Не стой на ветру

14

Утро врывается в мое окно вместе с солнечными лучами через не до конца задернутые шторы. Я все еще не могу сбросить с себя оковы сна, поэтому инстинктивно утыкаюсь лицом в подушку, чтобы оттянуть пробуждение. Чувствую, что не выспалась, и с удовольствием бы еще полежала в кровати, но на кухне кто-то сильно шумит, звеня посудой.

– Алена, ты можешь потише? – ворчу я, ощущая, как невидимые молоточки несильно, но все же постукивают в моей голове.

– Я не Алена и потише не умею, – раздается мужской голос, отчего я в буквальном смысле подскакиваю в кровати.

В одно мгновение все встает на свои места, а события вчерашней ночи калейдоскопом проносятся перед глазами. Я спала вместе с Русланом! Нет, в смысле ничем таким мы не занимались, но отчего-то после долгой ночной прогулки по городу, под утро мне пришла в голову совершенно безумная идея пригласить Руслана к себе домой, тем более ключи от моей квартиры были все еще в его кармане. Разумеется, это было после того, как я позлилась на него за вранье про коктейли, которые, как сказал Руслан, помогли мне обрести настоящую себя. Эта мысль звучала не так по-простецки, но сейчас я вряд ли смогу выразиться иначе. Молоточки, стучащие в голове, не дадут соврать. Да и точно ли “настоящая я” могла пригласить парня на ночь к себе? Сомневаюсь. Я вспоминаю жуткий шепот, который прервал наш вчерашний поцелуй на крыше, и тут же стараюсь забыть этот эпизод. Отныне не буду пробовать ни одного коктейля в клубах!

– Я приготовил фруктово-ягодный чай и вафли, – говорит Руслан, уже стоя на пороге моей комнаты.

На его губах легкомысленная улыбка, а в глазах пляшут огоньки. Я инстинктивно натягиваю одеяло до шеи, хотя точно помню, что на мне предусмотрительно надет спортивный костюм, а не привычная пижама с шортами.

– Когда ты все успел?

– Я мало сплю, – пожимает плечами Руслан и поторапливает меня. – Вставай, а то завтрак остынет. Вернее, по времени это уже обед.

Все же странно, что он такой бодрый, когда мы поспали-то всего ничего. Я поднимаюсь с кровати и ухожу в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Корю себя за такую глупую идею пригласить Руслана к себе. Тогда, когда я это делала, это было забавно, а сейчас очарование ночной прогулки рассеялось, и во мне проснулся здравый смысл. И самое главное, именно сейчас я осознала, что нахожусь наедине с Русланом не на улицах Петербурга и не в шумном клубе, а в небольшой квартире.

Я прохожу на кухню, попутно отмечая про себя, что Руслан, похоже, вообще не спал. На диване в гостиной так и лежит нетронутым сложенное постельное белье, которое я туда положила. Руслан сидит с чашкой чая в одной руке, а в другой держит мой последний набросок рисунка, сделанный у набережной еще в конце августа. Я обещала себе доделать его, но прошел уже месяц, а он все еще не превратился во что-то более цельное.

– Эй! Я вообще-то не давала разрешения на это, – твердо говорю я, замечая, что на стуле рядом находится папка с моими рисунками за последние несколько лет.

– У тебя хорошая техника, но… – начинает Руслан и замолкает под моим пристальным взглядом.

Мне очень важно, что он скажет о моем творчестве. Я буквально прирастаю ногами к полу и перестаю дышать в ожидании продолжения.

– Но ты совершенно не знаешь, как придать своим рисункам индивидуальность. Все это уже было когда-то. – Руслан быстро перебирает мои рисунки, так и не находя тот, который он мог бы рассмотреть более внимательно. – И игра света на воде, и ваза с тюльпанами на столе, и целующаяся парочка… Это навевает тоску, потому что так рисуют очень многие, – произносит он и вдруг в его взгляде появляется заинтересованность.

Я, готовая обидеться на совсем не лестную критику моих рисунков, тоже напряженно вглядываюсь в то, что Руслан держит в руке. Это одна из самых старых работ, которую я нарисовала лет в пятнадцать. На ней изображены мыльные пузыри в лучах солнца, а в них прорисованы важные воспоминания из детства. Я и сама, глядя на этот рисунок, как будто оказываюсь в тех самых моментах: обнимаю котенка, подаренного мне родителями после нескольких лет выпрашивания; мчусь на велосипеде, не держа руль, потому что научилась контролировать скорость; впервые вижу бескрайнее бирюзовое море и чаек, парящих над волнами.

– А здесь хромает техника, но есть индивидуальность. Я вижу тебя, – с теплой улыбкой говорит Руслан.

– Не поверишь, но примерно то же самое мне говорил один знакомый, – вдруг произношу я, хотя и не думала вспоминать о друге по переписке, который пропал через пару лет так же внезапно, как и появился.

– А что он говорит сейчас?

– Ничего. Мы давно уже не общаемся, – отвечаю я и вздыхаю.

Мне кажется, Руслан хочет добавить что-то еще, но сдерживается и кивком показывает мне сесть рядом с ним. Как будто это его квартира!

– Я не просила судить о моих рисунках, – ворчу я, хватая теплую вафлю и щедро поливая ее шоколадным сиропом.

– Ты бы могла рисовать намного лучше, если бы знала жизнь, – продолжает Руслан, словно не замечая моего недовольства.

– И что же мне для этого нужно сделать?

– Завтракать быстрее.

– Зачем?

– Буду показывать тебе жизнь.

– А в чем заключается… – начинаю я и под насмешливым взглядом Руслана тут же замолкаю.