Не та избранная

Глава 7 – Поселок 

Глава 7 – Поселок 

Выбраться из города мне помог случай. В очередной раз пытаясь укрыться от стражи, я забрела в совсем уж грязный и заброшенный переулок. В какой-то миг под ногами оказались доски деревянного щита, настолько грязные, что понять это я смогла лишь по звуку каблуков. Треск прогнившего дерева раздался так неожиданно, что я даже не успела испугаться, а с следующий миг уже барахталась по пояс в вонючих сточных водах городской канализации.
– Фи-и-ить? – На края ямы, в которую я провалилась, приземлился Мрак. Оценив обстановку, друг спрыгнул ко мне уже в образе ящерицы. – Мр-гр-мм?
– Со мной все в порядке. – Противно было до безумия, да еще проплывающие в слабом течении всевозможные объедки и прочее… не придавали оптимизма.
И тут глаза выхватили сидящего в нише на стене зверя, больше всего напоминающего лысую крысу-переростка с устрашающе выступающими клыками и торчащими высоко вверх ушами. Черные полосы на серой коже существа отдаленно напоминали зебру, а вот жало на кончике хвоста явно было скорпионье.
Как я в тот момент в обморок не упала даже не представляю. Просто сжалась вся в комочек, надеясь лишь на чудо и верного друга за спиной. А Крыс вдруг, зашевелив усами, послал мне волну приятия и вопрос.
– Кха-кха-кха, – я так закашлялась от неожиданности, что на глаза слезы навернулись. Вот тебе и Стена! Наивные жители города и не догадываются, что волшебные существа прямо у них под ногами.
«Мне бы за крепостную стену города», – постаралась мысленно передать направление. – «Желательно не попадаясь при этом на глаза разумным».
Крыс, презрительно фыркнув в ответ на обозначение «разумным», спокойно спрыгнул в грязную воду и поплыл вперед, загребая лапами с перепонками между тонкими длинными пальцами. Пришлось идти за ним. 
Плакали мои чистые и красивые вещи. Вряд ли мне удастся их отстирать.
 
Оказалось, что под городом, в огромном лабиринте из канализационных тоннелей, протекала настоящая, специально для этого подведенная, притока реки Заару. Нечистоты из каждого дома по трубам попадали прямо в текущую воду, а после небольшими водопадами попадали прямо в полноводную Заару, в которую пришлось прыгать и мне прямо из широкого зева канализационного туннеля. Вот тебе и магия. Вот тебе и цивилизация. А разумные, живущие ниже по течению, потом эту воду пьют?
У выхода из тоннеля Крыс меня оставил, смешно фыркнув на прощание. Уж он-то был уверен, что лучшего места для проживания и не найти: еды вдоволь, вода свежая имеется – нужно только знать, где искать, а раз в полгода спускающиеся команды заключенных-чистильщиков, единственной задачей которых был разбор особо больших, мешающих течению завалов мусора, загодя приносили дары – откуп монстрам, чтобы их самих не сожрали.
На всю эту информацию мне оставалось только что качать головой и вежливо отказываться от приглашения остаться – каждому свое. А после была длительная и утомительная стирка одежды и попытки очистить сапоги. 
Себя я вымыла просто до скрипа, с одеждой дела обстояли хуже…

Но все рано или поздно заканчивается. В последний раз оглянувшись на высящуюся вдалеке Стену, я повернулась к ней спиной и потопала вперед, снова по берегу водоема. То, что я еще не раз буду возвращаться на Плато, было однозначно, но вот посещать негостеприимный приграничный город снова не хотелось. Просто чудо, что я не попала в застенки местной инквизиции или организации и того хуже. От мысли, что было бы, оглуши меня целитель перед осмотром, холодело в душе.
Идти пришлось недолго. Всего через три дневных перехода я оказалась неподалеку от маленькой деревушки, всего на десяток домов. Но что это были за дни! Начать нужно с того, что флора и фауна этого мира, даже вдали от Волшебного леса, сильно отличались от земной. Вокруг было полно ядовитых растений и растений умеющих душить, плеваться ядом, стрелять острыми иглами, перепрыгивать с места на место, выпускать клубы ядовитого тумана или внезапно выстреливать усиками-липучками из земли. И все это при том, что ни капли рассудка или самосознания, в отличии от того же Волшебного леса, у них не было. Только голые инстинкты. Впервые, не иначе как чудом избежав ловушки, я долго пыталась докричаться до напавшего на меня растения. Но это было бесполезно.
Животные также были отнюдь не безобидными и очень сильно отличались в сторону хищности и агрессивности. Только обострившееся до предела чувство интуиции да Мрак позволили мне добраться до деревеньки живой. Да еще то, что когда мелкий грызун, вроде белки, неожиданно атаковавший меня прямо с дерева, все же прокусил кожу на руке, то тут же, заверещав, начал выплевывать мою кровь и, хрипя, кататься на земле. Кажется, я оказалась для местных ядовитой.
То же казалось и для обитателей реки. Стоило мне подойти слишком близко, как тут же в глубине начинали рыскать непонятные тени, появлялись змеи и зубастые рыбки размером с мою ладонь. Все они явно были голодны…
 
