Не та драконица для ректора

Глава 19: Я точно дракон. Ну, почти.

С момента, как я покинула Пещеру Драконьего Рода, неся на себе проклятие в виде невыносимого запаха «полуденного солнца после грозы», моя паника обрела новую, совершенно фантастическую форму. Это была не просто паника. Это был «Побег с тонущего Титаника» с золотым статусом «Полный Капец».

Понимаете, одно дело — ходить по академии, подозревая, что ты не совсем нормальная. Ну, там, иногда светишься. Иногда нечаянно заставляешь чайник кипеть одним взглядом. Мелкие, в общем, неудобства. Совсем другое — получить официальное, резонирующее в костях подтверждение от Игниса Древнего, что ты — что-то, что стоит «выше» драконов.

«Дочь Элиары». «Выше нас, драконов». «Запах солнца и грозы».

Эти фразы, дорогие мои, были красивыми. Они звучали так, будто я должна немедленно облачиться в белый плащ и спасать мир. Но в реальности они были абсолютно, кричаще, совершенно бесполезными, как зонтик в пустыне. Особенно учитывая, что через считаные дни мне предстояло выйти на публичную арену, где требовалось «продемонстрировать свою истинную сущность».

И вот тут, прямо посреди моей комнаты, наступил час расплаты. Моя истинная сущность, судя по всем доступным данным, — это растерянная девушка с аномальной пигментацией, хроническим недосыпом и склонностью к неконтролируемому сиянию в самый неподходящий момент. Не очень-то впечатляющая демонстрация.

Я представляла себе эту картину в таких ярких, мучительных деталях, что меня бросало в пот. Зрители в амфитеатре, напряженная тишина, торжественные барабаны. Я выхожу в центр круга, торжественно поднимаю руки и…

— Та-дааам! — репетировала я перед зеркалом, нервно подергивая уголком губы. — Я свечусь! Иногда. Если сильно испугаюсь или, например, если переем шоколада. А еще я умею сварить борщ, который не разваливается при кипении! Вопросы? Нет? Тогда я пошла!

Нет. Так не пойдет. Это не демонстрация. Это — гарантированный провал, после которого меня отправят в лучшем случае на курс флористики, в худшем — обратно к маме (что, возможно, было бы еще хуже, учитывая, что мама, по словам Древнего, была клептоманкой, пытавшейся стащить у него фамильный сапфир).

План «Б» был успешно ликвидирован как класс, так что я с маниакальной настойчивостью вцепилась в план «А». План «А» назывался: «Я все-таки дракон, просто дедушка Игнис старенький, у него склероз, насморк, и он перепутал меня с очень старым и грязным ковриком».

Моя комната в общежитии, которая и так редко видела чистоту, теперь превратилась в совершенно антисанитарный, но очень *драматичный* штаб операции «Пробуди в себе Ящера, или хотя бы геккона». Это был отчаянный, иррациональный, и, как показала практика, совершенно идиотский марафон по самовнушению, медитациям и псевдодраконьим практикам, приправленный ароматом библиотечной пыли и подгоревшим желанием жить.

Начать я решила с классики: внутренний огонь Драконы — это пламя. Логично.

Для начала я совершила дерзкий набег на Библиотеку Древних Манускриптов. Библиотекарь-Горгона, с внешностью очень разочарованной учительницы математики, была на посту. Она, конечно, не превращала в камень за кражу манускриптов (только за просроченные книги), но ее взгляд был настолько суровым, что я почувствовала, как мои внутренние органы покрываются льдом. Я утащила древний фолиант, пахнущий плесенью и историей, в котором черным по белому было написано: «Дракон есть пламя, облеченное в плоть. Дабы познать себя, познай свой огонь. Найди свой внутренний термоядерный реактор».

Я села на пол, приняв позу лотоса. Могу вам сказать, дорогие, йога была изобретена не для просветления, а для пыток. Через десять минут мои колени умоляли о пощаде, а позвоночник грозил объявить забастовку.

— Итак, огонь, — шептала я себе, сцепив зубы, чувствуя, как по лбу струится пот. — Я — это ты. Ты — это я. Я — сияние. Я — мощь. Включайся, дурачок! Мы опаздываем на демонстрацию!

Внутренний огонь молчал. Возможно, он принял обезболивающее и лег спать.

— Ну же, — продолжала я, прибегая к эмоциональному шантажу. — Представь, что ты — самая яркая спичка в коробке! А я — самый удобный, самый мягкий, самый идеально подогнанный под тебя коробок! Чирк! Ну, давай, зажигайся!

Ничего. Только где-то в животе урчало от голода. Огонь? Нет, только голод.

— Ладно, давай через гнев, — я судорожно сжала кулаки, вспоминая все свои обиды. — Представь Виолетту. Ее идеальную мантию. Ее снисходительную, едкую усмешку. Она говорит, что мои любимые туфли — это позор моды! Она считает, что мой кофейник — слишком плебейский! Она заявила, что моя аура — слишком дешевого, провинциального оттенка! Чувствуешь, как я злюсь?! Это же чистое, концентрированное топливо для термоядерного реактора! Разгорайся, к черту, разнесем этот мир к чертовой матери!

Результатом часа таких изнурительных медитаций стала не трансформация, а дикая, неуправляемая изжога, которая угрожала прожечь мне дырку в желудке. И легкое головокружение, похожее на укачивание. Я была готова поклясться, что чувствую не запах серы или драконьего пламени, а вкус мятного леденца, который я съела утром.

«Хозяйка, ты делаешь все неправильно! — возмутился Люциан, который удобно устроился на моей прикроватной тумбочке, наблюдая за моими мучениями. Он сиял, как маленькая, наглая, космическая звезда, не зная забот. — Огонь — это Страсть! Ненависть — слишком низкая вибрация, это для некромантов! Тебе нужна высокая, всепоглощающая эмоция! Думай о моей вечной, неразделенной, трагической любви к Ноксу! Думай о том, как мое сердце пылает, когда он проходит мимо, не удостоив меня даже взглядом! О, это пламя! Оно могло бы растопить ледники на Северном полюсе, сварить кофе в жерле вулкана и приготовить ужин на целую армию некромантов! Вот где мощь, хозяйка! Вот где чистый, романтический огонь!»

«Лиза, прекратите слушать мелодраматический блуд вашего импа, — тут же вмешалась Ирена Петровна, явно раздраженная пафосом Люциана. — Это неэффективное расходование нейронной энергии. Внутреннее пламя — это, по сути, управляемый реактор. Перестаньте полагаться на эмоции, это прошлый век. Вам нужно найти панель управления, проверить датчики, и нажать кнопку „Старт“. Требуется техническая документация, а не слезливая поэзия. Опять же, рекомендую антикислотное средство».