Не стой на ветру

16.2

Вначале мы паркуемся недалеко от центра, и я намеренно веду Руслана к атлантам у Нового Эрмитажа, чтобы прикоснуться к большому пальцу ноги одного из них. Я делаю это первой и загадываю быть счастливой непременно рядом с Русланом, мысленно отправляя этот запрос в небо, которое держат атланты. Оно, кажется, хмурится и не слишком довольно выбором моего желания, но это первое, что пришло мне в голову. Руслан нехотя подходит к атланту, чтобы тоже взяться за его палец.

– Неужели настолько все плохо? – спрашиваю я его, стараясь скрыть улыбку.

– Ты даже не представляешь, на сколько, – шутливым тоном отвечает Руслан и на несколько секунд прикрывает глаза. – Все, я загадал. Можем двигаться дальше.

– А что ты загадал?

– Чтобы ты в меня влюбилась.

– Так ведь не сбудется, – замечаю я. – Произносить свои желания вслух нельзя.

– Ну и хорошо, – пожимает плечами Руслан и тут же меняет тему: – Куда дальше?

– Почему хорошо? Ты не хочешь, чтобы я влюбилась в тебя?

Не могу оставить этот вопрос без ответа. Вспоминаю, как Руслан назвал меня своей подругой при маме, вел себя не слишком адекватно и эгоистично, и чувствую, как внутри опять становится нестерпимо холодно.

– А что? Ты уже влюбилась?

Как же бесит это его поведение и привычка отвечать вопросом на вопрос! Но я тоже так умею!

– А ты?

– Я – да. Влюблен в тебя по уши, – быстро отвечает Руслан и, не дав мне прочувствовать эти слова, ведет за собой.

Атланты остаются где-то далеко. Все это время, пока мы шли непонятно куда, мое сердце отбивало странный, ни на что не похожий ритм, а в ушах раз за разом повторялись только что произнесенные Русланом слова. Он влюблен в меня! Не может быть! Так быстро, так внезапно… Мы же только начали встречаться... Мне нельзя верить этому признанию, но отчего-то внутри меня расправляет крылья надежда в правдивости этих слов. И все же… А если это ложь? Если это все уловки, привычные для молодых людей, которые собираются добиться от девушки чего-то большего?

Мы плутаем по улицам Петербурга, лавируя между толпами туристов, уходя все дальше от центра города. Я не чувствую ни холода, ни ветра. Мне кажется, что мы не идем, а летим, подобно грифонам на Банковском мосту. Вспоминаю легенду про то, как одному алхимику хотелось найти способ превратить ртуть в золото, но вместо этого он открыл формулу счастья. А вдруг эта формула открылась и мне? Рецепт прост… Нужно всего лишь услышать от человека, который тебе нравится, что он влюблен в тебя. Может, и я тоже уже люблю Руслана? Может, все, что у нас происходит, всерьез и навсегда?

– Руслан, – обращаюсь я к нему, когда мы остановились на перекрестке. – Вроде бы я сегодня показываю тебе город.

– Да, но ты не поверила в то, что я влюблен в тебя, поэтому правила игры меняются.

– А мы во что-то играем?

– В любовь.

Сказав это, Руслан идет дальше, а я следую за ним, не до конца осознавая, что значат его слова. Мне всегда казалось, что в любовь не играют. Ею живут.

Мы подходим к какой-то старинной бело-зеленой церкви, находящейся в окружении домов. Не сразу я понимаю, что мы собираемся войти именно туда.

– Ты удивлена, что я привел тебя в церковь? – лукаво улыбаясь, спрашивает Руслан.

– Немного.

– Мои демоны не вяжутся с этим? – Он небрежно показывает на церковь, а я поднимаю голову вверх, чтобы рассмотреть, как красиво блестит в солнечных лучах золотистый крест на куполе.

– Может, никаких демонов и нет? – вдруг срывается с моих губ.

На душе становится как-то светло, когда я стою рядом с таким местом. Сюда люди приходят, чтобы помолиться Богу. Здесь не место нечисти.

Руслан ничего не отвечает на мой вопрос. Он покупает билеты, и мы заходим внутрь. Контраст между тем, какой церковь выглядит снаружи и изнутри поистине впечатляет. Моему взгляду открываются страшные темные стены. Ощущение, будто я оказалась в фильме ужасов. И даже макет огромной луны, парящей над залом, не помогает избавиться от мурашек на спине.

– Это лютеранская церковь Святой Анны, – сообщает мне Руслан. – В прошлом это был безумно красивый и величественный храм. Сюда ходили Фаберже, Миклухо-Маклай и многие другие известные петербуржцы. В советское время здесь был кинотеатр, а в девяностые ночной клуб. Потом произошел пожар, последствия которого ты сейчас можешь видеть.

– Почему ее не реставрируют? – интересуюсь я, разглядывая картину распятого Иисуса Христа. Мне кажется, что она здесь находится вместо алтаря.

– Пока что отреставрировали только фасад, как ты успела заметить. Все остальные работы впереди. Сейчас здесь проводятся выставки и концерты с симфоническим оркестром, но при этом церковь действующая.

– Так необычно, – говорю я.

– Это место завораживает, – соглашается Руслан.

Судя по тому, как он свободно ориентируется в церкви, это не первое его посещение. Возможно, это еще одно любимое место Руслана, где он находит вдохновение, но оно не по мне. Что-то не дает ощутить то, что чувствует Руслан, находясь здесь. Никакой гармонии и спокойствия, лишь непроходящие мурашки на спине.