Не стой на ветру

7.1

– Соня, что случилось? Расскажи мне все, – требовательно просит Алена, когда мы заходим домой.

Увиливать от допроса с пристрастием не имеет смысла. Она видела меня в полном раздрае, выходящую из леса, и знает, что я была там с Русланом.

– Дай мне время на душ. Потом я все расскажу, – говорю я и, хватая свою любимую пижаму с котятами, иду в ванную комнату.

Только там, закрывшись от глаз лучшей подруги, я могу позволить своим эмоциям вырваться наружу. Я смотрю в зеркало, в котором отражается испуганная девушка, впервые не знающая, чего ожидать от жизни. Потому что она попалась в сети того, кто так ловко обескураживает и манит к себе. Держаться подальше от Руслана? Ха! Да я даже после того, как подумала об этом там, в лесу, не смогла этого сделать, не смотря на всю обиду и злость.

Включаю воду и опускаюсь на прохладную плитку. Хочется и плакать, и смеяться одновременно. Касаюсь губ тыльной стороной руки и закрываю глаза.

– Что значит плохие новости? – переспрашиваю я, шагая за Русланом.

– В этом мире нет ничего постоянного. В любой момент он может удивить тебя.

Я лишь хмыкаю и чувствую, как по щекам бегут слезы. Я смахиваю их ладонью, но это не помогает. События этого вечера накатывают на меня огромной лавиной, от которой не скрыться.

– Ты что, плачешь? – спрашивает Руслан, когда мы были на краю леса.

– Нет, – упрямо заявляю я, хотя мой тон говорит об обратном.

Руслан останавливается и поворачивается ко мне. Я не могу разглядеть выражение его лица, но кто-то внезапно включает фары стоящей недалеко машины. Тусклый свет прорезает темноту. Мое лицо непонятным образом оказывается близко к лицу Руслана.

– Я не понимаю, зачем пошла за тобой, – зачем-то говорю я тихим голосом.

– Могу объяснить тебе, если ты этого не понимаешь, – произносит Руслан немного нервно. – Тебе скучно. Тебе очень скучно живется своей обычной, ничем не примечательной жизнью. Ты захотела разнообразия. Хотела побывать во тьме и увидеть, а может и познать то, что раньше было для тебя закрыто.

– Нет, это не так, – не соглашаюсь я, но и сама слышу неуверенность в своем голосе.

– Ты так думаешь?

Руслан не дает мне договорить, подталкивая к ближайшему дереву. Твердая кора чувствуется через тонкую футболку, но я словно зачарованная не думаю о неудобствах. Пальцы Руслана пробегают по моим волосам и останавливаются на моей щеке, очерчивая ее контур. Он задает едва различимый вопрос:

– Что ты видишь в этой темной ночи?

– Тебя, – неожиданно для самой себя шепчу я, ощущая как гулко стучит мое сердце.

А дальше происходит то, чего я не могла даже предположить до этого. Руслан улыбается мне, многообещающе и одновременно растерянно, словно ожидал другого ответа, а потом наклоняется ко мне и целует. Его губы тверды и напористы. Он управляет сейчас всем: мной, временем, которое словно бы останавливается в этом моменте, тьмой, которая вновь становится непроглядной.

– Ты этого хотела? – шепчет Руслан, обдавая горячим дыханием мою шею, а его рука скользит по моей ноге.

Я молчу. Лишь дышу прерывисто и учащенно.

– Хотела этого? – нетерпеливо повторяет он свой вопрос.

Его рука касается подола юбки и останавливается на этой границе.

– Я не… знаю.

– Соня, если ты ничего не знаешь, то не приезжай сюда больше. И помни: с тьмой не играют. Ею живут.

С этими словами Руслан подталкивает меня к выходу из леса, а сам скрывается в ночи.

Я выхожу из ванной комнаты в надежде, что Алена спит. Но она терпеливо ждет меня, поедая огромный бутерброд, сделанный из четверти батона.

– Хочешь? – спрашивает она с набитым ртом.

– Нет.

Разве до еды, когда только что вспоминала о поцелуе, который вообще не должен был состояться. Сердце вновь начинает биться быстрее, когда я мысленно возвращаюсь в этот момент. Даже ноги немного подкашиваются, и это жутко раздражает.

– Тогда садись и рассказывай! – почти что приказывает мне Алена, кивая в сторону свободного стула.

Я сажусь и понимаю, что не могу сказать правду даже подруге. Чего уж, я бы и от себя с удовольствием скрыла то, что произошло на самом деле. Я дала себя поцеловать! При этом выглядела полнейшей идиоткой, которая ведется на предложение пойти посмотреть залив. А если бы Руслан оказался из тех парней, кому все равно, есть ли мне восемнадцать? Если бы все окончилось не столь радостно? Стоп! Собственно, ничем радостным и не закончилось. Я вспоминаю твердые губы Руслана, его пальцы, касающиеся моей щеки, и мотаю головой, чтобы стереть это из памяти. Окончательно решаю не говорить Алене правду.

– Да мне нечего…

– Правда что ли? – прерывает меня Алена, даже оставив на минуту свой бутерброд. – Я не стала расспрашивать тебя в машине при Ярославе, пока он вез нас домой, но сейчас ты мне все расскажешь. Что ты делала с Русланом в лесу?