Не та Яга. Диагноз: ведьма

Глава 1.1

Смена выдалась на удивление тяжёлой. Три сердечных приступа в разных частях города, а наша бригада дежурила вторые сутки без отдыха. Матвей, младший фельдшер, уже падал без сил, когда на очередном вызове мы узнали, что придётся идти на десятый этаж пешком, потому что лифт сломан.

— Это ведь шутка? Алиииин, умоляю, скажи, что это шутка! — прохрипел он, поднимаясь только на третий.

— Потерпи, это последний вызов, потом поедем домой, отсыпаться, — я постаралась натянуть обнадёживающую улыбку, но прекрасно понимала, что сама готова сорваться и плакать.

Кто никогда не сталкивался с «внутренней кухней» скорой помощи, не представляет, как изматывающе это бывает. Порой я готова плакать от бессилия, а иногда — от изнуряющей усталости, но всё равно каждый раз делаю выбор в пользу своей профессии. Мы шли на эту работу, понимая, что в некоторых обстоятельствах от нас зависит чья-то жизнь.

— Эх, сейчас бы бабушкиных котлеток и нашумевший сериальчик, а не вот это вот всё, — мечтательно произнёс Матвей, уже более резво преодолевая ступеньки.

Наконец поднявшись, Матвей, красный как помидор, позвонил в дверь. В квартире было тихо, так тихо, что казалось, было слышно, как бегают тараканы в голове тех, кто соглашается работать на скорой по несколько суток подряд.

Внезапно дверь открылась. В нос ударил запах лекарств, а на пороге стояла маленькая, сухонькая старушка.

— Здравствуйте, вы скорую вызывали? — спросила я как можно громче, учитывая, что у стариков обычно слабый слух.

— Ты чавой орёшь, шатоломная? Не глухая я, слышу. Проходите, — сказала бабушка, пропуская нас внутрь квартиры.

Зайдя в дом, мы обнаружили: на ярко-синих простынях лежал мертвенно-бледный старик, который на контрасте с постельным бельём выглядел практически меловым. На лбу выступала испарина, глаза прикрыты.

С первого взгляда стало понятно, что дедушку нужно везти в больницу, поэтому мой протеже чуть ли не вслух застонал.

— Алина Васильевна, думаю, стоит назначить вот этот курс препаратов, — сказал он после того, как мы опросили и обследовали больного. На удивление, старик довольно резво отвечал на вопросы, несмотря на свой удручающий вид.

— Игорь Дмитриевич, вам нужно ехать в больницу. Анна Игнатовна, нужно собрать все необходимые документы, а мы пока поищем, кто сможет помочь нам спустить вашего мужа до машины, — сказала я, игнорируя злобные посылы Матвея.

Как ни странно, помощь мы нашли довольно быстро, поэтому и Игорь Дмитриевич, и Анна Игнатовна были доставлены до машины и отправлены в больницу.

Передав пациента врачам, я ещё час слушала нытьё Матвея о том, что надо было оставить старика лечиться дома, а мы уже давно могли бы спать в своих кроватях.

— Вот, вечно тебе не сидится, Алинка, надо срочно всех спасти.

— А ты циник и лицемер, и это в твои-то годы! А что будет, когда станешь старше? — спросила я, вспоминая, что Матвей сам рвался в «бой» как можно раньше.

— Ладно, я понял. Прости, я просто устал. В самом деле, мне ещё учиться надо, а тут ещё и лифт сломан, а дома бабушка и котлетки, — произнёс он, закрывая глаза и проваливаясь в сон.

На станцию мы приехали через час. Растолкав младшего сотрудника, мы поплелись переодеваться и теперь уже с чистой совестью — домой.

— Может, ко мне на котлетки? — сонно спросил Матвей, заворачивая за угол.

— Нет уж, я хочу в душ и спать, — ответила я, прощаясь.

В это время на город уже мягким одеялом опускались сумерки. Я ждала свой сигнал светофора, но когда пешеходы двинулись по полосатой зебре, я немного замешкалась и решила перебежать в последний момент.

Он летел без номеров. Всё, что я могла услышать, — это визг тормозов, а два огромных жёлтых «глаза» неслись прямо на меня.

Многие пишут, что в такие моменты перед глазами проносится вся жизнь: мама, школа, первая любовь… В моей голове было лишь сожаление, что я больше не увижу своего белого кота Василия и не смогу дописать отчёт.

Толчок, и вот я лежу на асфальте. По виску течёт что-то тёплое, а биение сердца замедляется. Секунду спустя я провалилась в темноту.