Не стой на ветру

21.1

Мэри Блэр – так звали художницу, в честь которой я взяла себе ник для общения на одном художественном форуме. Мне было четырнадцать, и я восхищалась этой женщиной, жизненный путь которой был сложен и тернист. Она находилась в тени мужчин, но все равно добилась того, чтобы работать с Уолтом Диснеем и стать настоящей легендой. Именно так я объясняла свой выбор ника одному мальчику, с которым продолжила общаться в личной переписке. И хотя мы никогда не называли друг другу своих настоящих имен, мы оба чувствовали какую-то незыблемую связь.

Его ником был “Ветер перемен”. Даже не знаю, почему мы с ним так сблизились. Просто оказалось, что мы очень похоже размышляли о мире и людях, окружающих нас. Мне нравилась его жизненная позиция и внутреннее благородство, то, что он уже тогда знал, что хочет стать известным художником. Он показывал мне свои картины, которые уже тогда казались мне смесью прекрасного и ужасного. Никто из нас не называл города, в котором жил, не рассказывал о своей семье или друзьях. Мы просто общались на другие темы, но в какой-то момент наше общение перешло на более личные темы. “Ветер перемен” предложил встретиться и спросил, куда ему нужно приехать. Я назвала адрес и даже выслала свою лучшую фотографию. Прятаться за аватарками мне больше не хотелось. Я попросила прислать мне и его фотографию. Но он пропал и больше не отвечал на мои сообщения.

А теперь оказалось, что это был Руслан! Не верится… Да как вообще возможны такие совпадения в жизни! Может, это Алена решила так жестоко подшутить надо мной? Но нет, она на такое не способна. Алена видела, как я страдала из-за того, что “Ветер перемен” пропал из моей жизни. Больше некому было рассказать о своих планах. Только с ним я могла быть честна, только ему могла показывать свои экспериментальные техники в рисовании и смелые идеи, которые сейчас оставлены в прошлом…

А теперь я сижу рядом с тем самым “Ветром перемен”, пребывая в шоке. Ошеломленная этим странным открытием, я не знаю, что делать. Температура у Руслана под действием лекарства постепенно спадает, а чай, который я приготовила ему, выпит. Он беспокойно спит, словно не отдыхал уже несколько ночей подряд, а я все никак не могу уйти. Уже давно наступила ночь, холодная и ветренная. Мне слышно, как за окном гудит сирена, но и она не может вывести меня из ступора. Перед моими глазами стоит вся наша переписка, которую до этого момента я так старательно не помнила. Потому что не хотела думать о том, почему после того, как “Ветер перемен” решил встретиться вживую, он кинул меня.

Вдруг я подскакиваю как ужаленная от осознания: а ведь Руслан узнал меня с первой встречи! Он же видел мою фотографию… А я, будто слепой котенок, не знала ничего!

– Не уходи, – разрезает полутемную комнату тихая просьба Руслана.

– Но ведь…

– Останься, – уже более требовательным тоном говорит мне Руслан. – можешь переодеться в мою одежду.

– Ты предлагаешь остаться у тебя на ночь?

Руслан глухо стонет и не отвечает. Он проваливается в болезненное забытье, и я вздыхаю. Придется остаться, чтобы отслеживать его состояние. А завтрашним утром вызову Руслану врача.

С этими мыслями я более внимательно осматриваю картины в гостиной. Должна признать, Руслан по-настоящему талантлив. То, как он умело запечатлел меня на холстах, говорит об этом. На его картинах я так красива, так притягательна, что это даже внушает страх. Но одновременно с этим внутри растекается тепло от осознания, что Руслан выбрал объектом своего творчества именно меня. Я обхожу его квартиру, осматривая другие картины, там изображены пейзажи или отдельные зарисовки людей в движении, тоже мастерски исполненные.

В спальне Руслана вообще нет ни одной картины. Она не говорит о том, что здесь живет творческий человек. Обычная кровать с мягким изголовьем, стильные прикроватные тумбочки, замысловатое освещение и внутренний шкаф, – вот все, что находится в спальне, но от этого она кажется не менее уютной. Я подхожу к окну и раздвигаю жалюзи. Вид на набережную, подсвеченную фонарями, заставляет мое сердце биться чаще. Отчего-то мне кажется, что я уже видела этот пейзаж. Стойкое ощущение дежа вю не покидает меня, пока я брожу по квартире Руслана. Возможно, я просто слишком устала, а ночью нужно спать. Подхожу к Руслану и трогаю его лоб, отмечая про себя, что он наконец-то стал прохладным. Неожиданно его ладонь накрывает мою, и наши пальцы переплетаются.

– Ты здесь, – с теплом в голосе говорит Руслан.

– Да.

Даже в неясном свете мне видно, как блестят глаза Руслана. Он смотрит на меня неотрывно, как будто боится, что если моргнет, я исчезну.

– Спи. Я рядом.

– Мы пропустили закрытие фонтанов в Петергофе, – вдруг с грустью произносит он.

– Это неважно.

– А что важно?

На минуту я задумываюсь, не зная, что ответить. Нужные слова так и не приходят на ум, поэтому я делаю безрассудную вещь, которую раньше ни за что и никогда не совершила бы. Я целую Руслана в сухие губы, показывая ему без слов, что в этом мире является самым важным. Он отвечает на поцелуй, и я явно ощущаю, как его пальцы сжимают мои все больнее и больнее, а затем, опомнившись, отпускают их. Но лишь затем, чтобы притянуть меня к себе. В одно мгновение я оказываюсь на диване, а Руслан смотрит на меня свысока. Его челка обрамляет по бокам высокий лоб, в глазах огни, о которых я никогда ранее не догадывалась, а руки скользят по ногам, приподнимая подол платья все выше и выше.