Не те Романовы

Глава 13. Все в сборе.

В коридоре больницы послышались знакомые голоса. Мама встрепенулась и быстро вышла из палаты. Через несколько минут дверь распахнулась, и в палату начали заходить люди. Много людей. Вся папина семья приехала.

Первым вошёл дядя Мухтар. Я сразу узнала его тяжёлые, медленные шаги. После смерти Диаса он изменился - стал ходить по-другому, словно нёс на плечах невидимый груз. За ним шла его дочь Динара с маленькой дочкой Амирой на руках.

- Айдай, девочка моя, - тихо сказал дядя Мухтар, подходя к кровати. - Дядя Мухтар приехал. Мы все приехали.

В его голосе я слышала особенную боль. Боль человека, который знает, что значит потерять ребёнка. Он сел рядом с кроватью, взял мою руку в свои большие, натруженные ладони.

- Знаешь, - продолжал он, - когда мне позвонила Лейла и рассказала, что случилось, я сразу вспомнил своего Диаса. Как он лежал в больнице после того случая на воде. Как я молился, чтобы он выжил. Как просил у всех святых, чтобы забрали меня, но оставили его.

Голос дяди Мухтара дрожал. Динара положила руку ему на плечо и ласково обняла.

- Папа, - сказала она мягко, - я тоже скучаю по Диасу. Каждый день. Но Айдай не Диас. Она сильная, она справится.

Дядя Мухтар кивнул, но слёзы всё равно текли по его щекам.

- Айдай, - обратился он ко мне, - я знаю, ты меня слышишь. И я хочу, чтобы ты знала - дядя Мухтар очень тебя любит. Ты была как дочка для меня. Ты - самая любимая моя племянница. Помнишь, как мы с тобой играли в шашки? Как ты всегда выигрывала, а я делал вид, что злюсь? А помнишь, как я никому не разрешал из детей садиться на переднее сиденье моего нового белого джипа, но тебе разрешил? И как я втихаря давал тебе колу и сладости, когда твои родители не разрешали? Все потому что ты - самая важная племянница для меня, ведь вы с Диасом были ближе всех и так похожи характером…

Да, помню. Дядя Мухтар всегда был самым весёлым из папиных братьев. До смерти Диаса. После трагедии он замкнулся, стал молчаливым и грустным. Но со мной всегда оставался добрым и ласковым.

- А помнишь, - продолжал он, - как вы с Диасом дрались? Вы были такие забавные - два маленьких воина. Диас тогда сказал: "Дядя, а почему Айдай такая сильная?" А я ответил: "Потому что она из нашего рода. "

При этих словах в палату вошёл дядя Болат с женой и сыном. Дядя Болат всегда был самым суровым из братьев, но когда он увидел меня на больничной кровати, лицо его смягчилось.

- Айдай, - сказал он твёрдым голосом, - это дядя Болат. Я приехал из Приозёрного, как только узнал.

Он подошёл ближе, посмотрел на мониторы, на трубки, на всё это медицинское оборудование.

- Слушай меня внимательно, - продолжил он. - Если ты проснёшься - а ты обязательно проснёшься - я куплю вам с мамой тур, куда захотите. В Турцию, в Египет, в Европу - куда угодно. Чтобы вы развеялись после всех этих тяжестей.

Его жена, тётя Гульнара, кивнула:

- Конечно, Айдай. Мы всё организуем. Ты только выздоравливай.

А их сын Ерлан, мой двоюродный брат, добавил:

- Айдай, помнишь, как мы в детстве мечтали съездить в Диснейленд? Так вот, твой дядя Болат серьёзно. Он действительно купит путёвки. Только проснись.

Дядя Болат всегда был человеком дела. Если он что-то обещал, то обязательно выполнял. И сейчас в его словах не было пустой болтовни - он действительно готов был потратить любые деньги, лишь бы я выздоровела.

Следом в палату вошёл дядя Жамбыл с тётей Бакыт и их детьми. Дядя Жамбыл всегда был самым нежным и чувствительным из братьев. Когда он увидел меня, глаза его наполнились слезами.

- Боже мой, - прошептал он, подходя к кровати. - Как же она похожа на Мустафу. Смотрите, даже спит так же, как он лежал в детстве, когда болел.

Он наклонился надо мной, нежно погладил по голове.

- Айдай, солнышко, - сказал он ласково, - это дядя Жамбыл. Ты знаешь, я всегда говорил, что ты вся в папу пошла. Не только внешне, но и характером. У вас одинаковая сила духа, одинаковое упорство.

Тётя Бакыт стояла рядом с мужем, держа за руку младшего сына Нурлана. Несмотря на его особенности, Нурлан понимал, что происходит что-то серьёзное. Он смотрел на меня широко открытыми глазами и тихо повторял:

- Айдай... Айдай больная...

- Да, сынок, - мягко сказала тётя Бакыт. - Айдай больная. Но она поправится. Обязательно поправится.

Дастан, старший сын дяди Жамбыла, который приехал специально из Баку, подошёл к кровати:

- Привет, Айдай. Это Дастан. Помнишь, как мы с тобой в последний раз виделись на поминках дяди Мустафы? Ты тогда сказала, что обязательно напишешь книгу о нашей семье. Так вот, я жду эту книгу. И не только я - мы все ждём.

Аяулым, единственная дочь дяди Жамбыла, которая прилетела из США, где училась в докторантуре, взяла мою руку:

- Айдай, это Аяулым. Знаешь, я изучаю медицину, и я знаю - ты сильная. Твой организм борется. Мы все видим это по показаниям приборов. Не сдавайся.

Аружан, которая работала в аэропорту Алматы, добавила:

- А я привезла тебе подарок из duty-free. Твои любимые духи. Они лежат дома и ждут, когда ты проснёшься и сможешь ими пользоваться.

Дядя Жамбыл снова наклонился ко мне:

- Айдай, ты обязательно должна выжить. Слышишь меня? Обязательно. Потому что ты - продолжение Мустафы. В тебе живёт его душа, его доброта, его любовь к жизни. Мы не можем тебя потерять.

В палате стало тесно от такого количества людей. Медсестра заглянула в дверь и хотела что-то сказать, но мама быстро подошла к ней:

- Пожалуйста, - попросила она, - дайте нам ещё немного времени. Они приехали издалека, не виделись с ней давно.

Медсестра посмотрела на собравшихся людей, на их лица, полные любви и боли, и кивнула:

- Хорошо. Но недолго. И тихо, пожалуйста.

Тем временем в коридоре собирались мамины родственники. Я слышала знакомые голоса - тётя Жания, тётя Айнур, дядя Ернар со своими детьми, Алина с мужем.

- Можно нам тоже зайти? - спросила тётя Жания. - Мы все хотим попрощаться... то есть, повидать Айдай.