(не) только она и ее одиночество

Глава 23 Антон

«Правильно понял» как вообще это нужно понимать? Она взяла паузу или уже точно отшила меня? Как же хочется вскрыть её хорошенькую головку и посмотреть куда откуда бегут тараканы. Может она чего-то боится, ну опять же об этом нужно разговаривать.

Я вышел на улицу хотелось курить, но к пачке я не притронулся . Моя машина снова была в центре внимания псевдокрасоток. Бесит меня все! Я сам не заметил, как подъехал к спортивному комплексу, на автомате переоделся, кивал знакомым.

—Тяжелый день? – спрашивает Николай Юрьевич, мужчина в преклонном возрасте, но все ещё в форме, насколько я знаю он чемпион по боксу, теперь вот уже почти полгода тренирует меня.

Я отрицательный помотал головой, хотя прекрасно понимал, что вру.

—Ты точно готов заниматься сегодня? Железо это панацея для тела, а не для мозгов.— кто бы сомневался, что тренер скажет что-то подобное. Я что, действительно так плохо выгляжу?

—Все в порядке я готов к тренировке.

— Шарков— разносится по мужскому залу женский голос. Я оборачиваюсь и у дверей стоит высокая русоволосая девушка в розовой майке с надписью «тренер».

Николай Юрьевич кивает ей, и указывает на меня.

—Фрея– мямлит девушка— она обычно с вами приезжала.

—Да— выдыхаю я, мысленно считаю до десяти— что-то случилось?

—Сегодня на тренировке ей стал плохо — еле слышно произносит она,— я подумала, что если бы вы смогли подвезти её домой.

На секунду мой мозг перестаёт работать, и я совсем не понимаю, что она хочет мне сказать. Что моей Мольке сейчас стало плохо, и ещё и настолько что требуется посторонняя помощь.

—Где она?— почти кричу я, затем бросаю взгляд в сторону тренера, он кивает мне и тем самым говорит, что все понимает.

— Пойдёмте, должно быть она в раздевалке – девушка идет быстром шагом в сторону общего коридора.

Молька сидит на диванчике, опираясь на подлокотник и придерживает рукой голову. В этот момент все мои органы стремительно падают вниз. Она ужасно бледная, я встаю около неё на колени, хватаю за плечи.

— Ты меня слышишь? —я с трудом держу себя в руках – Молька!

И она падает мне в руки. Как маленькую прижимаю к себе, она утыкается мне в шею.

—Молька! — Я снова зову её, голос дрожит.

Я поворачиваюсь к девушке тренеру и прошу принести мои вещи из шкафчика.

Беру Мольку на руки, и прямо в кроссовках по снегу несу в машину,хорошо, что сегодня в толстовке. Размышляю о том, в какую больницу лучше поехать. Меня догоняет девушка с вещами, помогает мне посадить Мольку в мою машину, затем притягивать мой телефон, пуховик, спортивную сумку.

— В больницу ехать не нужно – говорит она, притягивет мне маленькую бумажку — В аптеке купите вот эти таблетки две штуки и сон.

—Спасибо— растеряно говорю я.

—Скорее— почти в приказном тоне произносит девушка.

Так быстро я ещё никогда не ездил. На заднем сидении моей машины находится Молька. Она не улыбается, не хмурится, не язвит, не смеётся, она лежит и не двигается, только тяжело дышит. Я не знаю, что с ней, но знаю, что ей нужна моя помощь.

В аптеке я купил те самые таблетки и бутылку воды. Потом с трудом напоил Мольку и поехал к ней домой. Нашел ключи в спортивной сумке, занес в квартиру и положил на кровать. Фея что-то неразборчиво протянула, взяла меня за руку и притихла. Я опустился на колени у кровати. Ну, Антон, вот тебе время подумать. Молька спала беспокойно, все время ворочалась, стонала. В окно я наблюдал как садилось солнце, потом включился уличный фонарь, снежинки начали свой танец в его свете. Прошло около трех часов Фея успокоилась, и теперь дышала ровно. Мой желудок отчаянно просил пищи. Я рассмотрел её квартиру- скромно, но аккуратно видно, что кое-где самостоятельно сделан ремонт. Нашёл кухню, это же Молька - у неё всегда есть еда. В холодильнике нашел котлеты, на часах десять, оправдаюсь тем что огурцов я не нашел.