Деревенька выглядела тихой и мирной, Мрак снова кружил в высоте, зорко наблюдая за всем происходящим в округе. Я несмело ступила на тропинку, ведущую от небольших мостков к ближайшему каменному дому.
– Чего-нить ищешь, девушка? – обратилась ко мне сидящая на заднем крыльце старуха. 
Вздрогнув от скрипучего голоса, я остановилась и посмотрела на женщину. Как я могла не заметить ее ранее? Немного успокаивало лишь то, что она была асамантом, а они, судя по прочитанному мною в библиотеке, ближе всего были к обычным людям ({АСАМАНТ – раса низших существ, произошедшая из связи людей с домовыми. Трудолюбивы, покорны, верны – идеальные слуги. Самая многочисленная раса. И мужчины, и женщины от чистокровных человеков отличаются низким ростом, мускулистым телосложением и когтями на руках. На примитивном уровне владеют бытовой магией}).
 
– Жилье. И работу. – Больше всего хотелось бросить все и сбежать, но куда я денусь? Обратно в лес?
Женщина довольно покивала головой.
– То-то мне ночью филин снился. Вот сижу тебя с утречка, значится, и жду. Капюшон-то свой черный с головы сними, девонька. Чего прячешься?
Руки предательски задрожали. Но вот и момент истины: какой будет ее реакция? Впрочем, от одной старухи в случае чего я еще убегу. Но вот если наберется толпа селян… Глядя прямо в глаза женщины, я сдернула капюшон. Она только крякнула, явно не ожидая чего-то подобного.
– Вот оно как… – протянула тихо. – М-м, ты обратно капюшон лучше надень. Зятек у меня…
– Ты с кем, мать, разговариваешь?! Чего полы еще не помыты? – Словно только того и ждал, на порог вышел кряжистый мужчина асамант, в предках которого, судя по всему, затесались и гномы. – Это еще кто?
– Побродяжка, – пожала костлявыми плечами старуха. – Работу и жилье ищет.
– А чего под плащом прячется? – Мужчина шагнул ко мне, я же, остро ощутив опасность, ринулась в кусты, чтобы тут же провалиться в забытье от сильного удара по затылку.
Добегалась.
 
– … а посему приговариваем ее к наказанию двадцатью плетями. – Словно сквозь вату доносились до меня чьи-то слова.
Я с трудом смогла открыть глаза и осознала себя привязанной за руки к высокой перекладине на площади все той же деревеньки. Носки ботинок едва доставали до земли, вывернутые руки нещадно болели. С меня сняли плащ, и теперь собравшиеся вокруг жители с жадным любопытством и злой яростью в глазах рассматривали беспомощную меня.
Резкий звук вывел из ступора, спину обожгло такой острой болью, что я даже закричать не смогла – горло сдавило невидимыми тисками. Ахнув, стоящие вокруг разумные, словно единый организм, шагнули вперед.
– Дык какой же это человек? – сказал кто-то. – Чего ты Прохо несешь? Я же сразу сказал: не похожа она! Те выше были и крупнее, да и глаз таких ярких я ни разу ни в одном описании не встречал. Во, как драгоценные камни-иръяты горят!
При упоминании неких камней разумные дружно и резко побледнели, тут же подавшись назад.
– Э-э-э, – Прохо, он же староста, ощутил в руках противную дрожь, а на спине холодный липкий пот, – у меня же книга! – Он показал на тонкий сшиток листов в своих руках. – Похожа!
– Но кровь-то у людей точно красная! Об этом все знают! А не… серая? – Вмешалась какая-то женщина.
– Да нет, не серая. – Еще один голос. – Как серебро расплавленное. Красиво…
Жители все голосили и спорили, пока я тоненько подвывала от боли, раздумывая о том, что приговаривать меня к двадцати таким ударам – верная смерть. И за что? За грехи предков, которых я и в глаза-то не видела?
А затем полубессознательную меня отвязали от перекладины, и все тот же Прохо – зять встретившей меня старухи по имени Мирита – на руках отнес в свой дом. Увязавшиеся за ним женщины споро избавили меня от одежды, приготовив чистые бинты и мази, уложили на живот на широкую лавку. Перед глазами все расплывалось, в ушах стоял звон, но я не могла не услышать, как взволнованно они спорят. Не могла не ощутить, как чьи-то сухие горячие пальцы аккуратно касаются отметин от шипов хищной лианы на моей спине. «Аутэ’Раэро», – повторяли они, но что означает это слово я не знала. 
Когда же рана от хлыста была очищена, а кожи коснулась прохладная мазь, силы окончательно покинули меня. Сознание поглотила тьма.