Не спасайте, девоньки, сомнительных мужчин (2/3)

Глава 7

От неловкости, я не могла даже вздохнуть. Лишь нервно перебирала собственные пальцы, бегая глазами по стенам так, словно впервые их вижу.

Ничего не задевало меня так сильно, как рисование. Я могу говорить на любые, даже самые откровенные темы, открыто флиртовать, отстаивать свои интересы и выдерживать ужасно обидные оскорбления, и при этом ни капли неуверенности во мне не появляется. Но рисунки были чем-то… прямо из души. Чем-то, что не завуалируешь или скроешь словами, как например можно скрыть любое из чувств. Они — отображение самых сокровенных мыслей и желаний. И одно из таких откровений сейчас лежало на полу, вывернутое наизнанку, так сказать. А виновник всего моего внутреннего раздрая внимательно рассматривал свою же моську.

Я удивленно ахнула, когда тело на моих коленях вдруг странно задвигалось, словно все мышцы и кожа заходили волнами. Казалось, в медведе забушевало море, и это одновременно ужасало и восхищало. Не было никакого отвратительного хруста и жутких извиваний — просто пара секунд, и шерсть вместе с когтями будто растворилась в самом теле, а большая белая морда сдулась, как воздушный шарик. Мои ладони вдруг соприкоснулись с гладкой горячей кожей, и меня накрыла ещё одна сумасшедшая волна неловкости, когда я поняла, что мужчина абсолютно голый и, к тому же, почти на мне сидит.

Пылающий дикий взгляд Коди впился в меня с такой силой, что дыхание застряло где-то в горле, добивая меня подскочившим и заметавшимся сердцем.

Да после таких сенсаций можно инфаркт получить! Или астматиком стать! Ух, доведет меня зверюга!
Блондин дышал подозрительно тяжело и жарко, и чисто инстинктивно я почувствовала приближение мощного взрыва. А потому решила, что это очень подходящее время, чтобы поговорить.

– Так значит ты… оборотень? – тяжело сглатывая и стараясь не смотреть на его тело, спросила я.

От бушующих эмоций и температуры в помещении, мне стало ужасно жарко. Никакой медведь на меня больше не наваливался, и мне всё-таки удалось, наконец, стащить свою бежевую шубку.

Продолжая буравить меня тяжелым взглядом, мужчина молча кивнул.

– И твоё поселение… они тоже медведи?

Он снова кивнул, но, видимо замечая мой настрой на длинный и серьезный разговор, тяжело вздохнул и перестал нависать надо мной грозовой тучкой.

– Вы что-то типа… стаи? Как волки? – продолжала я засыпать его вопросами.

Стало просто до жути любопытно, и уже было абсолютно всё равно — человек передо мной или нет. Главное, что сейчас будет интересно, а с кем — подумаем уже потом. Моя истерика пока ещё в режиме перезагрузки, потому следует хорошенько воспользоваться временным спокойствием своего разума и восполнить всевозможные пробелы.

Стала вспоминать все просмотренные фильмы про оборотней и копить вопросы. А по мере того, как мои глаза загорались сумасшедшим блеском, Коди выглядел всё более унылым и печальным. Кто-то явно не любил болтать.

Что ж, ему повезло! Потому что я очень люблю!

– Стаями живут волки, а мы живём семьями. Иногда объединяемся в группы, если семья очень маленькая и слабая, или если несколько семей слишком дружны.

Мужчина с тяжелым вздохом сел прямо напротив меня и скрестил ноги. Мои глаза едва не лопнули от того, в какой откровенной позе он теперь сидел и как замечательно было видно… всё замечательное.
Видимо, машинная терапия своё дело сделала, потому, замечая мою реакцию, блондин быстро исправил положение и прикрылся моей шубкой. Было очевидно, что ему непривычном скрывать свою наготу, и это натолкнуло меня на очень важную мысль.

Должно быть, они там часто светят нагими задами… Все они. И женщины… И вот этот вот (не будем показывать пальцами, некрасиво) тоже ходит среди них голый. Голый среди голых женщин медведиц. Медведиц, чьей силой он так восхищается и не постеснялся меня ткнуть в этот факт носом.

Как, однако, забавно! Всего пара мыслей, и девушка готова! Готова подвесить за ноги и снять скальп! И неважно, что он не мой мужчина! А вот сердечко с этим не очень-то согласно!

Когда я недобро взглянула на него исподлобья, случайно скосив очень красноречивый взгляд на самое интересное, Коди напрягся. А я, не в силах остановиться, представляла, как Коди младший приветливо «машет» всем чертовым медведицам в его семье-поселении. Он даже неловко заерзал, ещё сильнее запихивая мою шубку себе между ног. Видимо, уж больно кровожадным выглядело мое выражение.

Я никак не могла вылезти из фантазий о том, как массово разделываю медведиц на вот такие вот замечательные пушистые шубки, а потому блондин всё же решил продолжить.

– С семьей Адриана мы объединились из-за теплых отношений между нашими предками. Поэтому он и все его родные для меня тоже братья. Есть ещё несколько семей, которые к нам присоединились, но мне нет смысла тебе что-то о них рассказывать, пока я вас не познакомлю.

Ага, ну понятно, у них там действует чисто человеческий метод братания — однажды парочка друзей вместе загуляли, им понравилось, они решили быть друзьями на веки вечные и всунули в эту секту ещё и своих детей с их мамами и мамами их мам. Одна семья хорошо, а несколько — лучше! Больше подарков детям на дни рождения.

Секундочку…

– Что значит «пока ты нас не познакомишь»? – подозрительно сощурив глаза, спросила я и сложила руки на груди, в которой стал образовываться крупный и яркий комок нехорошего предчувствия.

Коди напрягся ещё сильнее, выглядя теперь мрачнее тучи. Он опасливо смотрел на меня исподлобья, и хотя было очевидно, что говорить ему сейчас не хотелось от слова «совсем», он всё же продолжил.

– Мне… нужно будет, чтобы ты поехала со мной… ко мне, – запинаясь, он пытался подобрать правильные слова.

– Зачем? – перебивая, спросила я и пытливо склонила голову.

– Потому что ты моя.

То, с какой очевидностью он это произнес, небрежно пожимая плечами, вынудило мою челюсть встретиться с полом.

Его что? Еда? Игрушка? Что? Это очень растяжимое понятие, мистер-медведь!