Не того поля ягода

Глава 17. Невеста?

Я? На смотре невест для царя?

Мне показалось, что я ослышалась. Да где я и где царь? Хотя Мирон Павлинович Ковригин действительно был дворянином. Но в этом времени дворяне еще не были ведущими игроками на политической арене. Куда больший вес имели бояре.

Да и был Ковригин представителем провинциального, далекого от царского двора дворянства. И если узнает он, что его дочь удостоилась чести стать претенденткой на руку и сердце самого государя, то-то удивится.

Впрочем, одно дело если бы на смотр приехала настоящая Мария Ковригина. И совсем другое — я сама. Несмотря на то, что у меня была ее память, доставшиеся мне от оригинала воспоминания так тесно переплетались с моими собственными, что я то и дело боялась сказать или сделать что-то не то и тем себя выдать.

А участие в смотре невест сразу привлекало к моей персоне совершенно ненужное мне внимание. Каждую девицу на таком отборе будут рассматривать особо. С каждой будут разговаривать. А смогу ли я повести себя так, как должно вести барышне этого времени? Не ляпну ли чего невпопад.

Словом, предложение государыни ни малейшей радости у меня не вызвало. Одну только тревогу. И это сразу отразилось на моем лице.

Марфа Ивановна тут же нахмурилась:

— Чего опять кривишься? Или сам государь для тебя недостаточно хорош?

Я торопливо поклонилась:

— Что вы, матушка! Это я, глупая, совсем ему не подхожу.

Знаем, плавали! Участие в таком смотре слишком большой риск. Тут или конкурентки отраву в еду подсыплют, или их родственники оговорят так, что тебя в ссылку отошлют. И даже брак с царем безопасности отнюдь не гарантировал.

Мои слова государыне неожиданно понравились:

— Вот за это, девка, хвалю. Каждый сверчок знай свой шесток! Люблю тех, кто скромен и место свое знает. Но на тебя царь и не взглянет даже — уж больно ты тоща. Да и роду захудалого.

Хоть я и сама не собиралась становиться царской невестой, слова инокини показались мне обидными. Да знала бы она, что спустя каких-то четыреста лет в моде будут совсем другие стандарты красоты! Но она не знала, а рассказать ей об этом я не могла.

— Невесту царю по всей Руси искать станем. Во все уезды грамоты уже разосланы, и все незамужние девицы подходящего возраста хорошего происхождения должны будут показаться на местах воеводам.

Я слушала ее и удивлялась, насколько здешние смотры невест были похожи на конкурсы красоты, что будут проходить несколько столетий спустя.

Отбор будет проходить в несколько этапов. На первом этапе девиц будут оценивать бояре в городах по всей стране. К претенденткам предъявлялись два основных требования — красота и здоровье. Дополнительным бонусом было происхождение из многодетной семьи. Для царской жены плодовитость была совсем не лишним качеством.

Отобранные на местах девицы отправятся в Москву, где к их оценке подключится уже царская семья и ее приближенные.

И только несколько наиболее отличившихся на втором этапе девушек будут представлены самому царю.

Таким образом, стать невестой царя гипотетически могла любая девушка более-менее благородного происхождения. Но я была не настолько наивна, чтобы поверить в то, что условной Марии Ковригиной позволили бы приблизиться к трону. На таких отборах, помимо внешней, парадной, стороны, была и подковерная борьба.

— И сколько же девиц приедут в столицу? — полюбопытствовала я.

— Не меньше трех, а то и пяти сотен, — не без гордости ответила государыня. Но улыбка тут же сбежала с ее лица — должно быть, она подумала о том, во что обойдется государственной казне всё это мероприятие. — Но в Кремль, само собой, допустят не всех. А вот с теми, кого допустят, тебе надлежит знакомство свести и к каждому их слову прислушиваться. Может, кто в разговоре неуважение какое к царской семье выскажет или особой дерзостью отличится — непременно мне об этом докладывай. Мне строптивица в невестках не нужна. А может, еще кто на здоровье жаловаться станет или чувств кто лишится — про это тоже не забудь.

Она хотела держать всё под контролем. Как держала на первом отборе, на котором вывела из строя ту девушку, что понравилась Михаилу Федоровичу.

И я не смогла промолчать:

— А ежели государю придется по нраву девица, которая не понравится вам, матушка?

— Не ставь телегу впереди лошади, девка! — она покачала головой. — А ежели вдруг и в самом деле такое случится, то ты там, в тереме, пригодишься особо!

Я вздрогнула. Неужели она намекала на то, что именно я должна буду отравить или скомпрометировать ни в чем не повинную девушку?