Не та сказка...

Глава 1.

Она стояла на сцене, только, что опустился импровизированный занавес и Света, наконец расслабила плечи. В зале за закрытым занавесом, не было слышно бурных оваций. Очередное, не удачное выступление. Света, осмотрела сцену. Ребята из ее группы, начали паковать свои инструменты в чехлы. Все понимали, это очередной провал. Они уже не в первый раз давали небольшие концерты, но заработать с них получалось очень мало. Когда Света , по совместительству являющаяся ещё и организатором, подошла к владельцу бара в котором они сегодня выступали, итог был не утешительным, за минусом всех расходов, они получили всего десять тысяч рублей. По две тысячи на человека. Это было конечно не о чем. Когда она вернулась к ребятам, их кислые физиономии говорили сами за себя. К ней подошел, бас гитарист Витек и сказал: «Ты, это, Свет , не обижайся, но меня пригласили в группу «Линия разрыва», у них гитарист сломал руку, а серия концертов уже запланирована. Вот меня и позвали, и заработок там получше и проживание в турне оплачивается». Витек взглянул, на Свету с жалостью в глазах, развернулся. Подхватил чехол с гитарой и усилок и пошел не оглядываясь.

Это все конец, уход Витька как еще один гвоздь в крышку гроба их и так не очень популярной рок группы «Грозовой фронт». Светлана понимала, что такого гитариста она уже не найдет, а это означало неизбежный развал групы. Попрощавшись с остальными ребятами, девушка вышла, через чёрный ход бара, на улицу, натянула поглубже капюшон худи на голову и пошла в сторону дома. За спиной болталась сумка со сценическим нарядом, который в ближайшее время ей не пригодится, Света поправила ее поудобнее и пошла по тротуару, можно конечно было вызвать такси, но она решила пройтись проветрить голову и хорошенько обо всем подумать.

Света росла без мамы, она исчезла из ее жизни очень давно, когда девочке было годика три, не больше. Почему она исчезла отец не рассказывал, там была какая то мутная история, да это и не имело большого смысла, какова была причина ее ухода, главным было то, что мать оставила своего ребенка и исчезла в неизвестном направлении.

Отец был человеком не плохим, но со временем стал все чаше прикладываться к бутылке, и маленькая Светочка все больше времени проводила у бабушки. Потом, когда и бабушки не стало, ей волей не волей пришлось вернуться опять в квартиру отца, там всегда царил беспорядок и запах перегара. Но надо отдать отцу должное он хоть своих собутыльников не приводил в квартиру, и девочка не была свидетелем пьяных застолий, но не редко, ей приходилось где то на улице подбирать в дрызг пьяного отца и тащить его домой.

Девочка росла на улице, среди мальчишек ей было комфортнее, те воспринимали ее как «своего пацана» научили драться и постоять за себя. Вмести они росли, влипали в различные истории и творили небольшие хулиганства. Лане, так просила называть себя девочка, с трудом удалось окончить девять классов, в школе ей сказали, что помогут получить аттестат без двоек, но с условием, что она уходит из школы, после девятого. Девочка не была двоечницей, она училась не плохо, но в школе столкнулась с несправедливостью, оказывается материальное состояние родителей, очень может повлиять на отметки, и у богатенькой тупицы Лики могут быть отличные отметки, а у Ланы из неблагополучной семьи, даже если она оочень хорошо напишет работу, может быть трояк. Когда девочка осознала все это, она просто забила на учебу и неделями не появлялась в школе.

После окончания девятого класса, девочка умудрилась хорошо сдать вступительные экзамены, по льготной ставке поступить в среднепрофессиональное учебное заведение на повара-кондитера. Молодой шеснадцатилетней девченке, приходилось вечерами подрабатывать, официанткой или в доставке, чтоб иметь хоть какие-то денежные средства. На отца надежды было мало. Конечно у него случались моменты просветления, но это было очень редко. После окончания школы, девочка переехала в квартиру оставшуюся от бабушки и стала жить самостоятельно. Да , приходилось много работать, и параллельно не забрасывать учебу, но это было в разы лучше , чем жить с отцом.

Окончив училище, Лана долго искала работу, получилось устроиться в один ресторан, но пока должность у нее была не большая, и жалование соответственно. Девушка очень любила петь, и хотя специального музыкального образования у нее не было, получалось у нее очень хорошо, видимо был внутренний талант. Вот и мечтала, Лана, что получится зарабатывать деньги выступлениями в клубах, но группа была мало известная, а денег на раскрутку тоже не было. И вот теперь, о музыкальной карьере можно забыть, ну или идти петь по ресторанам, но там тоже большая конкуренция, и часто певиц приглашали некоторые посетители заведений на , так сказать, продолжение банкета. Лана не хотела , чтоб ее использовали как разменную монету, поэтому , такой вид заработка отметала. Такие предложения она получала не редко. Внешностью девушку природа наделила очень примечательной, шикарные тёмные волосы, светлая кожа, выразительные зелёные глаза, в обрамлении густых ресниц, осиная талия и высокая грудь. Это тоже было одной из проблем, и Лана, часто ходила в мешковатой одежде с капюшоном, чтоб как можно меньше внимания привлекать к себе.

Дождь моросил едва заметно — не капли, а лёгкая влажная дымка, оседающая на волосах и ресницах. Лана шла по тёмной улице, сутулясь и пряча руки в карманах куртки. В ушах ещё звучали последние аккорды их выступления — скомканные, неровные, с той самой ошибкой в соло, которую она заметила слишком поздно. В голове крутились фразы из отзывов: «не дотягивают», «ничего особенного», «в прошлый раз было лучше».

Она остановилась у светофора, подняла голову и глубоко вдохнула сырой вечерний воздух. Хотелось просто исчезнуть, раствориться в этой серой пелене дождя.

«Ну почему именно сегодня? — думала Лана. — Почему именно тогда, когда пришли наши постоянные слушатели? Когда мы так готовились…»

Фонари отбрасывали жёлтые круги света на мокрый асфальт, в которых танцевали капельки дождя. Лана машинально следила за их движением, пока шла дальше. В груди давило — не от усталости, а от разочарования, от этого противного ощущения, будто ты подвёл не только себя, но и всю группу.