Не та истинная. Академия Шторма

Глава 5

Вейн нашёлся в кровати. Не уверена, что в ней вообще был смысл, раз накар клана Пылающего сердца развалился там, задрав ноги в сапогах на башню из подушек, судя по количеству, собираемых со всего лекарского отделения. Но стоило Вейну увидеть меня, и всю расслабленность сдуло с него, прямо как мои надежды на счастливую жизнь при появлении его брата.

— Вон! — рыкнул младший из имеющихся Ардоров.

Увы, не мне.

И симпатичные, воркующие вокруг него девушки в форме лекарей вымелись из палаты, словно их и не было.

— Ты!

Вейн встал. А я попятилась.

— Рада, что с вами всё в порядке, — пискнула и собралась вылететь в коридор, но дракон оказался быстрее.

Он всегда оказывался быстрее, и мне стоило вспомнить об этом перед тем, как давать волю жалости и человеколюбию. Притом что человеком он как раз ни разу не был.

От его удара дверь захлопнулась прямо за моей спиной, а я оказалась этой самой спиной прижата к этой самой двери. С другой стороны меня подпирал Вейн, а я никак не могла понять, с чего вообще сунулась к нему в палату. Жить надоело? Решила, что он вдруг переосмыслит свою жизнь и станет добрым и милым?

Нет. Но, как бы глупо это ни звучало, я считала Вейна своим. Пусть в цитадели Кай не подпускал ко мне ни одного мужчину, и мы с Вейном просто не могли пересечься, но и в академии под его неусыпным надзором — и невротической яростью, — я прожила уже пять лет. А это немало даже для кровных врагов, какими мы не были.

По крайней мере, по моему мнению.

— Что мне сделать, чтобы ты прекратила мне выкать? — прорычал Вейн мне практически в губы.

И я бы много сказала по этому поводу, что послужило бы продолжением очередной перепалки, где он нападает, а я молчу или безупречна вежлива. Тем самым ещё больше доводя его больше и…

— Что у тебя с Мортексом?

“С кем?”, — чуть было не переспросила я, а потом поняла. В основном то, насколько встряла.

До этого чудесного момента я как-то не задумалась о традициях огненного клана и другой не более оправданной чуши. Нет, заповеди вроде “Ни убий брата своего” был оправданы уже потому, что не так много детей рождалось у драконов, а если брат пойдёт на брата, то от клана не останется даже крыльев и хвостов, но…

— Я н-не…

А что я собственно “не”?

Что успел увидеть Вейн до того, как Мортекс его вырубил? Что успел услышать? А ведь ничего!

— Я не понимаю, о ком вы говорите.

Главное, чтобы руки не дрожали, и напустить в глаза побольше холодности. В конце-то концов! Я, между прочим, по доброй воле пришла проведать “соплеменника”, понятия не имею ни о каком Мортексе — раз уж Кай всегда максимально обходил разговоры о других кланах и, тем более, арканах, словно их вовсе не существовало, — и не заслужила подобных упрёков.

— Не понимаешь… — прошипел Вейн, фактически вдавливая меня в несчастную дверь своим телом.

Несомненным плюсом оказалось то, что теперь он точно не поймёт, вру я или нет — а врать я толком не умела, — но были и минусы: наши губы почти соприкоснулись, их не разделял и воздух, а я с трудом сдерживалась, чтобы не поместить между ними свою ладонь.

— Не понимаю, — вздёрнула подбородок.

Вейн нехорошо усмехнулся, подался вперёд и всё-таки коснулся губами моих губ. Не отрывая при этом от меня дикого, напряжённого взгляда!

— Нет!

Я никогда не кричала. Даже когда Кай забирал меня из дома. Даже когда он оставлял меня без еды в темнице. Даже… да никогда! А здесь не выдержала, повысила голос.

Вот только какого ржавого дракона вместе с голосом из меня хлынул поток чистой, ничем не замутнённой силы? Вейн не успел даже глаза расширить, как его смело обратно на кровать и со всей дури приложило о металлическую ножку. Головой. И удар, судя по всему, оказался значительным, раз талантливейший адепт академии Шторма упал на кровать без сознания.

А я… я подняла на уровень глаз свои трясущиеся руки и сползла по двери на пол.

Эт-то что сейчас такое было?

Это я так? Но как?

Из этого положения Вейна, лежащего на кровати, мне было не видно, поэтому я уставилась на свои руки. Обычные, со светлой кожей и маленьким шрамом между мизинцем и безымянным пальцами правой руки — порезалась ножом, когда в детстве хотела порадовать маму и папу ужином.

В груди разрастался огромный ледяной булыжник, захватывая рёбра и подбираясь к сердцу.

Я ведь не могла исполнить такое. Да у меня магии едва хватило, чтобы поступить, не говоря об остальном. Я выигрывала только усидчивостью, нежеланием развлекаться и постоянной зубрёжкой.

Шумно сглотнув, я попыталась опереться на стену, но получилось только с третьего раза. Выпрямилась на дрожащих ногах и кинула взгляд на Вейна, мирно лежащего на кровати.

Неужели…

Одно только подозрение о том, что накар огненного клана мог умереть, подбросило меня. Я сама не поняла, как в следующий миг оказалась у кровати, приложила пальцы к шее Вейна и прислушалась. Убрала пальцы, нахмурилась, а потом повторила процедуру.

И только потом отошла, не понимаю ровным счётом ничего.

По лекарскому делу у меня всегда было отлично, ведь там использовались лёгкие, требующие внимательности и небольшой силы заклинания. Вот и сейчас я проверила всего Вейна, но оказалось, что он просто спит.

Спит? Да после такого удара меня пришлось бы сметать веничком в совок. И да, сравнивать себя и Вейна было всё равно что пытаться уравнять лесной ручеёк с бурлящим водопадом, но всё же… всё же…

Я снова перевела взгляд на свои руки. Они уже не дрожали, да и я уже успокоилась, понимая, что Вейн даже не в отключке. И напрочь не понимая, как я это сделала.

Дожидаться пробуждения накара расхотелось, как и в целом с ним общаться. Поэтому я огляделась, прикидывая, не оставила ли чего, а потом быстро покинула палату и лазарет в целом. Направлялась я в единственное место, которое давало ответы, но было сильно недооценено адептами — библиотеку.