя, что между нами появилась тонкая, едва заметная трещина.