Не совсем любовь

Ссора. Работа. Враг.

— Девушка, у вас всё хорошо?

Если не говорить о том, что в данный момент Саша одиноко стояла под диким снегопадом ночью в деревне в ожидании такси, что должно было вот-вот приехать, то... Всё хорошо. По крайней мере, так она ответила забеспокоившемуся мужичку, который проходил мимо.

Хоть кто-то поинтересовался её состоянием.

Такси таки подъехало, Саша плюхнулась на сидение и смотрела весь путь на огромные белые поля.

Девушка была так опустошена: жизнь - не лёгкая штука, но последние события совсем выбили из колеи. Делать совершенно ничего не хотелось. Собственно, жить тоже.

Саша и её передруг-недопарень Алекс, с которым не должно было иметься никаких дел, дела таки имелись. И не только они. Однако “противоположности притягиваются” тут совсем не к месту, ведь начиная от имён, заканчивая отвратительными характерами, они по-обыкновению одинаково друг-друга бесили и вовсе не притягивались. Не считая половой жизни. В целом, это единственное, где они могли притянуться, и то, лишь спустя десятки ссор и криков.

Перепалка в деревне стала последней каплей для Саши, которой и так надоело не получать ничего хорошего в ответ, кроме секса, который она и так может получить, ведь вниманием от других парней не была обделена.

Просто Алекс для неё был... Каким-то особенным. Хотя по сути мудак-мудаком. Но для неё почему-то особенный. Может потому что она не хотела завязывать общение ещё с кем-то и уж слишком привязывалась. Да и он был единственным человеком, к кому она могла приехать после скандала с дедушкой - единственным родственником, который ещё остался в живых. Родители погибли в аварии, бабушку она почти не помнит. Только дедушка оставался ухаживать за ней, но в силу возраста и возможностей, не мог дать ей того, чего нужно - мало внимания и понимания.

Хоть Саша и уехала к Алексу из города в деревню с мыслями, что она что-нибудь придумает, ничего она, конечно же, не придумала. Делать в деревне было нечего, жить в чужом доме она не собиралась. Да и вообще деревня не то место, куда ты приезжаешь после ссоры с родственниками, чтобы начать новую жизнь. Если только ты не бабка с оравой кошек и мелкой собачкой в качестве мини-охранника, жизнь в городе тебе надоела, а силы только на грядки с картошкой остались, да на дневной храп в кресло-качалке.

Саша тяжело осознала, что психовала она зря и что теперь, хоть и стыдно ехать обратно к дедушке, ей хотелось искренне извиниться перед ним. Да и в городе она как-никак, всё равно найдёт себе дело.

По профессии ей работать не хотелось. Эколог, хоть и звучит громко, на деле лишь пустое слово. Родители оплатили учёбу на годы вперёд, но после их смерти стало так тяжело на душе, что доучивалась Саша лишь из-за того, чтоб деньги просто так не пропали.

Хотя всё равно так и получилось.

Таксист уточнил адрес дома и Саша дёрнулась от неожиданности. Слишком глубоко она ушла в свои мысли, что не заметила, как уже добралась до дома.

— Вон та двухэтажка на углу... Спасибо!

Открывать дверь было неловко. Ей всё ещё стыдно за то, как она накричала на дедушку. И с чего она вообще взяла, что у Алекса ей будет лучше? Хотела показаться сильной и независимой, а на деле просто зря прокаталась на такси.

Проворачивая ключ, Саша выдохнула и открыла чуть скрипевшую дверь и прошла во двор частного дома.

Поздно ночью дедушка любил сидеть на кухне и читать книги, поэтому сейчас оттуда горел тёплый свет. Саша открыла первую дверь, после которой можно было попасть либо в подвал, спустившись слева, либо в дом, поднявшись справа по узкой лестнице. Последнее для Саши раньше казалось чем-то страшным. Она боялась, что от страха споткнётся и её тело глухо прокатится по кафелю, напоминая рассыпавшуюся картошку, и попадёт прямиком в глубинную тьму подвала, где дверь, как в любом ужастике, захлопнется и девочку съест бабайка.

Но, за несколько лет хождения и бега из улицы в дом и обратно, девушка набралась опыта и теперь ни в какие ужасы она уж точно не верила, тем более, что подвал ассоциировался лишь с усталостью. А ещё кучей банок варенья и компотов, срок годности которых надо бы проверить...

— Сашенька, это ты? — дедушка услышал, как входная дверь отворилась.

— Это я...

Дедушка отложил книгу, снял очки и встал, чтобы встретить внучку. Его слегка лохматые тёмные кудряшки осветил коридорный свет, из-за чего виднелись поседевшие пряди. Клетчатая рубашка была заправлена в резинку чёрных растянутых брюк, а на ногах красовались тканевые тапки под цвет рубашки. Дедушка взял из ящика другие тапочки и дал их Саше, пока она разувалась и снимала пальто.

— Вся красная, губы синие, волосы мокрые, почему без шапки? Ладно шарф нормально надеваешь, хоть уши не замёрзли... Давай иди мойся, я чайник поставлю.

— Дедушка, — всхлипнула Саша, когда услышала отчитывающий, но заботливый голос, — Прости меня, пожалуйста. Мне очень-очень стыдно за то, что я тебе наговорила...

— Да ну что же ты... Яж не обижаюсь, всё хорошо, ну не плачь, — он обнял Сашу и похлопал по спине, как делал всегда, когда она плакала, даже когда выросла. — А что там этот твой Александр? Опять поссорились?

— На этот раз окончательно, — снова всхлипнула девушка, но уже тише. Всё же, она начала успокаиваться. Хоть она и говорила каждый раз, что эта ссора точно последняя, Алекс всё равно получал от неё спустя время жалобное смс и всё начиналось заново. Только теперь Саша была чересчур уверена, что этот раз был точно последний и никакие смс она ему больше не напишет. Только если притворится мошенником и выманит пару соток на конфеты для деда.

— Ну и пошёл он куда подальше. Нервов то сколько себе из-за него тратишь, а толку? Найдёшь себе мужика нормального, сам за тобой бегать будет. Не сдался тебе этот поганец...

— Дедушка! — Саша рассмеялась и совсем перестала плакать. — Я тебя поняла.

— Поняла она...

Когда дедушка заковылял на кухню, чтобы поставить чайник, Саша зашла в ванную комнату, и, решив обойтись горячим душем, довольно быстро привела себя в порядок к чаепитию. Сидела девушка за прямоугольным столиком в пижаме, состоявшей из старых поношенных шорт и дырявой в некоторых местах футболки, и небрежном пучке, в который любила убирать длинные тёмные кудряшки, доставшиеся ей точно от деда, ведь у остальных родственников волосы были прямые.