Не судите ведьму строго

ГЛАВА 28. Слишком просто.

На столе у судьи стояла коробка, ее расположили так, что были видны игрушки и платок.

Антипова представилась. Судья разъяснила, какое дело рассматривается и что ее вызвали по ходатайству защитника. Свидетель на вопросы отвечала просто, в голосе было много усталости и обреченности. Она окончила школу, больше нигде не училась. Два года она работала в ООО «Чисто дома».

- Да не глупая я, знаю, зачем привели. Если бы я не оставила в квартире эти игрушки, все было бы хорошо, – неожиданно сказала она.

Лина дала знак защитнику помолчать. Женщина достала бутылочку воды, вздохнула и продолжила:

- Просто я перепугалась, не каждый день проклятье на смерть насылаешь. Надеюсь, что больше и не придется. Правду говорят, что после применения проклятья ведьма мучается. Проверено опытным путем. После этого меня два дня ломало, я с постели еле-еле вставала. Аппетита не было, токсикоз прошел, а я взглянуть на еду не могла. Я расскажу все, как было. Сегодня же меня под стражу не возьмут? Я же свидетель, так в повестке написано.

Лина, с учетом ее беременности, разрешила ей не вставать.

Антипова вздохнула и продолжила:

- Я у Володи убиралась в квартире два раза в неделю. Он обратился в нашу компанию, и мне распределили этот заказ. Мне с ним легко было, он непривередливый, по комнатам за мной не ходил, качество уборки не проверял. Мог только сказать, что где-то нужно тщательнее помыть. По сравнению с другими клиентами, не хозяин – золото. Сначала я убиралась, когда он дома был, а потом отдал мне ключи, все было на доверии. Однажды я прихожу, дверь ключом открываю, а он в зале сидит. Начал со мной разговаривать, поделился, что уволился, потому что работа не нравится. Сказал, что всегда мечтал писать книги. Я спросила, деньги-то, где он возьмет, если книги только собирается писать, а уволиться уже успел? Оказалось, что его отец - предприниматель, и деньги – это не проблема.

Мы много с ним общались, даже на «ты» перешли. Один раз я пришла убираться вечером, не успевала из-за одного клиента. Володя не возражал, даже предложил приехать на следующий день, а у меня все расписано на неделю. Я заметила, что он выпил, веселый такой был. Мне предложил выпить, я, конечно, отказалась. Убралась, и уже надо было уезжать, а он предложил остаться. Мол, поздно уже. Объяснил, что таксистам и общественному транспорту не доверяет, а сам отвезти не мог. Так у нас все и закрутилось. Я уехала от него утром, и теперь раз в неделю с ночевкой приезжала. Я голову потеряла. Да и было отчего: красивый парень, обеспеченный, веселый, денег подкидывает. У меня ни образования, ни перспектив каких-то. Тайком иногда гадала постоянным клиентам. Вроде как редкая подработка, но я это не люблю, душа не лежит.

На день рождения он подарил платок шелковый и деньги. Вот этот платок, который у вас в коробке на столе. Полгода мы с ним в любовь играли, вернее, я, пока он не попросил меня больше по вечерам не приезжать. Конечно, я поинтересовалась, почему. Он просто ответил, что есть девушка, которую он любит, у них серьезные отношения. Я вышла от него, шатаясь. Вот так мне плохо было. Присела около стенки в подъезде и плачу, потому что любила очень, а у него есть другая. Через две недели я успокоилась, но оказалось, что зря. Утренняя тошнота и головокружения появились. Я поняла, что беременна. Гинеколог подтвердила, и я сначала испугалась, а потом обрадовалась, поехала к Володе. Только он не обрадовался. Очень спокойно мне сказал, что ему ребенок не нужен, что даст деньги на аборт. Мы поругались, он потребовал ключи от квартиры, но я не отдала, убежала.

На следующий день мне директор сказал, что у Володи будет теперь другая девушка убираться, а меня распределили к другому клиенту. Как мне ни было противно от его поступка, я смирилась, стала дальше работать, пока здоровье позволяло. У меня уже мысли о ребенке пошли хорошие, я купила погремушки, юлу маленькую. Она мне так понравилась, удержаться не сумела. Но я встретила его в городе с этой девочкой, которая сейчас в клетке сидит. Они сидели в кафетерии, Володя такой счастливый был, светился весь. Как же мне стало обидно! Ведь я его ребенка ношу под сердцем, а он меня знать не хочет.

Когда я снова пришла к Володе, он удивился. Я сказала, что отдаю ключи и что аборт делать поздно. Ключи, правда, к себе опять в карман положила. Володя стал кричать на меня, называл идиоткой, ничтожеством. «Ты думала, что я женюсь на тебе, овца? Деньгами завалю? Ты мне нафиг не нужна, не жди от меня ничего!» - кричал так, что, наверное, соседи слышали. Я с собой игрушки захватила, надеялась, что достучусь до него. Вдруг увидит их и что-то в его душе шевельнется доброе. Он их в сторону отбросил и заорал: «Вали отсюда!»

И я, наконец, как будто очнулась, перестала к его совести взывать. Меня от гнева просто затрясло. Если он меня и ребенка не хочет, то почему я должна дать спокойно жить ему, мерзавцу? Я подошла к нему и в лицо проговорила проклятье. Я знаю, как это делается. У меня в роду были черные ведьмы. Володя испугался, я его страх физически ощущала. У меня даже в груди потеплело. Я желала ему смерти, я трижды проклятье повторила, чтоб наверняка. Он ко мне кинулся, платок с шеи сдернул и упал. Володя лежал и хватал воздух ртом, как рыба. Он протягивал ко мне руку, я отбежала. Стало очень страшно, передо мной, как картинки из фильма, промелькнули полицейская машина и камера. Я и убежала. Платок и игрушки забыла, вернуться за ними не осмелилась, боялась, что меня увидят.

- Какое время суток это было? – спросила судья.

- Вечер, восьми еще не было, потому что в восемь часов я уже на остановке стояла. Рядом со мной стоял парень, у него на телефоне высветилось время, что-то около без пяти восемь.